Мелкая (ЛП)

Время шло, нам надо было поторапливаться.
— Отлично, Мелкая, твоя очередь, — напомнил Алекс, устроившись на байке и удерживая его.
Я щелкнула костяшками пальцев и подошла к переднему колесу мотоцикла с самодовольной улыбкой.
— Можешь поторопиться? — рыкнул он, махнув мне рукой и оглянувшись на бар.
— Ладно-ладно, не парься, — согласилась я, наклонившись к разбитой фаре.
— Значит так, Мелкая, — торопливо заговорил Алекс, — возьми оба провода и потри их друг о друга, пока не заискрит.
Кивнув, я вытерла влажные ладони о джинсы и сосредоточилась на задании. Все казалось довольно простым. Только я протянула руки, как Алекс кинулся вперед, останавливая меня.
— Не трогай оголенные провода, детка. Будет охренительно больно.
Переживание во взгляде было крайне милым, но бессмысленным. Он снова перегибал палку с моей защитой.
Я рассмеялась, покачав головой.
— Мне отлично известно, как работает электричество, Алекс.
Он проворчал и показал мне средний палец, откидываясь назад и исчезая из поля моего зрения.
— Сделай одолжение и постарайся быть осторожной, ладно?
— Сделаю все возможное, — пробормотала я, закатив глаза.
Делая все возможное, чтобы не беспокоить Алекса, я взяла черный и красный проводки за изолированные основания и осторожно коснулась ими друг друга. Вначале ничего не произошло, но с шестой попытки появилась яркая искра.
Я испуганно вскрикнула, выпустила провода и упала на задницу.
Алекс усмехнулся.
— Вот что бывает, когда несешь чушь.
— Заткнись! — цыкнула я, встав и вернувшись к этим дурацким проводам.
Еще секунда или две у меня ушло на соединение, и «Харлей» взревел оживая. Глубокий долгий раскатистый звук был громким и оглушающим, отдаваясь эхом от деревьев. Сердце забилось чаще, волнение понеслось с кровью по венам, и я замерла.
Я улыбнулась, поднимая взор на Алекса.
— Нам пора. — Его широко распахнутые глаза оставались немигающими.
Тик-так, тик-так, наше время вышло.
Я вскочила на ноги и замерла, уставившись на двери бара, ожидая, что оттуда выбежит хозяин с ружьем наизготовку.
Инстинктивно потянулась к Glok за поясом.
— Да похуй, детка! Забирайся! — Алекс перекрикивал рев двигателя, толкнув «Харлей» вперед и ударив меня по голени.
Он прав. Если все сведется к перестрелке, мы вряд ли выиграем.
Подойдя к байку, я ухватилась за его плечи двумя руками и, закинув левую ногу, устроилась на сиденье. Мотоцикл вибрировал подо мной, так что я пододвинулась ближе к Алексу, обняв его за талию.
— Поехали! — крикнула я ему на ухо и зарылась лицом в шею.
— Держись крепче, Мелкая, — напомнил он, взревев двигателем.
Я сжала его крепче, глубоко вдохнув, когда он сорвался с места. Заднее колесо подняло камни и грязь, оставив после нас облако пыли. Глянув на исчезающий за нашими спинами бар, Алекс поднажал, отправляя мотоцикл вперед по шоссе. Ветер бил в лицо, заставляя закрыть глаза.
Было что-то освобождающее в поездке на байке: его сила между ног, окутывавший меня ветер вокруг и чертовски хорошо пахнущий мужчина за рулем. Он пробрался под кожу и оставил глубокий след в моей душе. Пламя, что он разжигал во мне, сводило с ума, и я прижалась грудью к его спине. Может, это из-за того, что «Харлей» был угнанным, и поймай нас хозяин, он точно бы нас прикончил.
Это Алекс.
Он приносил опасность и продавал ее как наркотик. Ничего не имело смысла, когда я была с ним, но я видела все так ясно. Как мне вырваться из его хватки? Это было совершенно не в моей власти. Поэтому я не отвечала за свои действия, когда дело касалось его. Сначала все было невинно — легкий поцелуй в шею. Он даже бровью не повел. Затем все начало набирать обороты: я осмелела, приподнялась, чтобы было удобнее. Его кожа звала меня, умоляя укусить. И как я могла отказать себе и немного не попробовать? Ему не будет больно… не особо.
— Мэд? — спросил он, ветер заглушал его голос. Я прикинулась, будто не услышала его.
Я посасывала и покусывала его шею, прижимаясь все ближе, мои руки блуждали по его телу. Ослабить хватку было нельзя, только так я еще удерживалась на сиденье, но почувствовать его — каждый напряженный сантиметр — стоило риска. Алекс заерзал, когда мои пальцы скользнули в его джинсы. Он был неглуп и понимал, что я намеревалась сделать, но продолжал мчаться по магистрали. Знак для меня не останавливаться. Мне была нужна всего одна рука, которой я держалась за него, прижавшись к его спине, а вторая была свободна для другого.
 
Я целовала его шею, зажмурившись, и продвигалась рукой вперед. Шарик его штанги на головке — первое, с чем встретились мои нетерпеливые пальцы. Что вызвало мучительное желание во мне. Ничто в этом мире — ни проносящиеся мимо нас деревья, ни асфальт под колесами байка — не остановит меня теперь. Запустив руку глубже ему в штаны, я обхватила член, слыша предостерегающий голос Алекса, умолявшего меня вести себя прилично, иначе он разобьет мотоцикл. Я улыбнулась, набросившись на него, стала целовать вдоль линии челюсти, чувствуя жесткую щетину губами.
Он продолжил ехать, усиливая опасность с возрастающей скоростью. Моя рука двигалась по нему, выделявшейся влаги едва хватало для смазки, но я справлялась. Поворачивая запястье с каждым движением, почувствовала, как напряглись мышцы его живота под моей рукой, крепко обхватившей его. Он вильнул, «Харлей» закачался, но остался в вертикальном положении, я же не остановилась. Неразумно и безумно, но это заводило меня сильнее. Мне хотелось, чтобы он кончил на этом мотоцикле. Разбиться насмерть в припадке эйфории — неплохая цена за такое.
— Я тебя отвлекаю? — промурлыкала я ему на ухо, прикусывая мочку, быстрее водя рукой по члену, лаская большим пальцем головку.
— Нет, — выдохнул он, запрокинув голову мне на плечо.
Я настолько увлеклась действием ладони и ощущением его эрекции под пальцами, что не заметила, как «Харлей» свернул направо и съехал с дороги, направляясь навстречу катастрофе.
— Алекс! Осторожно! — выкрикнула я. Вытащила руку из его штанов и крепко вцепилась в него, пока он поворачивал и пытался возместить потерю внимания.
— Блядь! — выругался он, дернув руль влево, отчего заднее колесо заскользило по гравию. Выставил ногу как подставку, сохраняя нас в вертикальном положении, пока мотоцикл крутило и вертело.
Камни царапали мои обнаженные ноги, и я подняла их повыше, зарывшись лицом в плечо Алекса. Вцепилась в его футболку, сильно сжав ее в кулаках, прижимаясь к нему… не желая отпускать, несмотря ни на что. Мы резко остановились, отчего я дернулась вперед. Я не открывала глаз, пытаясь успокоить колотящееся сердце, казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди. Руки тряслись, когда я отпустила Алекса и отодвинулась от его спины.
Задыхаясь и глотая воздух, я огляделась и заметила, что мы оказались на грязной парковке какой-то закусочной. «Харлей» все еще стоял на двух колесах, вибрируя и урча двигателем.
Алекс повернулся ко мне и рявкнул:
— Ты ебанулась?! Ты же могла нас убить! Мозги, вообще, есть?
Он злился на меня: идеальная челюсть сжата, руки впились мне в бедра, пальцы вцепились в мои джинсовые шорты. Мне так хотелось извиниться, но мне не было стыдно. Я бы повторила это, не задумываясь. Мы долгое время смотрели друг на друга, не отрывая взгляда.
А затем произошло это. Не знаю, кто сдался первым, но вдруг мы оба уже задыхались от хохота, вскоре охваченные страстью. Я приподнялась и обняла его ногами за талию, забравшись к нему на колени. Алекс схватил меня за шею, притягивая к себе и обрушивая свои губы на мои. Мы набросились друг на друга, цепляясь, целуя, желая большего.
— Черт, женщина, — произнес Алекс, тяжело дыша у моего рта, едва отстранившись. — Ты чертовски…
— Сумасшедшая?
— Нет, — возразил он, легко целуя меня в губы. Вздохнул. — Ты замечательная.
Я улыбнулась, чувствуя, как запылало лицо.
— Правда?