Мелкая (ЛП)

— Серьезно? Ты только что поставил мне засос?
— Всего лишь маленький, — ответил Алекс, поправляя мою футболку. Он поднялся на кровати и навис надо мной. Самодовольно улыбаясь, наклонил голову и слегка поцеловал меня в губы. — Не переживай, Мелкая, он там, где его никто никогда не увидит. А если и увидит, то окажется мёртв.
— Так это своего рода предупреждение? — уточнила я, закинув ногу ему на талию.
— Более или менее, — он снова поцеловал меня.
Да, парень стал ненасытным.
— Кому предупреждение-то?
— Любому уроду, который подумает, что может покуситься на моё, — сказал он ожесточенным и властным тоном. — Ты теперь моя девочка.
Это должен был быть тревожный звоночек для меня, напоминающий, как опасно начинать что-то с таким собственником, особенно со всем этим «мы женщины, услышьте наш рык» дерьмом, которое вдалбливала мне мама. Но от этого я не могла не чувствовать себя желанной, и уж точно не собиралась останавливаться. Мне нравилось осознавать, что я полностью принадлежу ему, и, что он убьёт любого, кто попытается меня отнять. Это делало его девушку более привлекательной.
— Позже, — сказал он, водя пальцем по моей бедренной косточке и низу живота, — я хочу видеть моё имя здесь.
Резко вздохнув, я подалась бедрами вперед, желая, чтобы он прикоснулся ко мне более уверенно и интимно.
Он провёл линию своим носом вверх, вокруг подбородка и к моему ушку.
— Сделаешь это для меня?
Я кивнула, зажмурившись, когда почувствовала, что его рука скользнула мне под пояс и медленно двинулась вниз. Он остановился, не решаясь.
— Позволишь оставить моё имя тут? — спросил он, слегка потирая мою кожу под своими пальцами.
— Да, — заныла я, облизав губы. Он улыбнулся мне в шею. Боже, он был таким дразнящим засранцем. Алекс продолжил путешествие своих пальцев, пробегая ими по плоти и двигаясь всё дальше вниз. Он был в паре сантиметром от моих нуждающихся губ.
— А что насчёт этого места? — спросил он, целуя и прикусывая мочку ушка. — Позволишь мне пометить тебя здесь моим ртом?
— Да, где хочешь, — я тяжело дышала, вновь цепляясь за простыни. — Только прикоснись ко мне.
Алекс знал, что делает, и намеренно дразнил меня. Именно в тот момент я пожалела, что была такой неопытной. Нечестно, когда вся власть принадлежит только ему.
— Пожалуйста, — прошептала я.
Переместившись вверх, чтобы получить лучший доступ, он переместил пальцы вниз, скользнув между моих складочек. Мои руки взлетели к его рубашке, цепляясь за неё. Я приподняла бедра, что заставило его проникнуть внутрь. Он застонал, медленно и мучительно скользя во мне пальцем.
Я вскрикнула слишком громко, и ему пришлось прижаться ко мне ртом, чтобы заставить замолчать. Изучая мои пределы и мой комфорт, он ждал, прежде чем войти в меня двумя пальцами. Он легко скользнул внутрь. Я вся дрожала и была такой мокрой. Киска издавала чмокающие звуки, когда он набрал темп и вошёл ещё глубже.
— Блядь, детка! — зарычал он и толкнулся в меня бёдрами, в поисках трения и своего освобождения. И как только его большой палец сделал круговые движения по моему набухшему клитору, посылая трепет — чёртова дверь открылась.
— Эй, ребята, вы уже встали? — прогремел голос Лена, когда он ворвался в комнату. — Мы собираемся пойти поесть. Чёрт возьми!
Алекс отдернул руку, а я вскрикнула, накрывшись простыней с головой.
— Чёрт бы тебя побрал, Лен! Пошел нахрен отсюда! — прокричал Алекс и кинул что-то в дверь. Громко влетев в стену, это что-то со стуком упало.
Лен заржал и захлопнул дверь. Казалось, что если встречаешься с взрослым мужчиной, то такого не должно случиться, но в тот момент я снова чувствовала себя ребёнком. Смущение от того, что мои родители застукали моего парня в тот момент, когда он трахал меня пальцем, было ярким и реальным. Р-р-р! Убейте меня. Алекс скользнул ко мне под простынь и обнял руками за талию. Его тепло успокаивало, но у меня перед глазами всё ещё стояло выражение лица Лена, когда он увидел, что мы творили.
— Мне так жаль, — вздохнул он, целуя меня в плечо. — Я установлю этот чёртов замок как можно скорее. Обещаю.
 
Я покачала головой, всё ещё униженная произошедшим.
— Не могу поверить в то, что сейчас случилось.
— Я не должен был ничего начинать.
— Нет, — возразила я, взяла его руку, и поцеловав её, подсунула себе под подбородок. — Просто надо поставить замок, или выкинуть Лена из квартиры. Этот бесцеремонный ублюдок должен был сначала постучать.
— Я могу его убить, если хочешь.
— Нет, в этом нет необходимости, — засмеялась я. — У тебя уйдёт слишком много времени на поиски нового лучшего друга.
Крепче прижав к себе, он поцеловал меня в затылок.
— Только не тогда, когда я уже нашёл ему замену.
Мои отношения с Алексом, которые больше месяца стояли на одном месте, теперь уносились в стратосферу. Когда этот парень решает что-то, он просто идёт и делает. Он не останавливается, чтобы проверить температуру воды, нет, он бежит на полной скорости и ныряет с головой. Проявляя чувство собственничества, он делал всё, чтобы окружающие знали, что я — его. Небольшие жесты, которые я замечала. Раньше он всегда шёл впереди, но держал руку рядом на случай, если ему в любой момент понадобится схватить меня. После принятого решения, он стал распускать руки. Постоянно прикасался к лицу, целовал меня в губы и вдыхал запах волос. Я больше не была для него запретной зоной. Он закинул на меня руку, когда мы вошли в строительный магазин. Я чувствовала себя сильной, но, в то же время, выставленной напоказ. Это всегда было испытанием — находиться с ним на публике. Взгляды, которые окружающие кидали на него. Для меня с самого начала было ясно, что люди его боятся. Это инстинкт, говоривший им, что этот парень не представляет собой ничего хорошего. Что-то вроде самосохранения, и они хотели держаться от него на расстоянии. Интересно, это татуировки, пирсинг и чёрные ботинки отпугивали их или что-то ещё? Что-то, что все видели в нём, чего не видела я? Может, я не видела реальной опасности из-за безумной влюбленности?
— Чёрт, эти замки такие дорогие, — недовольно буркнул Алекс.
Мы стояли в проходе, изучая полки в поисках идеального замка. Алекс был слишком придирчив в этом вопросе и отверг большинство моих предложений. Я же прикусила язык, чтобы не сказать, что замок на дверь — это всего лишь замок.
Я уже поняла, что ничего не было «лишь» для Алекса.
— Вот, то, что нужно, — сказал он и потянулся, достав с полки засов.
Он был просто огромным и покрыт сатином. Лучший для защиты среди всех замков. Чёртова штука стоила шестьдесят баксов.
— Хорошо. Отлично. Пошли, — ответила я скучающе и схватила его за рубашку, пытаясь уже поскорее уйти отсюда.
— Чёрт, это не тот, что я хотел, — произнес он, подняв руку и положив замок на место.
— Невероятно, — простонала я.
Я уже собиралась отвернуться от него, может, пойти и полазить в других отделах, когда кое-что привлекло моё внимание.
Таня.
Выведенная жирным шрифтом в чёрном цвете надпись уставилась на меня. Я видела её каждый день и каждую ночь с момента нашего первого поцелуя, но никогда не говорила ничего насчет этого, потому что…ну, мне казалось, что я не имею на это никаких прав. Теперь же всё иначе. Он был моим. Эта татуировка и неуверенность, которую она вызывала, обрушились на меня с силой и скоростью мчащегося поезда. Больше я не могла молчать. Мне необходимо было знать.
— Кто такая Таня? — ляпнула я, моё чувство такта заржавело, как и навыки подводить к теме. Он опустил на меня удивленный взгляд.
— Что?
— Татуировка на твоём бицепсе, — мой голос был пропитан ревностью. — Кто она?
— Она кто? — устало переспросил он. — О чём ты говоришь?
— Та-ня, — протянула я имя этой дрянной девки. — Она твоя бывшая девушка? — надеюсь, что это мёртвая бывшая, а если нет, то я могу быстро это исправить. Что за чёрт? Я что, серьёзно только что подумала об убийстве кого-то? Я тряхнула головой, пытаясь избавиться от этих мыслей. — Может, давно потерянная сестра, о которой ты забыл упомянуть?