Петля времени

Девушке почти удалось погрузиться в сон, как вдруг её охватило какое-то странное, волнующее ощущение. Бонни открыла глаза и вновь зажмурила их от неожиданности. «Альвис? Это был он или у меня паранойя?»
Охваченная беспокойством Морган проснулась окончательно. «Правитель и правда стоял у входа в палатку и смотрел на меня, а теперь скрылся за плотной тканью палатки. Что может быть более неловким, чем осознавать, что за тобой наблюдают, когда ты пытаешься заснуть?»
– Альвис Лоренсо Родригес! – позвала она, поднявшись и наблюдая за тенью снаружи. – Я правильно запомнила ваше имя?
– Всё верно, – правитель вошёл в палатку, не заставив себя ждать. – Для обращения ко мне достаточно одного слова «капитан» или имени Альвис, что значит «всеведующий», «мудрый», и можно говорить на «ты».
– Запомнила, – Бонни не отводила взгляда от Альвиса, который остановился напротив неё. Красивый, статный и неизменно самолюбивый. Что он делает здесь среди ночи?
– Я пришёл убедиться, что ты в порядке, Морган, – проговорил мужчина, предвосхищая её вопрос. – Надеюсь, не напугал?
– Нисколько, – Бонни коснулась своей пылающей жаром щеки.
На ней была глубокая, ещё не затянувшаяся царапиной рана, которую она получила во время крушения, и тут же одёрнула руку: «Ай, как же больно».
– Ещё немного заботы, и всё пройдёт бесследно, – Альвис подошёл и накрыл ладонь девушки своей, вручая ей маленький флакончик. – Здесь мазь. Она поможет.
– Спасибо, – машинально проговорила Бонни. – Но ничто не проходит бесследно. Взять хотя бы моё крушение. Есть ещё кто-то из выживших?
– Пока нет, – ответил Альвис. – Но не думай о других больше, чем о себе.
Альвис открыл флакон с принесённой мазью и аккуратно зачерпнул её пальцем.
– Ты позволишь?
Бонни согласно кивнула в невозможности ему отказать. Такой заботливый и обходительный Альвис – абсолютный контраст с их первой встречей у хижины Дилана.
– Как назывался корабль, который привёл тебя сюда? – неожиданно спросил капитан. Вдыхая окружающий его терпкий мускусный аромат, Бонни погрузилась в воспоминания того момента, когда она стояла на палубе «Ковчега» с небесным фонариком в руках.
– «Ковчег», – наконец ответила Морган, и её голос дрогнул.
«Мы оба были на этом корабле, только по разные стороны этого мира», – хотелось добавить ей. Но она, конечно, промолчала.
– «Ковчег»… Какое странное название для корабля, – задумчиво проговорил Альвис. – А ты бывала когда-то в Испании?
«Неужели он что-то подозревает?» – Бонни поёжилась от этой мысли и тут же вскрикнула, заметив на земле какое-то движение. – Скорпион!
– Так «Скорпион» или «Ковчег»? – усмехнулся Альвис в то время, как Морган поднялась и отшвырнула в сторону скорпиона, затаившегося в траве рядом с ними.
– Как вовремя я его заметила!
– Почти, – отозвался Альвис.
– Не понимаю, – заволновалась Бонни.
Альвис подкатал манжеты своих брюк, оголив щиколотку, и девушка содрогнулась, глядя на его ногу. Там зияла вздувшаяся рана.
– Как же так? Когда он успел тебя укусить?
– Воспользовался тем, что я отвлёкся на тебя, – спокойно ответил Альвис. Бонни же была сама не своя от беспокойства.
– Нужно скорей избавиться от яда! В лагере есть доктор?
– Единственный доктор, кому я доверяю, перед тобой, – Альвис достал из кармана флягу с чем-то алкогольным и отхлебнул из неё. – Помучаюсь день-два и, может быть, останусь жив.
– Как можно так наплевательски относиться к своему здоровью?! – воскликнула Морган точно так же, как когда-то в подобной ситуации в пещере.
– Как говорил великий Соломон: «Всё проходит, и это пройдёт». Ты лучше следи, чтоб никто из тварей не покусился на тебя. – Альвис сделал ещё несколько глотков из фляжки и протянул её Бонни. – Выпьешь со мной?
Морган отмахнулась и направилась к выходу:
– Я найду врача и вернусь.
Неожиданно быстро Альвис поднялся и, схватив Бонни за руку, резко развернул к её себе.
– Не нужно никуда идти. Ты меня услышала? Бродить одной по острову среди ночи небезопасно.
– Я позову Феликса. Он должен знать, как тебе помочь.
 
– Он здесь ни к чему, – сверкнул глазами Альвис. – Это старый укус, ещё вчерашний.
– Правда? – Бонни разрывало от осознания обмана и ярости, взбунтовавшейся внутри. – И к чему тогда была вся эта игра?
– Я же сказал тебе: «Не нужно думать о других больше, чем о себе», – произнёс Альвис. – Я хотел, чтобы ты усвоила этот урок.
– То есть хотел навязать мне точку зрения, с которой я не согласна?! – Бонни едва дышала от вспыхнувшего гнева. – Пусти меня!
– Смотри, как бы твоя отзывчивость не погубила тебя, – предостерегающе прошептал Альвис, ослабив хватку.
– Зачем же тогда ты привёл меня в свой лагерь, если считаешь, что быть отзывчивым – это так плохо?
– Мне нужны были рабочие руки, только и всего, – холодно ответил Альвис, отстранившись. – Ложись спать, завтра у нас всех трудный день.
«Диктатор, навязывающий свои взгляды, равнодушный и эгоистичный человек, – рассуждала после его ухода Морган. – И как я могла подумать, что что-то в нём изменилось?»
✴ ✴ ✴
Бонни проснулась рано, с первыми лучами солнца. Белоснежное окружение палатки и шум прибоя за её пределами напомнили девушке, где она и что с ней случилось накануне.
«Я снова на острове, но неясно, в какой реальности, потому что многое здесь не поддаётся никакому объяснению. Из окружающих меня никто не помнит, хотя большинство людей мне знакомо, включая Альвиса, который в этом палаточном городке самый главный. Если я потерпела крушение, то выбросить на берег должно было и остальных. Пока всё логично… Но опять же, как они здесь оказались раньше меня и как вернулся к жизни Альвис? Это всё просто невероятно… Что ж, думаю, пора вставать и во всём потихоньку разбираться».
Чьи-то громкие крики мигом развеяли спутанные мысли Морган и заставили её выскочить из палатки.
– Стойте! Давайте ещё раз поговорим, но уже спокойно! Отпустите меня и выслушайте!
– Поздно метаться! Пощады не жди!
«Что происходит? И кто это такие?» – неподалёку от места, где вчера горел костёр, Бонни увидела, как двое грозных мужчин, вооружённых саблями, тащили куда-то парня, хромающего на одну ногу. Всего в ссадинах и синяках, одетого в серебристый светоотражающий костюм.
– Оставьте меня в покое! Я ни в чём не виноват! Я не желал вам зла! – бедняга тщетно пытался вырваться, и сердце Морган сжалось от сострадания. Интуиция подсказывала Бонни, что он говорит правду, и ей хотелось в это верить.
– Заткнись и не рыпайся, болван! Иначе я прикончу тебя прямо здесь! – пригрозил парню верзила рядом, и, вглядевшись в его лицо, Морган узнала в нём знакомые черты.
«Бог мой, это же Олден! Тот самый предатель, из-за которого погиб папа! Как же я его ненавижу!»
Больше не контролируя свои эмоции, Бонни не могла не вмешаться. Она опередила мужчин и прокричала:
– Какое право вы имеете так обращаться с этим парнем и куда ведёте против его воли?!
– Не твоего ума дела, девица, – оскалилось ей в ответ устрашающее лицо с чёрной повязкой на глазу.
– Проваливай с дороги! – грубо добавил Олден.
Помимо Бонни, за этой картиной наблюдали ещё десятки жителей лагеря, но все они, в отличие от неё, молча следили за происходящим.
– Что тут стряслось? – вдруг за спиной Бонни раздался властный голос, который невозможно было спутать ни с каким другим.
«Альвис. Как вовремя он появился!» – Морган взволнованно обернулась в надежде на его помощь.
– И кто это у нас? Новый юнга? – капитан кивнул в сторону парня и, бросив беглый взгляд на Бонни, стал сверлить глазами мужчин.
– Нет. Это потерпевший янки, осквернивший наш корабль. Совсем страх потерял, бродяга! – наперебой заговорили Олден и его спутник. – Он подбросил на борт мёртвого альбатроса. Теперь «Несокрушимый» и мы все прокляты по его вине!
«Мёртвый альбатрос? Несокрушимый? Прокляты? – Бонни стало не по себе. – Что они такое говорят?»