Хозяйка магического экспресса
– Ночью тебе тоже нравилось, – лукаво подмигивает он и уворачивается от прицельного броска подушки в голову.
– Ничего не было! – возмущаюсь я. – И вообще, какого межмирья ты забыл в моём купе?!
– С первым поспорил бы, а насчёт второго… Считай это компенсацией за твоё гостеприимство в первую ночь. – Маркус собирает свои вещи, не забывая одаривать меня ехидными ухмылками. – Твоя кровать явно удобнее холодного пола в тесном купе.
– Ах ты ж гад! – искренне негодую я. – Выметайся сейчас же и дорогу сюда забудь!
– Ничего не могу обещать, – разводит руками стервец и резко пятится к двери, постоянно уклоняясь от запускаемых мной снарядов. – Если что, ты знаешь, где меня искать!
Сказав последнее, нахал скрывается за порогом, оставляя меня в тишине пустого купе, наедине с мыслями, которые кочуют от панического состояния «как мне теперь смотреть в глаза команды и пассажиров!» до разжигающих странный пожар сомнений «а точно ли ничего не было?».
Никогда больше не буду пить с Фастом!
Глава 6
Тяжело в учении – легко в бою
В столовую я вхожу абсолютно не подобающим хозяйке поезда образом, а именно: тихонько отодвинув дверь и сунув в проём нос, разведываю обстановку. В Лодброке мы успели взять на борт всего двадцать три пассажира, мою пьяную выходку наблюдал только Лад. Это то, что помнила я. А по тому, что успел мне сказать Маркус, – в бессознательном состоянии я всё же чудила.
Почти все столики уже заняты клиентами, поэтому я отстраняюсь от двери, одёргиваю платье и поправляю волосы. Надо хотя бы внешне продолжать сохранять приличия.
К моему удивлению и облегчению, никто из пассажиров на меня криво не смотрит, все учтиво и вежливо здороваются, желая доброго утра. И я даже успеваю успокоиться, решив, что Фаст по своей привычке подшутил надо мной. Ровно до тех пор, пока к моему столику не подходит Мири. Дежурная чашка капучино устраивается передо мной с театральной почтительностью, а когда помощница выпрямляется, меня окатывают таким осуждающим взглядом, что хочется забиться под стол. Но вместо детской привычки виновато понурить голову я с холодным спокойствием благодарю пухляшку и пригубливаю напиток.
– Что это было, Агата? – сурово спрашивает подруга, буравя меня глазами.
– А что было?
Я в надменном удивлении вскидываю брови, тем самым показывая, что не хочу обсуждать вчерашнее. Не хочу и не позволю.
– Мири, как у нас дела с запасами?
Какое-то время помощница испытующе смотрит на меня. Я знаю, что мой ответ довольно груб, но иногда приходится отыгрывать роль даже с друзьями.
– Нам не успели отгрузить продукты, а деньги я отдала, – наконец говорит Миранда, отводя глаза. – Об этом и хотела поговорить, да только вот ты была не в состоянии. В кондиции – да, а решать серьёзные проблемы – нет.
Да когда же это закончится? Почему с появлением Маркуса в моей жизни всё вечно идёт наперекосяк?! Глухое раздражение во мне грозится разрастись в настоящую вспышку гнева. Потому я делаю глубокий вдох и максимально длинный выдох, собирая мысли в кучу и успокаивая себя.
«Всё решаемо, Агата, – вспоминаются мне слова дяди Руперта. – Везде можно найти обходные пути, лишь смерть – конечная станция».
– Мири, – я протягиваю руку и мягко похлопываю подругу по ладони, – не волнуйся ни за деньги, ни за продукты. На следующей станции сделаем новый заказ. Кстати, куда мы направляемся?
– Освальд проложил маршрут до Арагера, как ты и планировала, – отвечает пухляшка, но по её поджатым губам я вижу, что она всё ещё дуется на меня.
Придётся попытаться найти на рынке редкий гречишный мёд, она за него готова простить всё, что угодно.
– Но буквально перед отправкой Маркус скорректировал путь. Через пару часов прибудем в Лобулар.
– Занятно.
Я подношу кофе к губам, а сама думаю, треснет ли в моих руках чашечка. Потому что придушить мне хочется не предмет посуды, ни в чём не повинный, а одного самоуверенного пирата.
– Когда это Маркус у нас стал хозяином поезда?
– Юная гратти! – Миранда всё же выходит из себя, но, памятуя о сидящих в столовой пассажирах, своё негодование она цедит: – Для начала смени тон! Маркус сказал, что это твоя просьба. А уж как оно было на самом деле, не нам с Освальдом разбираться. Вы между собой не можете ничего решить, уж меня-то с мужем в эти игры не втягивайте!
Она резко разворачивается и уходит за стойку, а я остаюсь степенно допивать кофе, старательно затыкая голос совести, которая пытается высказать мне недовольство. Иногда приходится быть жёсткой.
Пока я ленивым взглядом обвожу столовую, в голове набатом звенит одна нехорошая мысль. Пассажиров-то мы брали до одного мира, а везём в другой! Желание выкинуть Маркуса в Межмирье становится совсем нестерпимым, но кто тогда оплатит все мои издержки?
– Мири, где у нас карта Доминиона? – громко спрашиваю я, перегибаясь через барную стойку.
– У меня тут приличная столовая, а не библиотека! – с чувством собственного достоинства отвечает подруга, появившись на пороге кухни.
А я отмечаю, что она уже остыла, и от этого на сердце становится спокойнее.
– Негоже читать за едой, от этого аппетит портится!
– И всё же? – продолжаю допытываться я, глядя на неё с лёгким прищуром.
Знаю же, что Освальд вечно припрятывает какую-нибудь интересующую его литературу под столешницей бара.
Миранда закатывает глаза и с видом оскорблённой невинности достаёт из-под учётной машинки стопку справочников и каких-то книг. С показательным «бум» грохает ими на стойку и смотрит на меня, приподняв одну бровь в немом вопросе: «Довольна?!»
– Ты чудо! – искренне радуюсь я.
– Вот! Цени и почаще себе об этом напоминай!
Она разворачивается и чинно отплывает в свои владения, а я возвращаюсь за стол, где в полученной стопке нахожу магкарту. Старательно разглаживаю замятую бумагу, пока передо мной не вспыхивает объёмная картинка изведанных миров. Она плывёт в воздухе, переливается всеми цветами радуги и сама по себе шедевр. Мимолётно вспоминаю о подаренном Маркусом планшете: я ведь тоже могу научиться создавать такую красоту!
– Ой, а что это? – сбоку раздаётся восторженный голосок Рози.
Я непроизвольно вздрагиваю и скашиваю взгляд. Девочка стоит чуть позади меня, а вот её опекун вовсю болтает с Мирандой, которая заставляет поднос всякими сладостями.
– Это карта нашего мира. Всего целиком, со всеми его отдельными мирками, – объясняю я, отодвигаясь и похлопывая по дивану рядом с собой.
Дополнительного приглашения Рози не требуется. Девочка устраивается рядом и продолжает рассматривать крутящуюся перед нами проекцию.
– А где мы? – наконец спрашивает она.
Я нахожу Лодброк, потом пристально разглядываю ниточки-пути, которые, как нервы, соединяют его с другими мирами, и, наконец, нахожу Лобулар.
– Вот, – тычу я в нужное место на схеме. – Вот где-то здесь сейчас мы. Ты никогда раньше не видела карт?
– Нет, – как-то печально качает она головой. – Мы с мамой читали книжки, но то были сказки. Папа говорил, что скоро я пойду в школу и там мне расскажут всё-всё-всё. И как устроены наши миры, и как контролировать свою силу… Агата, а я…
По тому, как заминается малышка, я понимаю, что ей тяжело подбирать слова, а спросить очень хочется. А потому смотрю на неё внимательно, показывая, что готова выслушать.
– А я нормальная? Мы с тобой нормальные?
– Конечно, – важно киваю я, хотя в голове мысли носятся безумными белками, что пытаются найти хоть какой-нибудь орешек, в моём случае – разумное объяснение. – Рози, мы с тобой абсолютно нормальные люди. Вот смотри, вчера грат Жировски показывал тебе представление. При помощи магии. Это же не делает его ненормальным. Или гратта Мири. Тебе же нравится её выпечка? А это всё её способности кулинарной магии. Хочешь сказать, Мири тоже странная?
– Нет, мне очень нравится тётушка Мири! – заверяет меня девочка, испуганно оглядываясь в сторону пухляшки и Фаста.