История моего попаданства (СИ)

Рваный вдох демона, хриплый стон и вместо голубой крови по венам Лил течёт красный огонь. Жидкий огонь Адохара. А тот, кого она недавно боялась до жути, раскрывается совсем в другом качестве — по-настоящему любящего, пронзительно нежного мужчины. Оказывается, всё это время он сдерживал свои чувства. Раньше ей доставались крохи. Сейчас — лавина.
Это было больше, чем физическая близость… Джодок отдавал всё нерастраченное тепло своей души. Всё, что успело оттаять за время только-только родившейся любви. И Лил в ответ с радостью отдавала свой дэви, заодно вливая в мужчину по капле Ринн — кусочек магического сердца Толона. Ринн, являвшийся свидетельством её статуса в мире сэддэков. Наверняка именно он нужен для завершения ритуала.
Отдав Ринн, она умрёт на руках мужчины, и тогда пусть он принимает решение, спасать свой мир или нет. Она не хочет видеть его смерть. И знать о ней тоже не хочет.
Но отдавая любимому дэви без остатка, Лорэлил почему-то не ощущала потери, а напротив, наполнялась всё больше и больше. И после феерического взрыва, после того, как оба, наконец, отдышались и пришли в себя, она почувствовала, что Ринн разделился — у неё осталась бОльшая его часть, но тихий отголосок сердечного ритма Толона ощущался и в Джодоке.
— Лил, что ты сделала? — настороженно спросил мужчина.
— Хотела отдать сердце Толона. Ведь это Ринн нужен для ритуала? Но почему-то получилось лишь частично передать его тебе.
— Ты же могла умереть! — с болью в голосе воскликнул демон, красные глаза вновь заполыхали, но теперь девушку не испугала бы и полная боевая форма — Лил всей душой чувствовала его всепоглощающую любовь.
Она крепче обвила руками своего мужчину, счастливо прижимаясь щекой к колючему подбородку.
— Так ведь не умерла, значит, и говорить не о чем, — ответила, улыбаясь, — и я чувствую, теперь ты тоже будешь жить. Для меня это главное. Ты будешь жить, даже если сгинет Адохар.
Джодок грязно выругался, прижав Лил так крепко, словно боялся, что она испарится, и прислушался к себе, не вполне веря происходящему.
— Я чувствую тяжесть проклятья, но оно немного ослабло. Это… странно.
В неясном свете давно взошедшей Нэди Лорэлил видела откровенное недоумение на мужественном лице демона.
— Мне придётся проверить, что происходит в Адохаре.
— Теперь всё будет хорошо, — сказала Лорэлил, постаравшись вложить в свои слова как можно больше убеждённости.
Впрочем, на самом-то деле она была уверена лишь в том, что Джодок будет жить, а вот что произойдёт с его миром…
Демон быстро поменял внешность, превратившись в Велима, но Лорэлил не испытала радости, увидев привычный облик. Она уже полностью приняла своего мужчину таким, каков он есть на самом деле.
— Тебе тоже надо вернуть личину Миры.
— У меня не получится, — растерянно пробормотала девушка, — магический резерв закончился, а у меня самой запас слишком мал. Я и простые малетумы сформировать не смогу. Может быть, ты сделаешь это?
— Вряд ли, моя магия обращения действует исключительно на меня самого.
— Попытайся! Ведь теперь я в какой-то мере часть тебя, — улыбнулась Лил.
Джодок сформировал малетум, но ничего не вышло. Попробовал ещё раз. Тоже безрезультатно. И когда уже собрался сказать, что придётся действовать иначе, девушка превратилась в Миру.
— Вот видишь, — радостно воскликнула она, — всё получилось!
Демон озадаченно смотрел на черноволосый облик Лил, не понимая, что произошло. Но расстраивать её не хотелось.
— Если там всё более-менее в порядке, я вернусь, — пообещал он.
— Нет, вернись в любом случае. Хотя бы попрощаться, — радость Лил как рукой сняло, её место заняла страшная пустота…
Демон исчез, и она медленно побрела к временной стоянке, изо всех сил стараясь не поддаваться тоске, которая появилсь, едва ушёл Джодок. А возле поляны услышала, как Лэйс удивлённо спрашивает кого-то:
— Эй, а ты вообще кто?
[1] Кахар — демон, потерявший разум, не контролирующий собственные действия
Глава 15
 
Пространство колебалось и дрожало. Оно словно билось в лихорадке, меняя картины реальности одну за другой.
Вот я вижу проявляющийся из туманного марева трактир Гран и Валтасара. На полу обеденного зала, тускло освещённого коптящими факелами, лежат их бездыханные трупы, а над ними с поганой ухмылочкой возвышается Вихо с окровавленным кинжалом. Все стены в крови, и по ступеням лестницы, с одной на другую, медленно, как в фильме ужасов, капает свежая кровь. Около трупов Дыма и Карибда сидит оборотень Луан в обличье льва. Скалясь багровыми от крови клыками, он зловеще рычит и бьёт по полу хвостом, словно взбесившаяся кошка.
Короткая вспышка, и я вижу Иглу — великолепный замок кхина Ла Эдона. Бесконечно длинные коридоры и роскошные залы торжественно открывают свои двери. А в библиотеке, прислонившись к массивному деревянному столу, стоит демон Одхан и манит меня к себе. В его глазах застыла пронзительная тоска, но как только я подлетаю ближе, они вдруг вспыхивают жуткой злостью.
К счастью, картинка вновь плывёт, и сюжеты начинать сменять друг друга всё быстрее.
Троица каннибалов на узкой улице Тинисса. Высокий мужчина прижимает меня к стене дома, поигрывая острым ножом у горла, двое других смеются, лапая руками, куда получается достать. Я обездвижена и беспомощна.
Пустошь. Тьма и тишина. И сухой воздух с песком, скрипящим на зубах.
Толпа тёмных тварей в виде жутких монстров, с которыми я бьюсь в одиночку. Братья-мечи сверкают ярче солнца, и брызги чёрной крови летят во все стороны, щедро орошая окрестности битвы. Как только тяжёлые капли впитываются в землю, на их месте распускаются диковинные цветы.
— Слишком рано… — откуда-то слабо доносится незнакомый голос.
Дальше кадры меняются ещё стремительнее.
Удивлённые глаза сестрёнки из таверны — она узнала, что я не получила пророчество.
Серо-зелёные глаза Тритиса, когда он открыл их впервые после болезни.
Распахнутые глаза Сали, схлопотавшей стрелу в плечо.
Страх в глазах Миры, увидевшей раненую сестру.
Теплота карих глаз Фаррела.
Всполохи в чёрных глазах дракона.
— Рано, слишком рано… — вновь слышится неумолимый голос, неестественно-безэмоциональный, словно фразы начитаны механическим прибором.
Словно невидимый некто без суда и следствия выносит мне смертный приговор.
И всё мгновенно замирает.
Абсолютная тишина… Пустота снаружи и внутри… Пустота и чернота — такую можно увидеть на кадре ракорда в начале киноплёнки. Я понимаю, что лечь спать на звезду было не самой лучшей идеей, но уже ничего не изменить. И надо где-то проснуться. Срочно.
Пытаюсь представить сначала Фаррела, потом всех попутчиков по очереди, но не получается. Словно моё воображение выключили вместе с окружающим миром.
Начинает подкрадываться паника — где мой самоконтроль? Где моя связь с Сердцем Магии? Здесь нет совсем ничего. И даже я — другая. Парю в этом странном месте, как душа, вырванная из тела. Душа, которой пора уходить.
Это ощущение — «Пора! Пора!», — стремительно растёт и ширится, и в тот момент, когда я почти соглашаюсь с неизбежным, в пустоте вдруг проявляется образ мужчины. Того самого, из моего сна. Он ищет меня, вкладывая в этот процесс колоссальные усилия.
Я цепляюсь за его образ — первую реальную картинку, — и изо всех сил тянусь к нему. Сколько раз предпринимала подобные попытки в Зале Регалий, и всё безрезультатно. А сейчас будто что-то щёлкнуло — и он вдруг увидел меня.
На выразительном лице мужчины, для которого наконец-то удалось подобрать подходящее определение — мучительно красивый, — быстро сменяют друг друга эмоции: ликование, словно пришла пора праздновать долгожданную победу… изумление… растерянность. И, наконец, гнев.
Незнакомец коротко взмахивает рукой, будто сбрасывая с лица морок, и в тот же миг я просыпаюсь, сразу вскочив на ноги — тело сработало на глубинных инстинктах. Видимо, очень хотелось убедиться, что всё в порядке.