История моего попаданства (СИ)

— А кто это сделал?
— Неважно. У Гран и Валтасара я находился временно. Они понятия не имели о том, что я не собака, но честно содержали, согласно сделанному заказу.
— Прямо как на передержке, — пробормотала я.
— Что?
— Ничего. Говорю, удивительно, что они честно выполняли чьи-то распоряжения.
— Ничего удивительного. Гран и Валтасар понимали, что с теми людьми шутки плохи, вот и всё. Просто заботились о своей шкуре.
— А ты-то зачем нужен тем таинственным людям?
— Они хотят, чтобы я согласился работать на них.
— Странный способ заставить работать на себя, — заметила я, — неэффективный. Большинство согласятся на что угодно, если их запереть в какой-нибудь холодной яме без еды и воды.
— А ты добрая! — засмеялся Фаррел; у него оказался очень приятный смех, — этот метод воздействия, понимаешь ли, они уже испробовали. Я долго жил в темнице на голодном пайке, но даже в блокираторе магии моё тело без подпитки способно существовать не один месяц. Я был на грани смерти, но всё равно не согласился помогать, и тогда они решили наказать меня существованием в теле собаки. С полностью опустошённым магическим резервом я был собакой почти три года.
Я не совсем понимала логику людей, о которых говорил маг, но в этом мире мои логические выводы частенько оказывались ошибочными, так что, наверно, всё нормально. Может, у них тут вообще наши силлогистические умозаключения не работают?
— А что именно ты должен сделать для этих людей?
— Неважно.
— Кажется, ты это уже говорил, — пробормотала я, стараясь скрыть недовольство.
Получилось плохо, потому что Фаррел опять рассмеялся:
— Прости, но и я тебе не совсем доверяю. Может быть, ты — их ловушка.
— Зачем тогда помогал?
— А если ты честный человек, а я бы тебя бросил? — хитро улыбаясь, спросил мужчина.
— Прочитал бы мои мысли, да и всё. Или не умеешь? Или для этого магия нужна, которой у тебя не было? — довольно-таки ехидно поинтересовалась я. И сама себе удивилась — неужто так задело его недоверие?
— Умею, и магия для этого не нужна, — спокойно ответил Фаррел, с каким-то новым интересом изучая меня, — это дар от рождения, но самый бесполезный из всех.
— Почему? — тут уж я по-настоящему удивилась, всегда считала, что читать чужие мысли — это здорово.
— Потому что в секунду приходит около шестидесяти мыслей, человек выбирает одну-две и обдумывает их. Те, кто вообще не в состоянии контролировать своё сознание, обдумывают три и более мыслей одновременно. Но тот, кто их читает, слышит каждую приходящую мысль, без исключения. Во-первых, это очень тяжело, во-вторых, не несёт никакой практической ценности, потому что невозможно различить, что именно человек решил обдумывать в данный конкретный момент. Вот, например, читаешь кого-нибудь, кто рассуждает, сделать что-то или нет, ты читаешь все мысли, но окончательный выбор всё равно не узнаёшь.
— Да уж, и правда ерунда какая-то. Может быть, тебе просто опыта не хватает?
— Уж чего-чего, а опыта предостаточно, — усмехнулся Фаррел.
Эта фраза прозвучала, как из уст уставшего от жизни старика.
— Вообще-то, я хотел спросить, знают ли Сали и Мира, что у тебя сейчас не настоящая внешность?
— Нет, — машинально ответила я, и тут же встрепенулась, — подожди, а ты откуда знаешь?
— Я вижу и эту неприглядную личину, и реальное лицо. Истинное зрение блокиратор магии не убирает, это тоже природный дар, не завязанный на магические поля. Я с самого начала знал, как ты выглядишь. Надо сказать, это довольно-таки милосердно, особенно…
Тут он резко замолчал.
— Что ты имеешь в виду?
— Неважно, — быстро ответил маг и, осознав, что снова произнёс это слово, широко улыбнулся.
Похоже, «неважно» станет нашей дежурной шуткой.
— Значит, ты можешь снять с меня эту гадость? — спросила, с надеждой глядя в тёплые карие глаза.
Ведь я уже не чаяла вернуть нормальную внешность.
— Пока нет. Наполнится магический резерв, тогда попробую что-нибудь сделать.
Странное дело, мы с Фаррелом не доверяем друг другу, но при этом откровенничаем. Почему-то сейчас мне было очень спокойно и комфортно рядом с ним, хотя, по большому счёту, ничего не изменилось.
 
— А куда ты нас ведёшь? — по-хорошему, с этого вопроса надо было начинать.
— Ещё не решил. Сегодня, пока вы спите, я доберу резерв, и вместе подумаем, куда лучше пойти.
— Но ведь у тебя есть дом? Жена, дети. Тебе надо к ним, — сказала я, ни с того, ни с сего почувствовав непонятную печаль.
Фаррел некоторое время внимательно смотрел на меня, а потом ответил:
— Это я тоже узнаю, когда верну магию.
***
Проснувшись, не сразу поняла, где нахожусь. Факел погас, но снаружи шёл мягкий солнечный свет. Неужели я проспала почти сутки, и уже наступило утро?
Мои спутники нашлись у истока ручья, где накануне мы с Фаррелом вели душеспасительные беседы. Причём они громко разговаривали, Мира и Сали смеялись, короче говоря, никакой конспирации!
— Не волнуйся, я поставил Полог Неприметности, нас никто не услышит и не увидит. Ты нашла нас, потому что так было задумано, — улыбнулся Фаррел моему вопросу, — доброе утро, Вита.
— Доброе, — вернула улыбку.
Фаррел выглядел иначе, чем накануне. Сияние карих глаз усилилось, золотисто-коричневые волосы приобрели здоровый блеск. Единственная морщинка разгладилась, а лёгкая небритость придавала дополнительную привлекательность. Неудивительно, что здесь стоял громкий смех, похоже мои подружки наперебой старались привлечь внимание симпатичного мужчины.
На костре обнаружился висящий на рогулях котелок с каким-то варевом, при ближайшем рассмотрении оказавшийся отваром из диких ягод.
— А еда до моего подъема дожила или как? — поинтересовалась я.
— Да, мы оставили твою долю, — и Фаррел, раскидав угли, вытащил остатки припасов.
Пока завтракала, помалкивала и слушала, о чём говорили мои спутники. Подумалось — что, если Фаррел не хочет, чтобы Мира и Сали узнали, кто он такой? Девчонки трепались о природе, о погоде, и безостановочно сыпали комплиментами. У меня чуть уши не повяли — неужели кому-то может быть приятна такая откровенная лесть?
— Вита, наелась? Готова слушать? — внезапно спросила Сали, — А то наш новый друг не хотел рассказывать о себе, пока ты не проснёшься. Чтобы не повторяться.
Я с пониманием посмотрела на мужчину и кивнула. В целом, Фаррел рассказал всё то же самое, умолчав лишь о таинственных врагах. Случайно заколдовали, случайно попал к Гран и Валтасару, которые понятия не имели, что он не собака, случайно удалось сбежать. Целая цепочка невероятных случайностей. Всё. Но Мира и Сали не выказали недоверия, только поахали-поохали, что Фаррелу пришлось три года жить в виде собаки.
Я ахать не стала, а спросила, куда мы теперь направимся.
— Для начала неплохо было бы понять, какова ваша цель? — вопросом на вопрос ответил маг, — Мира, Сали, у вас есть предпочтения, куда пойти? Может быть, хотите вернуться в Певуны?
— Ни за что! — воскликнула Сали, — мне выпал шанс изменить свою жизнь, и я его не упущу. Куда ты, туда и я, — и она улыбнулась Фаррелу.
Вот ведь дурная девчонка, всё о своём!
— Я тоже в Певуны не вернусь, — поддержала подругу Мира, — я давно хотела уйти оттуда, но не хватало денег, чтобы купить всё необходимое для дальней дороги. Да и в одиночку идти страшновато. Конечно, можно было присоединиться к одному из торговых караванов, но и это опасно. Скольких ограбили разбойники! Не сосчитать… Да ещё я боялась что-то менять, боялась, что станет хуже, чем было. А теперь уж не поверну назад. Только я хочу в город. Какой ближе всего?
— Нерин.
Мне казалось, что маг о чём-то напряжённо размышляет. И название города он произнёс не сразу.
— Значит, пойдёмте в Нерин, — улыбнулась Мира.
— А до столицы далеко? — поинтересовалась я «в целях повышения образованности», как говаривал незабвенный почтальон Печкин из всем известного мультфильма.