Красив. Богат. Женат (СИ)

Убедившись, что краснота с лица сошла, выхожу из туалета и останавливаюсь у широкого окна в тени кадок с растениями.
Мимо все время кто-то ходит, встают неподалеку, чтобы поговорить по телефону или просто отдохнуть от шума и духоты общего зала. Я смотрю в окно пустым взглядом, и вдруг вся вытягиваюсь в струну, когда мои рецепторы, как антенны, улавливают его приближение.
Он с ума сошел?!
Мои плечи каменеют, легкие скукоживаются.
Отчетливо чувствую его запах и энергетику.
- Как ты? – звучит совсем рядом подхриповатый голос.
- Отлично! – отчеканиваю я и вздрагиваю, когда моих обнаженных плеч касаются его пальцы.
Буря внутри меня вновь набирает обороты. Ярость, обида, боль и ревность, смешавшись в термоядерный коктейль, рискуют вот-вот на него обрушиться. Невыносимо хочется развернуться и ударить его по лицу. А затем заглянуть в глаза и спросить:
«Ну, как?.. Как прошла ваша встреча, Арсений Рустамович?.. Вы уже показали жене, как сильно по ней скучали?»
- Почему не сказал, что тоже сюда придешь? – говорю вместо этого, - я бы не пошла.
- Ты мне тоже не сказала… я бы тоже не пошел…
Чувствую, как он придвигается ближе, и ладонь его, накрыв мое плечо, мягко сжимает его.
- Что ты делаешь?.. Увидят…
- Мы больше не должны встречаться, Марина, - шепчет в ухо, - впредь я буду осторожней…
По коже растекается жидкий лед, в носу начинает щипать. Я дергаю плечом, сбрасывая его руку.
- Если она и заподозрит что-то, то только по вашей вине. Отойдите от меня, Арсений Рустамович.
И он убирает руку и отходит. По моей щеке скатывается слезинка.
- Прости…
Слышу удаляющиеся шаги, и вскоре его запах исчезает. Мне же приходится вернуться в туалет, чтобы поправить макияж и остудить лицо. А потом возвращаюсь в зал и присоединяюсь к компании молодежи. С двумя из них я знакома, еще двое точно учатся в одном со мной корпусе.
Кравцова я больше не вижу, зато его жену ловлю на разглядывании моего платья. Заметив, что я смотрю на нее, тут же расплывается в широкой улыбке.
С трудом доживаю до окончания вечера и, усевшись в такси, прижимаюсь к папиному плечу.
- Устала?
- Угу…
Он, по всей видимости, тоже. Расстегивает пуговицу смокинга и снимает галстук – бабочку.
- Марина… тебе Инга не нравится? – вдруг тихо спрашивает он.
- С чего ты взял?
Сердце проваливается в желудок и совсем перестает биться. Неужели я чем-то выдала себя?.. Она тоже это заметила?..
- Мне так показалось.
- Да, нет, ты что?.. Я к ней ровно отношусь.
- А к ее мужу?
Внутри все холодеет, внутренности завязываются в узел, и снова мутит.
- Арсению Рустамовичу? - вкладываю в голос как можно больше беспечности, - обычно… я его почти не знаю…
Кажется, папа верит. Устроив голову на спинке сидения, устало прикрывает глаза. Я же, вся внутренне сжавшись, боюсь даже пошевелиться.
Если отец заподозрил что-то неладное, то мама раскусит меня в два счета.
И тогда это будет… это будет конец всему.
  
Глава 38.
 
Арсений.
Наливаю себе крепкого кофе и, взяв с собой сигареты, выхожу в лоджию и открываю окно. Это уже вторая чашка за утро, потому что вообще не понял, спал этой ночью или нет.
Голова трещит, как с похмелья, но ляг я сейчас спать – все равно не усну.
Не удивлен – знал, что первое время так и будет. Волнений добавила наша с Маришкой вчерашняя встреча. Я видел, что ей реально плохо, видел, как блестят от слез ее глаза, слышал, как дрожит голос и адресованную мне шпильку про ее мальчика словил налету.
Глупейшая ситуация – моя жена обменивается любезностями с моей любовницей.
Но не это самое паршивое. Меня всерьез тревожит состояние малыша. И сейчас, затягиваясь горьким дымом, я борюсь с соблазном сесть в машину и поехать прямо к ней.
Кладу недокуренную сигарету в пепельницу и делаю обжигающий глоток кофе.
- Доброе утро, - раздается позади сонный голос Инги, - я думала, ты уже на работу уехал.
Встав за спиной, прижимается всем телом и обнимает за талию.
- Сейчас поеду.
 
Что-то изменилось между нами, мы отдалились. Я причину знаю, Инга ее чувствует.
Вчерашний секс и даже минет в исполнении жены, не смогли смыть образ Маришки из головы. Пока он еще там. Ощущения паршивые, мне не понравились. К тому же, я думал, что слова малыша о ее Мироне в одно ухо влетели, а в другое вылетели, а сейчас чувствую – успели-таки царапнуть мозг.
Такая девочка долго одна не будет. С этим тоже придется как-то жить.
- У меня новая должность… - говорю я, сам себя отвлекая от тягостных мыслей, - ты знала?..
- Нет… откуда? Ты же мне не говорил? – ныряет под мою руку и с улыбкой заглядывает в лицо, - или говорил?
Смотрю в красивые синие глаза и пытаюсь расшевелить потухшие в груди угли. Но там лишь зола да пепел. Перегорело все.
Твою мать… бл*дь.
- Твой отец тебе не сказал? – отдаю ей чашку с кофе и снова берусь за сигарету.
- Нет, - вдруг мрачнеет Инга, - мы поругались с папой.
- Чего?!
А вот это шок. Не припомню, чтобы хоть раз за пятнадцать лет между ними были разногласия. Они всегда были как одно целое и дополнение друг друга.
Она делала все, чтобы радовать его, а он взамен исполнял все ее капризы.
- Что случилось?.. Снова внука требует?
- Хм… Если бы… - усмехается Инга и, обхватив пальцами мою ладонь, удерживающую сигарету, подносит ее ко рту и делает затяжку, - он, по ходу, скоро сам себе наследника сделает.
- Не понял…
- У него новая любовница и, кажется, там все серьезно.
Ну, я слышал о похождениях старого пердуна. Были у него и ровесницы дочери, и даже моложе, но подолгу никто из них не задерживался, потому что характер у старика прямо скажем, говно.
- Насколько серьезно?
- Он нас познакомил! – округляет глаза, - какая-то Аня… младше меня на два года! Она уже полгода с ним!
- А мать твоя что?
- Да при чем тут мама? – отмахивается Инга, - ты представляешь, отец мне сказал, если мы не родим ему внука через год, то ему Аня родит сына.
Скривившись, она берет пачку с сигаретами и вынимает для себя одну.
- Я думал, ты давно бросила, - делаю замечание.
- Бросишь тут… с такими нервами…
Чиркает спичкой и ловко прикуривает. И не бросала, значит.
- Ну, так что, пусть рожает, - проговариваю, туша свой окурок, - тебя перестанет третировать.
- Рожает?.. – взлетают ее брови, - и все мое наследство того… тю-тю…
- А тебе чего-то не хватает? Нуждаешься в чем-то?
- Там все мое!
- У меня новая должность, зарплата больше, чем мы с тобой сможем потратить, доход с моих инвестиций, дом, квартира, машины… - перечисляю спокойно, - чего тебе еще надо?
Я подозреваю, что дело не в деньгах, а в ревности к отцу. Она привыкла быть единственной его принцессой, любимой дочкой, и в лице этой Ани и ее возможного ребенка видит конкурентов в борьбе за место в отцовском сердце.
- Это мое наследство, Арс! Ты знаешь, сколько у него недвижимости, счетов?.. Тебе и не снилось! Если она родит ему мальчика, то все перейдет к нему!
- Ты боишься, что он тебя на улицу выбросит, если у него еще один ребенок появится? – смеюсь над ее паникой, - с ума сошла?..
- Откуда мне знать, что в голове у этой Ани? – крутанувшись на месте, она выбирается из-под моей руки и, выбросив недокуренную сигарету в окно, уходит из лоджии.
Я допиваю кофе в одиночестве.
У меня так и не вышло заменить Инге ее отца. То ли плохо старался, то ли ей самой это не надо было.
Больше попыток создать настоящую семью не будет. Хватит, я устал. Отдыху вдвоем она всегда предпочитает путешествия с подругами или в одиночестве, в загородном доме, что я купил, была от силы пару раз. Про дни рождения мои традиционно забывает.
Захожу в квартиру, ополаскиваю кружку и иду собираться на работу.
- Арс! – кричит жена из гостиной, - не забудь, сегодня в семь у нас прием у Гольдсона.