Красив. Богат. Женат (СИ)
- Так?..
Сука.
Мысли о том, что ее будет трахать другой, что вот так же она будет стоять перед ним, настырно лезут в голову. Обычно я легко их блокирую. Сегодня не выходит. Сегодня все иначе.
- Именно так.
Пристраиваюсь сзади и врезаюсь сразу до упора. Невесть откуда взявшаяся агрессия застит глаза красной пеленой. Толкаюсь снова и снова, понимая, что затормозить уже вряд ли получится.
Маришка заряжается моим безумием, прижавшись грудью к постели, максимально для меня открывается. Тонко стонет, царапая ногтями черную простынь.
- О, Господи… Боже мой…
Продолжая двигаться, подушечкой большого пальца обвожу сжатое колечко ануса. Выпускаю на него слюну и несильно давлю в самый центр.
Марина, замерев, оборачивается. Глаза как блюдца, лицо горит, дышит ртом. Страха не вижу.
- Только палец, малыш, - предупреждаю сразу, - не пугайся и постарайся расслабиться.
Шумно выдохнув, она согласно кивает и отворачивается. Знаю, что доверяет мне безоговорочно, уверена, что физической боли не причиню точно.
Размеренно в нее толкаясь, ввожу фалангу большого пальца. Даю секундную передышку и проникаю глубже.
- Как?..
- Н-нормально, - лепечет чуть слышно.
- Будет неприятно, не молчи.
- Нормально, - повторяет уверенней.
Ей действительно нравится. Дыхание становится тяжелей и заметно учащается. Чувствую, как увлажняется еще больше, и осторожно добавляю второй палец.
- А-а-арс…
- Терпи, малыш… не кончай пока…
Войдя на всю глубину, начинаю двигать пальцами и членом синхронно.
- Я не могу… - хнычет Маришка, - я конча-ю-у-у-у…
Планировал продержаться дольше, но ее оргазм настолько сильный, что я сам едва успеваю выскочить. Заливаю ягодицы и всю поясницу и, рухнув сверху, придавливаю собой.
Спросить бы, как она. Но язык не ворочается, в голове война атомная и в груди раскурочено все. Подминаю под себя и утыкаюсь лицом в мягкие волосы.
Сколько мы так лежим, и как засыпаю, я не помню. В следующий раз глаза открываю, когда за окном занимается рассвет. Маришки в кровати нет, и я срываюсь с места.
- Марина!
Выхожу из комнаты, иду по коридору и спускаюсь на первый этаж. Сначала взгляд натыкается на нашу разбросанную одежду и обувь, а затем я слышу шум льющейся воды из ванной.
Отпускает, но лишь немного.
Захожу бесшумно, плотно прикрываю дверь и вижу, как она стоит за запотевшим стеклом. Закрыв лицо руками, не двигается.
Бл*дь…
Открываю дверцу и шагаю внутрь. Марина, резко обернувшись, неожиданно улыбается. Обмануть меня пытается, за улыбкой слезы спрятать.
- Доброе утро, - обнимает за талию и прижимается лицом к моей груди.
У меня булыжник в горле застревает. Тяжело сглатываю.
- Доброе.
- Чуть не проспали, - смеется она, - давай скорее мыться, а то я на учебу опоздаю.
Протянув руку, берет с полки гель для душа, выдавливает его в ладони и мылит нас обоих.
- У нас первой парой Теория коммуникаций, на нее опаздывать нельзя, - тараторит, елозя руками по моему телу.
Потом прибавляет немного температуру воды, толкает меня под горячие струи и встает рядом. Все это время я молча на нее смотрю.
Такая красивая… родная… сильная…
У Греховцевых другой дочери быть не могло.
- Ну, вот и все, - проговаривает, подавая мне полотенце, - комар носа не подточит.
- Марина! – внезапно прорезается мой голос.
- И ни одной царапинки, как новенький.
Схватив ее руку, рывком притягиваю к себе и прижимаю голову к своему плечу. Она даже не думает вырываться, хотя морально я готов к истерике. К слезам, обвинениям, жестоким словам. Но Маришка неожиданно сильно обнимает меня, чем буквально вспарывает мне вены.
- Что ты хочешь от меня, малыш?..
- Ничего… все нормально.
Ничего не нормально. Плохо ей, больно.
- Марина-а-а… я ведь предупреждал…
- Ты обещал… что отвезешь меня утром на лекции… я опаздываю…
Мягко отстраняется и, завернувшись в полотенце, выходит из ванной.
Одеваемся молча, друг на друга не глядя. Я надеваю чистую рубашку и костюм. Маришка, стоя у зеркала комода, наносит макияж.
Будничное утро, за исключением того, что оно последнее.
- Кофе успеем выпить? – спрашиваю, когда она начинает складывать в рюкзачок свои телефон и зарядку.
- Нет, я в вузе выпью.
И голос почти не дрожит, и глаза сухие.
Откуда в ней столько силы? Такая нежная и такая юная.
А я справлюсь?..
Да, должен. Вернусь в колею, и нормально все будет.
Всю дорогу молчим. Звонит Инга – я отключаю звук на телефоне. Маришка пялится в экран.
Торможу на переполненной парковке вуза за пять минут до начала ее лекций.
- Пока?.. – говорит, дергая рычажок открывания двери.
- Подожди…
Она выглядит и ведет себя в разы спокойнее меня. Мне воздуха, бл*дь, не хватает, чтобы надышаться, а малыш торопится убежать.
Ловлю ее взгляд и внутренне корчусь от того, что в нем вижу. Лучше бы плакала.
- Что, даже истерики не будет? – шепчу, склонившись к ее губам.
- Почему же?.. Будет. Только ты ее не увидишь.
Глава 36.
- Я тебе вчера весь вечер звонила! – шипит, склонившись к моему уху, Юлька.
Ева и Оливка, оглядываясь с первой парты, машут мне пальчиками. Их пропущенные тоже есть в моем телефоне.
- Ты где была?! – продолжает возмущаться подруга, - я хотела к тебе вчера приехать.
Моя голова набита ватой, ни одной идеи, как выкрутиться.
- Да?..
- Ты спала, что ли?
- Да… уснула…
Заметив, как на нас строго смотрит Вокин, опускаю взгляд и вынимаю из рюкзака свой айпад.
Юлька на время тоже замолкает, изображая крайнюю степень заинтересованности, делает вид, что пишет лекцию.
Надо было домой ехать. Побыть немного одной, пока не приедет папа. В конце концов, навести порядок в квартире и приготовиться к приему в мэрии.
- У меня такой треш, Маринка, - проникает в ухо тихий шепот подружки.
Кошусь на нее, водя стилусом по экрану планшета. С ней действительно что-то не так. Глаза красные, без следов косметики, что бывает чрезвычайно редко.
- Что случилось?
Придвинувшись ко мне ближе, она набирает полную грудь воздуха и выдает:
- Меня вчера у дома жена Игоря подкараулила.
- Жена?! – переспрашиваю, не веря, - он женат?
Я пыталась выведать у Арса семейное положение его друга, но он ловко съехал с темы. Значит, все-таки, женат?..
- Как оказалось, да! – возмущенно округляет глаза.
В области пупка зарождается холод и быстро занимает собой всю брюшную полость. Потому что Юлины чувства мне сейчас очень близки.
- Как ты узнала?
- Как-как?.. Когда она меня вчера у подъезда догнала!
- И?..
Но в этот момент Вокин, грозно на нас зыркнув, ударяет по столу раскрытой ладонью, и мы замолкаем.
Я записываю за ним на автомате, абсолютно не вникая в суть материала. Становится так плохо, что я всерьез подумываю поехать домой сразу после первой пары.
- Марин!.. – окликает голос Юльки, когда я, повесив рюкзак на плечо, выхожу из аудитории и стремительно иду по коридору, - подожди! Куда побежала?
- Я домой. Неважно себя чувствую.
- Я тоже.
Молча вместе выходим из корпуса и шагаем в сторону метро. Юлька шмыгает носом.
- У них ребенку десять лет, - бросает отрывисто.
- Жесть… я же предупреждала, Юль…
- Я думала, эта ненормальная глаза мне выцарапает! – хватает меня за локоть и разворачивает к себе, - я вообще ошалела, когда эта тетка на меня бросилась.
Подруга все еще в шоке и напугана, явно ищет моей поддержки, а я не могу ей объяснить, что сама как решето.
- Шлюха… проститутка малолетняя… - коверкает голос и корчит лицо, изображая жену любовника, - дрянь дешевая… оставь моего мужа в покое!..
- Ну, а Игорь твой что? Почему сразу не сказал, что женат?
- Да они почти разведены, Марин! – восклицает Юля, - он мне потом позвонил и все объяснил!