Соль (СИ)
— Хорошо устроилась!
— Мистер Ли? Это вы, да? — тихонько говорит она, и он прямо-таки видит, как она прижимается к двери, а он делает то же самое с другой стороны и готов поклясться, что если сейчас растворится металл между ними, Соль упадёт ему точно в объятия.
— Так ли это важно, если я террорист? — он садится на пол и прислоняется спиной к двери.
— Вы меня вытащите отсюда? — спрашивает она.
— А ты знаешь как? — он сам не знает зачем издевается. Она наверняка испугана и устала, кто знает, сколько она там просидела, но очень хочется ещё её послушать. Слушать её, когда один её вид взрывает мозг, крайне сложно. А сейчас — запросто. Можно было ей звонить, конечно, но с Соль Ли… Томпсон видимо всё через задницу.
— Нет, но вы точно должны знать! — она там со своей стороны, наверняка, тоже сидит, уже совсем спокойная.
— Как выяснилось нет, — он лукавит. Но у неё красивый голос и хочется с ним спорить.
— А как вы меня нашли? — она говорит так тихо, будто все ещё боится, что и, правда, в беде, а может не хочет перебивать музыку или просто привыкла к тишине за эти пару часов.
— Камеры наблюдения. Ты слышала, что произошло? — он говорит с ней, а сам набирает сообщения, чтобы выяснить, как открывать эти электронные двери и где искать ключ. Ключ он и правда не взял, хоть до этого момента и был уверен, что с лёгкостью откроет эту дверь. Откуда эта уверенность — загадка.
— Я не уверена, что поняла. Я сидела в самой дальней комнате, кричать смысла не было, это очень далеко. Потом свет выключился, я не знаю каким чудом я решила, что надо пробовать открывать двери. Я со всех ног пробежала, не знаю секунд десять прошло, может двадцать, прежде чем я добралась до этой двери, а потом свет вернулся. Это было очень страшно, если честно. Я так надеялась, что успею, и тут я только берусь за ручку и включается свет. Я даже не была уверена, что дошла до выхода в коридор, но все равно стала кричать. Потом был жуткий шум, я не очень поняла, что за звуки это были, — Соль переводит дух, а Кайд убирает телефон. Марк ответил. — Я и так там сидела уже долго… В общем, я стала биться и орать как сумасшедшая. Потом завыли сирены и прочая хрень. Удивительно, что я с ума не сошла.
— И правда удивительно, — Кайд шокирован её спокойствием. — У тебя нет клаустрофобии?
— Наверное, нет, — спокойно отвечает она. — Но я могу испугаться уже на свободе. Я невозмутима, когда всё безнадёжно. Но если есть время и силы пугаться — я отрываюсь по полной. И это не шутки… Вы уже знаете, как меня открыть?
— Да, — он встает. — Подожди недолго, одну минуту.
— Ага, — её голос теперь, когда он отходит, жутко испуганный, будто у неё резко вырубили свет и перекрыли кислород.
***
Кайд открывает дверь прачечной и отступает назад, чтобы не броситься к ней и не рассыпатсья прахом у её ног. Она выглядит бледной, на лице испуг, хоть и смешанный с сильнейшим облегчением. Она истерично смеётся, вытирает лоб тыльной стороной ладони, в два шага оказывается рядом с ним, и её руки тут же смыкаются на его шее, а грудь прижимается к груди. А что дальше? У него сердце колотится, а у неё и подавно. Ей совсем не хочется ни поцелуев, ни признаний, но чтобы он ещё крепче обнял — пожалуй. Тепло и мягко в его руках.
Он не шевелится, контролируя каждое движение, потому что очень хочется провести большим пальцем вниз по её позвоночнику. Может перехватить её тонкую спину и обнять крепче, сильнее? Это, наверное, можно. Прижимает её к себе и утыкается носом в её волосы. Он боялся услышать, что её дыхание участится, если он что-то такое сделает, а в итоге сам дышит нервно и неровно.
— Ты жить не можешь без драмы, Соль Ли, — шепчет он ей в волосы. Она содрогается, потому что его шепот — это дыхание, а дыхание — это тепло в волосах. Щекотка.
Только через пару секунд он понимает, что не только назвал её своим именем, но и тянется поцеловать её волосы, поднять выше, прижаться губами к её шее. Он останавливается, но она уже откидывает голову, потому что этот интимный поцелуй уже состоялся. Её шея теперь полностью ему предоставлена, и он не может отвернуться, даже оторваться не может. Он её целует. Снова и снова, поднимаясь выше, чтобы добраться до губ и смять их своими.
— Я отвезу тебя, — в попытке протрезветь, говорит он. — Ты слишком долго провела в заточении, чтобы понимать чего хочешь.
Она отстраняется. Хмурая и злая.
— Зачем ты всё время всё портишь, Кайд Ли? Ты что, железный? — спрашивает она с абсолютным спокойствием на лице, но явной истерикой в голосе. — Неужели всё всегда должно быть плохо? По-другому скучно? Сама доберусь, спасибо!
Она уходит, а он вздыхает, глядя ей вслед.
Теперь можно пойти домой, где явно ждёт, после такого, Поэтичная С. Злая, как тысяча фурий, но всё-равно ждёт. Он знает, что стоит лечь спать, и она тут как тут. И с ней-то он и поговорит…
Глава 28. Квартира Кайда Ли/умиральный день
Она и правда тут. Дёргает ногой, по которой очаровательно скользит подол шелкового халата. Её волосы распущены, рассыпались по плечам и спине, она напряжена, как струна, готовая вот-вот лопнуть.
— И? — спрашивает она.
— Что и?
— Что ты творишь? Неужели мы тебе не нравимся?
— Не нравитесь, — упрямо качает он головой.
— Да что ты, — она подходит и парой лёгких движений пальцами по его шее и груди заставляет опровергнуть только что сказанное, — Мы тебе нравимся.
— Не путай физику и химию.
— Ох, какая глупость. Одно без другого…
— Невозможно только в мелодрамах.
— Расскажи свою историю, — просит она, садится на диван, поджимает под себя ноги и с мягкой улыбкой похлопывает рядом с собой: мол, садись. Кайд как нашкодивший школьник, смотрит на место рядом с ней, потом кивает и садится.
— Что рассказать?
— Мужчина не отказывается от молодой красотки без повода, — она пожимает плечами, а потом расплывается в улыбке. — Ты боишься, что её постигнет страшная участь, как твою жену?..
— Откуда ты знаешь про…
— Кай, — она бьёт его по щеке.
— Какого хре…
— Кай! — это не Соль. Это Кло. Стоит уперев руки в бока и сверлит взглядом. — Какого чёрта?
— Да что не так?? — он трёт глаза и понимает, он так торопился уснуть (не для того, чтобы с кем-то там встретиться), что сделал это прямо на диване в гостиной, не дойдя до спальни. — И что тебя заставило примчаться среди ночи? Сон дурной приснился?
— Ты эсэмэску написал! — восклицает Кло и тычет телефон Кайду в лицо.
Фак! Я не знаю, что делать!
— Лаконично, — ухмыляется он. — Эм… И что? Может, я был пьян и не знал, чем бы заняться?
— Нет уж, я что тебя плохо знаю? — Кло падает рядом с Кайдом и подбирает под себя ноги. — Итак. Интервенция! По-порядку. Ты женился, чуть ли не в восемнадцать. Очень любил, безусловно, жену. Пенни была чудесной…
— Дело не в Пенни. Я знаю, к чему ты клонишь. Ты думаешь, что я до сих пор люблю её или страдаю… нет. Я смирился. Такое тоже бывает, и это называется адекватное отношение к сложной ситуации. Время прошло. Я люблю её, это никуда не денется, но… нет. Я не зациклен. Она вообще в последнее время стирается из памяти, и это немного пугает. Она перестала мне сниться. Я засыпаю и уже боюсь, что она появится во сне, как раньше, но ничего… и мне спокойно.
— Да что тогда не так? Дело в этой Соль?
— Девочке двадцать. Она милая, смешная, живая, забавная, красивая. У неё куча увлечений, все интересные и полезные. У неё горят глаза, жизнь впереди…
— Ты не старик. Тебе не больше, чем мне.
— А если я её не полюблю? А она уже меня любит!
— С чего ты взял? Она тебе говорила, что любит другого…
— Да это я и есть! Она притаскивалась в этот клуб и в МЕНЯ там влюбилась! Она со всех сторон сумасшедшая! Ну зачем она мне? Зачем я ей? Мы будем выглядеть хорошо только в прессе! Я не стану общаться с её друзьями, потому что что-то мне подсказывает, что мы разные люди. Она не будет носиться с моими проблемами. Она будет мне мешать, когда пройдёт эта… эта… херня!