Песня смерти и крови (СИ)

Кай промолчал, но всем было ясно, что, будь у него охотничья лицензия, он бы так и поступил. Он стиснул зубы, и на щеках заходили желваки.
— Скарборо пытался мобилизовать тех немногих охотников, что есть в городке, но в итоге, попробовав выследить медведя, от бессмысленной затеи отказались все, кроме Бена и Барри, — Денни потер руками лицо. — У них ещё осталась надежда. Да и то…
Он хотел сказать, что с этих двоих уже давно нет никакого толка, но промолчал. Все их трофеи остались в молодости да на стенах домов. А что сейчас?
А сейчас даже егерь не был уверен, что это животное ещё живо. И бешеных медведей он в лесу не видел. Но тела-то есть!
— То есть, мы просто нахрен будем ждать, пока очередной гребаный шатун пожрет ещё кого-нибудь?! — Кай не выдержал. — Мой брат мертв из-за того, что все решили, будто Сандерсу просто охуенно не повезло!
Денни понимал его боль. Понимал, что значит мучиться от мыслей, что ты мог что-то сделать и не сделал. Терзаясь переживаниями из-за исчезновения Сэма, он злился на себя, что не заметил его проблем, что не смог проследить… думал о многом и многом. Думал, что в последние свои дни Сэм выглядел сам на себя не похожим, и дело было не только в долгом пребывании в лесу и попытках выжить в чаще. Но в чем ещё?..
Казалось, Кай винит себя в том, что все меры против нападения медведей в итоге вылились в назначение комендантского часа, да и то — не слишком раннего, и в бесполезные походы охотников, не способных никого выследить. Но таково было решение Скарборо, и спорить с сити-менеджером было себе дороже.
Возможно, Уоррен считал, что медведи в итоге уйдут сами или сдохнут от бешенства. Всегда умирают.
Не открывать же дело из-за взбрыка природы?
В глубине души Денни был согласен с Каем, и промедление Скарборо ему было непонятно. Но Скарборо четко дал понять, что не закроет глаза на отстрел без лицензии. От Барри проку оказалось мало, а Бен Дуглас в лес так вместе со всеми в последний раз и не вышел.
Алкоголь. Что же ещё могло ему мешать?
— Я поговорю с Уорреном, — Денни вздохнул. Он хотел положить руку на плечо Каю, но сомневался, что это успокоит помощника. — Две смерти — это уже не шутки.
Баддингтаун, казалось, замер в ожидании новых убийств. Разумеется, это было ошибочным впечатлением, просто комендантский час делал свое дело, но, проезжая по улицам города, Денни не мог не отметить, какими пустынными и тихими они казались. Городок и раньше не бурлил вечерней или ночной жизнью, но теперь даже подростки особо не шатались туда и сюда, возвращаясь из молла — единственного места, где они могли повеселиться. Да и вечеринки были под запретом, хотя вряд ли кто-то этот запрет соблюдал безоговорочно.
Закурив в окно машины, Денни прикрыл глаза.
Результат разговора со Скарборо оказался неутешительным. Уоррен всё понимал, но руки были связаны.
— Тейлор, мы делаем, что можем. Охотники выходят в лес. Егерь им помогает. Введен комендантский час. Да, родители школьников, особенно работающих, приходили ко мне. Они обеспокоены. Я разговариваю с ними. Это не убийства, не маньяк, это всего лишь медведь, и всё, что мы можем — охотиться на него. А он хорошо прячется.
И в этом была правда. Или нет?
Почему тогда охотников становилось всё меньше?
Марк написал Денни ещё утром, что уже в Бангоре и собирается приехать в Баддингтаун в ближайшие пару дней. И, хотя Денни был рад его приезду и даже предлагал остановиться у него, всё же не мог не отметить, как не вовремя Марк возвращается в родной город. Уже второй раз, как не вовремя. И зачем? Нет, конечно, он был бы рад увидеть старого друга, но с тех пор, как Марк увез Киру и Брайана, причин возвращаться у него будто бы и не было.
Хотя, возможно, сам Денни, затюканный и замотанный, всё усложняет, и Марк просто хочет навестить резервацию, в которой когда-то жил его дед. Кажется, он весьма проникся культурой своего народа. Быть может, это старение? И как скоро старение почувствует сам Денни?
Дома горел свет.
— Привет, — Денни повесил куртку на крючок, отряхнул ботинки. — Ри?
 
— Привет, — Айрис выглянула из кухни. — А у нас гость. Ты почему не предупредил, что Марк приезжает сегодня, а?
Не предупредил. Замотался. Хотя сам предлагал другу остановиться у них. Забыл. Даже за те пару дней забыл, только сегодня вспомнил.
Денни не успел ничего ответить. Сам Марк появился в дверях, прислонился к косяку плечом.
Ничуть он не изменился за прошедшие полгода, да почему и должен был? Длинные тёмные волосы он собрал в пучок на затылке, что делало его худощавое лицо ещё взрослее, но в целом… В целом это был всё тот же Марк, прощавшийся с Денни в начале июня, и ни один из них не думал, что они вновь встретятся так скоро.
— Извини, что без предупреждения, — он развел руками. — Я должен был позвонить, но у телефона сдохла батарея прямо в дороге. Я ненадолго, уже снял номер в мотеле.
— А я ему сказала уже, чтобы забыл про свой номер и остановился у нас, — Ри уперла руки в бока. — У нас есть свободная спальня и мы достаточно гостеприимны.
Марк закатил глаза.
— Уйми свою женщину, Денни, дружище, она мне весь мозг уже сожрала этим!
Денни шагнул вперед и обнял его, хлопнул по спине, и в этом теплом, дружеском жесте не было больше неловкости, как при первой их встрече в прошлом году.
— С возвращением, приятель.
Марк хмыкнул.
— Да уж, Баддингтаун меня, похоже, никогда не отпустит.
Темнота на улице неуютно заглядывала в окна. Ри уже ушла спать; страхи её больше не беспокоили. Марк откинулся на спинку стула, вытащил из пачки сигарет одну и повертел в пальцах, но так и не закурил.
— Расскажи мне то, о чем не рассказал по телефону.
Денни вздохнул. Раскрытие обстоятельств смерти Сандерса и Рори могло бы грозить ему увольнением, если бы открыли уголовное дело, но официальной причиной смерти всё ещё значилось нападение диких животных, а значит, никакой следственной тайны — только этика.
Болтуном Денни не был никогда, однако в маленьком городке редко что можно было скрыть и не бояться при этом, что тайное станет явным. Смерть Рори и Сандерса обсуждали все, но даже Айрис не знала всех подробностей. Ей и ни к чему были детали. Остальные придумывали эти подробности сами и вполне были довольны своей фантазией.
— Да, в общем-то, я рассказал тебе всё. И Сандерса, и Рори разорвали на куски, как старые тряпки. Однако коронер считает, что это были не медведи. Его смутили следы зубов, больше похожие на тонкие иглы. К тому же, даже бешеные животные не бывают так бессмысленно-жестоки, да и умирают они довольно быстро. Но я думаю, что он начитался романов ужасов, — хмыкнул Денни. — Кто ещё это мог быть, если не медведи? Пусть и разные.
Марк помолчал, сжал в пальцах сигарету, сминая её пополам.
— Может, медведь, — тихо произнес он через пару минут. — А может, и нет.
Денни пожал плечами.
— Не представляю, кто тогда. Дуглас и О’Шейл получили лицензии, но Барри медведя выследить вместе с другими охотниками и егерем не смог, а Бен… — он махнул рукой.
Почесав подбородок, Марк вытащил ещё одну сигарету, зажал её между губ и, наконец, закурил.
— Не знаю, кто это может быть, — он выдохнул долгую струю сизого дыма, — но много ты видел медведей с иглообразными зубами?
Немного, тут к гадалке не ходи. Денни вдруг рассердился. Марк в точности повторял его мысли, но при этом не говорил ничего нового. И это не Марк смотрел на тела Сандерса и Рори, размазанные по асфальту и превратившиеся в месиво из мяса и костей.
— Слушай, если у тебя есть какие-то соображения, то поделись ими, а не ходи вокруг да около!
Марк в упор взглянул на Денни. Покачал головой.
— У меня есть только догадки, и в них ты всё равно не поверишь, пока не увидишь сам. Поэтому я здесь. Дэн, я хочу тебе помочь. Дай мне только разобраться, как.
Лампочка в люстре мигнула раз-другой, но гаснуть передумала.
Денни подумал, что вспылил зря — сказывалось напряжение последних дней. Он потер переносицу двумя пальцами, зажмурился на миг, потом выдохнул.