Княжич (СИ)

— Мама, ты видела как я плюх-плюх? Видела, видела? — Подпрыгивала в нетерпении Юлиана, забрызгав маму, стекающей с неё водой. — А потом плюх, — шлёпнула она ладошкой по её животу, оставив на нём мокрый отпечаток с крупинками песка в нём.
Я же стоял в сторонке и усмехался.
— Видела моя хорошая, — пригладила на ней волосы Алиса, посмотрев на меня с немым обещанием во взгляде. — Иди к друзьям. Покажи мне, как ты ныряешь.
— Хорошо, а ты со мной?
— Я скоро присоединюсь, — обманула дочку эта врушка.
— Смотри, как я умею! — Забежала в пруд Юлиана, показывая, как она плавает на спине, набирая в рот воду, и выплёвывает её, словно кит.
Алиса показала ей большой палец.
— Может, тоже пойдем, искупаемся? — Присел я на шезлонг к жене, загородив той солнце. — Хватит буку строить, — провёл я рукой по её впалому животику, отряхивая тот от песка. — Ну как?
— Я не собираюсь нырять в этот противоречащий всем правилам санитарии пруд, — поджала она губы, согнав мою руку со своего живота. — И если ты забыл, нас пригласили на прием к наместнику Сибирска и вместо того чтобы готовиться к приёму мы занимаемся чёрте чем, торча тут, — оглядела она галдящую толпу радостных простолюдинов, служащих нам.
— Не хмурься, Алис, а то морщинки появятся, — наклонился я вперёд, поцеловав её в носик, от чего она ещё больше нахмурилась. — И отвечая на твои ворчания — пруд у нас чистый, ключевой. Эту воду пить можно.
— А к приёму готовиться значит не надо? — Вручила она мне крем от загара, перевернувшись на живот. — Намажь меня.
— Чего там готовиться? — Удивился я, выдавив в ладошки желеобразную массу крема, став втирать его в спинку Алисы.
Мешающие мне лямки её чёрного лифчика я по-хулигански развязал.
— Эм-м-м, — замычала она, поведя плечами, недовольная моим самоуправством. — Смотрят же, — пожаловалась, она, чуть смутившись.
— Ничего не видно. Не бойся, ты у меня красавица, — успокоил я её, с удовольствием втирая крем ей в кожу и наслаждаясь податливостью своей жены, вся разомлела она на солнышке. — Приятно? — Перешли мои руки чуть ниже, к её пояснице и бёдрам, довольно поглаживал я её, вслушиваясь в слышимое только мне мурчание Алисы.
— Нет, — проворчала она, но последующий за этим стон опроверг её слова. — И ты так и не ответил на вопрос, про приём.
— Хорошо, сейчас отвечу, — согнул я её ножку в коленке, став мять ей пяточки и маленькие пальчики на ноге.
— Ай! — Вскрикнула она. — Щекотно, — попыталась Алиса вырвать ножку из моих рук.
— Терпи. Я почти профессиональный массажист и знаю как надо, — не отдал я ей её конечность, с некой мстительностью проминая её и играя пальчиками.
— И где это ты в свои четырнадцать лет научился делать массаж? — Спросила она, обернувшись ко мне.
— Интернет научил, — размяв одну её ногу, взялся я за другую.
Глядя на меня, окружавшие нас женщины, точно также отдыхающие на шезлонгах потребовали от своих мужей того же, недовольно зыркали на меня мужики, вынужденные оторваться от шашлыка и разговорах о рыбалке, чтобы угодить своим жёнам.
— Есть у меня подозрения, на каких это сайтах подростки вроде тебя могут обучиться массажу, — перестала она смотреть на меня как инквизитор на безбожника и вновь погрузилась в тёплые волны наслаждения, распространяющиеся по всему её телу от прикосновений моих тёплых рук.
— Не понимаю о чём ты, — состроил я рожицу. — А теперь снова помнём тебе спинку, — провёл я руками по обеим её точёным ногам, поднимаясь всё выше и выше, вздрогнула она.
Обошел попу, едва её, коснувшись, и остановил ладошки, на пояснице вдавив её и заставив Алису выгнуться, промычала она довольная, пока я с усилием мял каждую мышцу её спины, заставляя мою лисичку мурлыкать и краснеть при этом.
— Делай как он, — услышал я шепот женщины с соседнего шезлонга, обращенный к мужу. — Повторяй за господином, неумёха ты моя.
Алиса тоже это услышала, но ничего не сказала, только фыркнула.
— Всё, я закончил, — довольно шепнул я ей на ушко, возвращая назад лямки лифчика, красиво завязывая их двойным бантиком. — А к приёму вечером подготовимся. Шуба у меня всего одна.
 
— ЧТО?
* * *
— Я красивая? — Крутилась перед зеркалом Юлиана, ничуть не меньше мамы.
Вопрос был адресован мне.
— Красивая, красивая, — подтвердил я, посмотрев на её красное платьишко в чёрный горошек и шляпку на голове.
— А туфельки?
— И туфельки, — тяжело выдохнул я, старясь сделать это незаметно.
— А мама?
— Мама у нас конфетка, — улыбнулся я.
— Это как? — Открыла рот Юлиана, переводя взгляд с меня на свою маму.
— Хочется её скушать, — якобы по секрету сказал я, наклонившись к ушку приёмной дочери.
— Хи-хи-хи, — захихикала она.
— Хватит паясничать, — строго отчитала нас Алиса, шикарно выглядящая в своём белом, невинном сарафане, подвязанным кушаком и выделяющим её тонкую талию. — Надеюсь, ты выучил все знатные фамилии Сибирска?
— Неа, — беззаботно ответил я, поправляя шубу из белого медведя, надетую поверх чёрного костюма и положенную мне по статусу. — Зачем это мне тратить время, заучивая их фамилии и лица, если я не веду с ними никаких дел? — Дразнил я Алису, зная, как он к этому относится.
Ну а тех, кто есть, кто в Сибири я и без её понуканий узнал, чай не дурак и давно это выяснил.
— Ты!!!
— Шубу мне помнешь, — убрал я её руки со своей шеи. — Может, уже пойдём? А то опоздаем? — Открыл я нам дверь. — Прошу.
— Как вернёмся… — Показала она мне кулак.
На улице нас ждала охрана и так в её сопровождении мы прошли к вертолётам, понёсшим нас в усадьбу наместника Императора в Сибирске.
Пока Юлиана приставала к охране и пилотам, мы с Алисой вели разговор:
— Как думаешь, зачем он нас пригласил? — Нервно теребила она кушак платья. — Мы ведь, по сути, простые фермеры, хоть и знатных фамилий.
— С нами слишком часто случаются разные приключения и напасти, вот он и решил полюбопытствовать, — пожал я плечами.
— Значит это простое любопытство?
— Уверен в этом, — утвердительно кивнул я.
— Хорошо, а то я уже себе напридумывала, — улыбнулась она. — И вот ещё что. Постарайся не ввязаться в новую войну. Ты же у меня дурачок и можешь не стерпеть тонкой издёвки или прямого оскорбления этих прожженных интриганов. Справишься?
— Постараюсь, — посмотрел я в иллюминатор, осматривая дворец наместника с воздуха, так как мы уже подлетали.
— Обещаешь? — Уточнила она.
— Обещаю, — легко согласился я. — Не поверишь, но я никогда не ищу себе проблем.
— Зато они тебя находят с завидным постоянством, — поправила она мне галстук, после того как я помог ей встать, взяв её под левую руку. За правую же ухватилась Юлиана, спустились мы по трапу, направляясь к лужайке перед домом наместника.
— Явно не по средствам живёт, — поворчал я.
— С чего ты взял? — Вся светилась Алиса, чувствуя себя на этом приёме, как рыба в воде. Наше маленькое поселение её очевидно душило.
— Кто он, по сути? Обычный управляющий, живущий на зарплату. Простолюдин. А что мы видим?
— Ты как маленький, — стали мы раскланиваться с такими же приглашенными на пир парочками, считающими себя пупами земли. — Только ему это не скажи и уж точно не спрашивай, как он накопил деньги на дворец.
— Я смотрю, ты совсем мне не доверяешь, — обошли мы один из столов с закусками, торопясь оставить Юлиану в компании детишек, собранных в свой кружок.
— Иди, познакомься с ребятами, — подтолкнула заробевшую дочь Алиса.
Понаблюдав за ней, несколько минут и убедившись, что она нашла общий язык с другой мелочью, мы и сами стали знакомиться с окружающими нас людьми.
 
Я-то лучше бы у стола поел, но Алиса…
Не знаю, как у меня лицо не треснуло, приходилось мне не переставая держать улыбку, здороваясь за руки с разными боярами и князьями, словно делающими мне одолжение своими кивками или подающими в приветствие два, три надушенных пальчика.