Княжич (СИ)

— Ваши бы слова да богу в уши, — прошептал я, стоило ему достаточно отдалиться, чтобы не услышать, чего это я там бормочу. — Даже странно. Седьмой месяц пошел как я здесь, а мачеха ещё никого не подослала меня убить. Странно и непонятно… И это настораживает.
— Ась? — Окликнул меня Жук, всё-таки услыхавший что-то.
— Ничего, ничего, — отмахнулся я, вставляя новый магазин в автомат. — Ну, с богом! Тыр-тыр-тыр-тыр.
* * *
— К приёму всё готово? — Спросил своего распорядителя боярин Гончаров Дмитрий Вячеславович, любовно прятавший золотые слитки в сейф.
— Да, барин, — согнул спину старый слуга. — Не знаю только приглашать ли молодого человека, купившего у нас холопов. Он как выяснилось из княжеского рода, — замолчал слуга, ждя ответа.
— Как там его, — пощёлкал пальцами боярин, — Семён, кажется? — Ласково провел он рукой по слитку отливающему красным, прежде чем присоединить его к другим, выстроенным пирамидкой.
— Верно, барин. Семён Андреевич из Смирновых. Тринадцать лет. Официально имеет нулевую ступень, что странно. Похоже на ложь…
— Ты прав, странно. Хммм… — Задумчиво поскрёб подбородок барин. — Ты это, давай-ка пригласи его, — закрыл сейф Дмитрий Вячеславович, — посмотрим, что он из себя представляет и можно ли с ним вести дела. Приглядимся.
— Роду бы пригодился мох с его фермы, — кивнул пожалуй самый доверенный слуга Гончаровых. — Жаль, Зорины не захотели продавать его нам за полцены, из-за чего и погорели, — несмело улыбнулся распорядитель.
— Да. Удачно нам тогда бандиты попались. Навести их на ферму было плёвым делом, — хохотнул боярин.
* * *
Приглашение пришло неожиданно. Раньше меня на такие мероприятия не звали, чему я, откровенно говоря, был рад. Но всё меняется…
Пришлось соответствовать и в срочном порядке покупать нормальную шубу, не в овчинном же тулупе туда идти?
Жаль, конечно, белого медведя, накинул я капюшон на голову, рассматривая себя в зеркале, но не мне менять вековые устои. Шуба — обязательный атрибут любого приёма. На такие мероприятия её одевают не для защиты от холода, а для статуса. Так ты показываешь всем свой достаток и положение в обществе.
Именитые купцы — носят шубы из бобра и лисицы. Другие им не по статусу. Члены боярских родов — из куницы, песца, норки и волков. Члены княжеского рода — из медведя, рыси, шиншиллы и соболя. Главы же родов (княжеских или боярских — не важно), как и Император — одеваются только в меха викуньи.
— Красавец, — подёргал я себя за медвежьи уши.
Голову мишке оставили, сделав из неё капюшон.
— Эх… Не зря нас во всём мире называют варварами.
Тук-тук, постучались в дверь.
— Зайдите, — крикнул я, снимая капюшон.
— Карета подана господин, — заглянул в комнату Жук, снял воображаемую шляпу с головы и подмёл ею полы.
— Шутник тоже мне, — убрал я приглашение на приём в карман современного фрака, скрытого под белой как снег шубой. — Пойдём уже, — позвал я его за собой.
— Не нравится бывать на приёмах? — Завёл разговор наёмник, пока мы шли к вертолёту.
— Не нравится быть в центре внимания и быть посмешищем.
— М-м-м… — Замолчал он, перестав лыбиться.
— Забыл, что я только недавно достиг первой ступени? Раньше бы меня и на порог такого мероприятия не пустили. Кому я там нужен?
— А как же?
— Не знаю, — пожал я плечами. — Это приём у Гончаровых. Наверно хотят посмеяться над рассказами о своих бывших холопах, таскающих навоз. Кто их знает? Поживём, увидим, — зашли мы на борт вертолёта и полетели.
* * *
— Ваше приглашение господин, — поклонился мне слуга на входе во дворец Гончаровых, по-другому и не скажешь.
Вертолётная площадка на триста аппаратов и белокаменное произведение искусства в стиле арабских сказок с куполами разных расцветок и обилием красок.
Цвели деревья, заметил я за воротами персик, черешню, яблоню, доносил до меня их запах ветерок. Ползали по земле муравьи, таская в руках ветки. Пели цикады, явно завезенные в непривычные для них широты специально.
 
Как это возможно посреди зимы, спросите вы? Так дворец и прилегающая территория находятся внутри какого-то пузыря, сохраняющего тепло внутри круглый год. Поистине могучее волшебство. Пятая ступень, не иначе.
— Эээээ… — Судорожно шарил я по карман и не мог найти приглашение. — Похоже, потерял, — сильно-сильно забилось сердечко от радости. Неужто мне повезло и не надо идти на приём? Главное виду не показывать. — Нету, — развёл я руки по сторонам, собираясь уходить и держа на лице скорбную мину.
— Обождите, пожалуйста, — остановил меня окрик слуги. — Как ваше имя? — Подали ему список приглашенных гостей.
— Семён Андреевич из рода Смирновых, — остановился я нехотя.
— Можете проходить, — гостеприимно показали мне на вход. Воины рода Гончаровых расступились.
— Благодарю, — доброжелательно улыбнулся я, хотя на самом деле клял его всякими нехорошими словами.
В саду, сразу за забором было не протолкнуться. Люди ходили от столика к столику, пробовали еду, напитки и строили друг другу козни, скрывая свои намерения за улыбочками и смехом.
— Клубок змей! — Незаметно сплюнул я, успев уже позабыть, как ненавижу всё это ещё с дома.
— Бокал вина… кхм-кхм… сока? — Поправился слуга с круглым подносом в руках.
— Спасибо, — кивнул я, принимая стакан. — Ну, понеслась… — Заметил я, как ко мне целенаправленно движется мужик в мехах викуньи с женой под ручку и дочкой, тянула она родителей за собой. Отсидеться в сторонке не получилось.
  
Глава 11
 
— Так вот ты где! — Обвиняюще тыкнула в мою сторону пальцем молодая девушка, лет восемнадцати, подойдя вплотную. — Прячешься?
Родители за её спиной переглянулись и, не сговариваясь — тяжело выдохнули.
Мать притянула дочь к себе и прикрыла ей рот ладошкой, а отец выступил вперед, чуть склонившись и представившись.
— Боярин Московитый Евгений Максимович.
— Семён Андреевич из рода Смирновых, — поклонился я чуть ниже, чем он.
— Моя жена — Светлана Валерьевна, — взял он её под руку.
— Сударыня, — склонил я голову.
— И дочь — Светлана Евгеньевна, — недовольно посмотрел он на неё.
— Пф! — Фыркнула та, отвернувшись.
Её родители нахмурились. Ждёт её дома порка, к гадалке не ходи.
— Не помню, чтобы мы были представлены? С чего такая агрессия? Я вас как то обидел? — Обратился я к девушке с разрешения её родителей.
Странно всё это.
— Как будто сам не знаешь, — буркнула она, так и не повернув головы.
— Эммм… Боюсь и правда не знаю, — развел я руки в стороны перед её отцом и матерью.
Те только пожали плечами, сами не понимая, чего это на дочь нашло.
— Дочь? — Потребовал ответа от неё отец.
— Он, он… — Не находила она слов, раскрасневшись от гнева и негодования. — Он купил холопов на торгу! — Дотянулась-таки она до меня и тыкнула пальчиком в живот.
Я сразу всё понял. Под холопами она подразумевала Машу. Похоже её подружка.
— Эй! Только моя будущая жена может меня тыкать, — возмутился я на показ.
Светлана ещё больше покраснела, а вот её мама переводила взгляд с меня на дочь и не понимала, что здесь происходит.
— Холопов? Купил?
— Кхм-кхм, — прокашлялся муж и отец семейства. — Дорогая, ты же знаешь, как наша дочь недолюбливает рабство, а это оно и есть, хоть и называется по-другому, — пришел на помощь дочке папка, который судя по всему — знал, кого я в числе прочих тогда купил.
Только жена оставалась в неведении.
— Да? — С подозрением смотрела она — то на дочь, то на мужа.
 
— Да, милая, да, — внушительно так кивал Евгений Максимович.
— Дома поговорим, — отрезала она, ни на грош не поверив в его слова.
Кому, как ни ей знать свою дочь? Плевать ей на холопов, здесь что-то другое.
— Ты уж извини нас Семён Андреевич. Плохо мы выходит Свету воспитали, раз она бросается на первых встречных с обвинениями, — попросил у меня прощения боярин.