По правде говоря (СИ)

- Вика, составьте мне компанию.
Он сам подошёл через пару минут. Я остановилась, перестала танцевать, а Андрей Романович наклонился ко мне, чтобы я сквозь музыку расслышала его приглашение.
- Компанию?
- Давайте что-нибудь выпьем в баре. Или это не приветствуется?
Я поняла, на что он намекал. Даже оглянулась через плечо на Вовку, но лишь в очередной раз убедилась, что тот занят чем угодно, но только не мной. Мужчины за столом выпивали, и, кажется, давали друг другу какие-то клятвы, судя по тому, как жали друг другу руки, с серьёзными, важными лицами.
Поэтому я лишь кивнула, соглашаясь на предложение Андрея, не увидев в нём ничего зазорного. Оставила Веронику танцевать, а сама прошла к бару. Тут можно было разговаривать, а не кричать друг другу что-то на ухо.
- Где бы нам встретиться, да? – улыбнулся Андрей Романович. Повернулся к бармену и заказал для меня коктейль, причём, на свой вкус. Меня это немного удивило, но возражать я не стала.
- Я, на самом деле, удивилась, увидев вас здесь, - призналась я.
Андрей сел на соседний со мною стул, улыбнулся.
- А я, если честно, вас не сразу узнал.
- Здесь тусклое освещение, - признала я.
- Да и вы выглядите непривычно. По крайней мере, для моего глаза. Вы без очков, одеты по-другому.
От его замечаний стало немного не по себе. Я отвернулась, чтобы избежать его насмешливого взгляда.
- Да, я не всегда экономист от макушки до пяток. Временами позволяю себе расслабиться.
- Вам идёт.
Наверное, это был комплимент, поэтому я кивнула и поблагодарила.
- Спасибо, Андрей Романович.
Он даже поморщился.
- Когда вы произносите моё имя и отчество, я сразу чувствую себя невероятно старым. По крайней мере, человеком в возрасте.
- Я всего лишь соблюдаю субординацию.
- Ну да, ну да. Как вам коктейль?
- Вкусно, спасибо.
- Я подумал, что вы любите сладкое. Просто обязаны любить сладкое.
В этих словах прозвучал некий намёк, немного неприличный, и я невольно задержала взгляд на лице Андрея. И, конечно, тут же решила, что он надо мной посмеивается.
- Вообще-то, - сказал он совсем другим тоном, - я сегодня и без того чувствую себя ужасно старым. Знаешь почему?
Я заинтересованно приподняла брови, тянула густой коктейль через трубочку и на Андрея посматривала. Опасалась разглядывать его слишком откровенно, поэтому мой взгляд останавливался то на его тёмных волосах, то на кончике носа, губы я старательно обходила и принималась смотреть на тяжёлый подбородок, а затем видела его шею в вырезе светлой рубашки и торопилась снова поднять глаза к его лицу. И запретила даже себе признаваться, что всё, что я вижу, мне до остроты ощущений нравится.
Ведь как мне может нравиться мужчина, когда в этом же зале находится человек, которого я люблю, с которым живу, с которым строю планы на будущее?..
Андрей указал пальцем на их шумный стол с большим количеством людей.
- У нас встреча выпускников, - сказал он. – Я на ней лет десять не был, не до этого было, а тут меня буквально выловили в городе.
- Школа? – уточнила я.
Андрей кивнул и даже подтвердил:
- Школа. Представляешь, какой ужас? Все эти старые люди мои ровесники. У меня психологический шок.
Я не выдержала и засмеялась. А Андрей взглянул с укором.
- Что ты смеёшься? Видишь, вон ту пухлую блондинку в кудряшках? С лысым парнем обнимается?
Я смотрела через зал, и на самом деле увидела эту колоритную парочку. Пухлая блондинка и лысоватый мужчина пили на брудершафт под гул подначивания друзей.
- Вижу.
- Так вот, это моя первая любовь, - заявил вдруг Андрей Романович, а я взглянула на него в удивлении. Взглянула внимательно, и только тут поняла, что он всё-таки пьян. Улыбка чересчур шальная, и взгляд немного рассеянный.
- Правда?
- Да, - серьёзно кивнул он. – Алёна Водоступова. Правда, не помню, какой класс… Десятый, что ли… Но любовь была!.. я за неё даже дрался. Кстати, однажды как раз с этим лысым и дрался. А сейчас она уже не похожа на ту девочку. Совсем не похожа, я бы сказал. И у неё трое детей, она мне сама сегодня призналась.
 
- Но это же здорово.
Он на меня посмотрел, чуть заметно нахмурился.
- Дети? Дети – да, наверное, здорово. Но я про другое. Я сегодня посмотрел на своих одноклассников, и как-то мне стало не по себе.
Я улыбнулась.
- Что им всем уже не по семнадцать?
- Очень, знаешь ли, приятно, что ты щадишь мои чувства. И не говоришь, как есть. – Он снова смотрел на меня, очень внимательно вглядывался в моё лицо, у меня от его вкрадчивого взгляда мурашки поползли, причём, мурашки эти были какими-то волнительными, безумными, а не настороженными. Какими им бы следовало быть. – А ты? – спросил он.
- Что я?
- Ты что празднуешь? Или это так, будни молодой и красивой девушки?
Я немного отодвинулась от него, осознав, что мы сидим слишком близко, и когда Андрей Романович говорит, я буквально чувствую его дыхание на своём лице.
- Мои будни куда скучнее и прозаичнее, - заверила его я. Я расправила плечи, приказывая себе немедленно успокоиться и взять себя в руки. Затем сказала: - Мой парень нашёл новую работу. Вот они и празднуют. Вместе с новым начальником.
Андрей обдумал услышанное, после чего серьёзно качнул головой.
- Круто. Откуда только такие начальники берутся?
- Из института, - пояснила я. – Они вместе учились.
- Тогда понятно. У него тоже… встреча выпускников.
- Что-то вроде того.
- И что? – спросил он вдруг.
Я удивилась и осторожно переспросила:
- Что?
- Любишь его?
Я нахмурилась и решила немного вернуть Андрея Романовича к действительности.
- Думаю, это не ваше дело.
- Ты права, - согласился он, - не моё. Просто интересно.
Андрей даже не скрывал своего интереса, говорил со мной, а разглядывал в этот момент Вовку. Наблюдал за ним через зал, видел, как тот смеётся, выпивает с друзьями, балагурит. И ему даже в голову не приходит, оглянуться по сторонам, поискать меня, хотя бы глазами. Я прекрасно понимала, как это выглядит со стороны, понимала, о чём думает Андрей Романович, и мне самой было неприятно. Мне весь вечер было неприятно от такого наплевательского отношения, но я упрямо продолжала улыбаться, пытаясь скрыть досаду. Вот и перед Андреем Романовичем совершенно не собиралась показывать степень своего расстройства. Поэтому, когда он снова перевёл взгляд на меня, улыбнулась ему со всей своей старательностью.
- Хороший у тебя парень, - сказал мне Андрей, глянув на меня проницательно. От этой его проницательности, понимания ситуации, я лишь больше злилась. Какое, собственно, ему дело до того, хороший у меня парень или нет? Лично с Андреем Романовичем мы знакомы целых два дня. Это наша третья встреча, а он уже пытается выносить суждения о моей личной жизни. Разве это в его праве?
Наверное, от того, что была возмущена и рассержена, да ещё и выпила немного, я осмелела, и решила не отставать от временного начальника в неприличных вопросах. И без всяких сомнений поинтересовалась:
- А у вас с личной жизнью всё хорошо, Андрей Романович?
Его брови удивлённо взлетели вверх. Он даже переспросил:
- В каком смысле?
- В прямом. – Я для собственной уверенности даже кивнула. – У вас кто хороший? Жена, девушка?..
Веклер хмыкнул, усмехнулся, в задумчивости потёр тяжёлый подбородок.
- Ты поставила меня в тупик своим вопросом.
- Почему? Только вам можно лезть в чужую жизнь?
- Вика, ты злая, - вдруг опечалился он. – Я не лез…
- Лезли, - решительно заявила я. И напомнила: - И не ответили на мой вопрос.
- То есть, ответ за ответ?
 
Я кивнула. А Андрей махнул рукой официанту, одновременно сообщив мне:
- За это нужно выпить. Это уже другой уровень искренности.
Если честно, пью я редко. И потому, что не привыкла, и потому, что особой потребности в этом не испытываю, и потому, что зачастую времени на посиделки с вином у меня не находится. И я не помню, когда в последний раз вот так с кем-то пила под бесконечные разговоры. А тут с малознакомым, по сути, мужчиной, с которым мне, по-хорошему, нужно было бы соблюдать дистанцию, раз он платит мне зарплату, хоть и временно. А мы с Андреем Романовичем сидели в баре ночного клуба, выпивали, чокались, и доверяли друг другу личные секретики. Завтра утром я проснусь, и, наверняка, схвачусь за голову: как со мной подобное произойти могло? Зачем я, вообще, с ним пила? Немного, но достаточно для того, чтобы в голове приятно зашумело, я потерялась во времени и реальности, а мой болтливый, как выясняется, язык развязался.