Детский сад для чайлдфри (СИ)

— Отлично, — кивнула я. Мы стояли на крылечке флигеля и могли не бояться, что нас услышат. И я спросила, — гелла Изера, почему вы мне помогаете? Вам ведь не нравится вся эта затея с детским садом?
— Не нравится, — кивнула экономка, — я категорически против чужих детей на территории имения. Но, как я уже говорила, вы мне нравитесь гораздо больше прежней лессы Феклалии. И я не хочу, чтобы она вернулась, если вы не сможете выполнить ее условия. — гелла Изера взялась за ручку входной двери флигеля, намереваясь войти внутрь. Но я ее остановила.
— Почему вы против того, чтобы она вернулась? — Я прислонилась к двери, не позволяя гелле Изере уйти от разговора, — давайте начистоту. Что вам от меня нужно?
— Ничего, — соврала она, — просто вы делаете гораздо меньше глупостей, чем она.
— Гелла Изера, не надо мне врать, — припечатала. — Уволить вас я не могу, вы слишком много знаете, но в моих силах сделать вашу жизнь невыносимой. Я легко могу начать делать такие глупости, что прежняя лесса Феклалия покажется вам ангелом.
Экономка смотрела на меня, я на нее, она тянула на себя ручку двери, я прижимала дверь, не давая ей уйти и избежать разговора. И она сдалась. Вздохнула, прикрывая глаза, и сказала:
— Вы должны родить наследника рода и воспитали его настоящим Мериганом.
Я хмыкнула:
— Во-первых, не вижу причины, по которой прежняя лесса Феклалия не могла этого сделать, кроме нежелания ее супруга ложиться в постель с женщиной. Во-вторых, а лично вам зачем это нужно, гелла Изера?
— Потому что родить вы должны от последнего мужчины из рода Мериганов, — вздохнула гелла Изера. И добавила, — от моего сына.
— Что?! — округлила я глаза. То, что я услышала, слишком сильно смахивало на мыльные оперы.
Гелла Изера отпустила наконец ручку двери и призналась:
— Мы с лессом Витрошем были любовниками. Очень долго. И мои дети: дочка и сын, по крови Мериганы. — Я мысленно ахнула. Вот так гелла Изера. А строит-то из себя святошу. — И когда выяснилось, что Виренс… другой… и не желает детей. Витрош взял с меня обещание, что мой сын станет отцом наследника. Лесс Виренс должен был усыновить ребенка. Но лесса Феклалия категорически отвергла это предложение.
— Подождите, — остановила я шокирующие откровения геллы Изеры. — Но Феклалия написала мне, что у них с супругом была договоренность, что не будет никаких детей от посторонних мужчин…
— Кроме Игрена, — кивнула экономка. — Но, когда она увидела моего мальчика, отказалась разделить с ним ложе для зачатия.
— А с чего вы взяли, что я соглашусь? — усмехнулась я. — Я терпеть не могу детей и не собираюсь становиться свиноматкой ради вашей прихоти.
— Значит не судьба, — пожала плечами гелла Изера. — Я тоже не горю желанием, чтобы моего сына использовали, как производителя. Но я буду периодически напоминать вам о такой возможности, потому что обещала лессу Витрошу.
— Вот еще, — фыркнула я, — даже не надейтесь. Если прежняя лесса Феклалия, желая ребенка, столько лет оказывалась спать с вашим сыном, то вам не стоит даже мечтать о том, что я соглашусь. Почему, кстати, она отказалась? Он такой страшный?
— Для меня он самый красивый, — улыбнулась экономка, подтверждая мои слова. Наверное, ребенок родился с отклонениями и слишком уродлив, чем и напугал нежную фиалку — Феклалию. И гелла Изера надеется, что мой решительный характер позволит избежать этой проблемы. Вот только зря она надеется. И дело даже не в уродстве ее сына. Просто младенцев в моей жизни было уже достаточно.
— Что же, — улыбнулась я, — если мы выяснили этот момент, то давайте пройдем в дом и посмотрим фронт работ… ну, то есть то, что нужно сделать в ближайшие дни, — пояснила я, увидев вопрос в глазах экономки.
Первым делом я решила обустроить комнаты для детей. Воспитатели и учителя пока могут пожить в доме. Главное, было бы где поселить детей, чтобы как можно быстрее начать их воспитывать. И надеяться, что провидение, прежняя Феклалия или черная магия сочтут мою работу достаточной для того, чтобы оставить меня здесь насовсем. Ибо за сорок дней превратить беспризорников в достойных людей невозможно.
 
Мы обошли первый этаж, обсуждая необходимый объем ремонта. Я настояла на том, что стены достаточно ободрать от остатков обоев и покрасить в какой-нибудь немаркий цвет: белый или серый, причем самой дешевой краской. Лучше раз в полгода-год освежать краску, чем отмывать детские художества. А они будут. Все дети почему-то любят рисовать на стенах, сколько им не запрещай.
Паркет на полу я решила оставить и просто покрасить, как бы жестоко это ни звучало, в темный цвет. Опять же из чисто практических соображений.
Во флигеле не было газового освещения, ведь построили его слишком давно, пока газопроводы не были изобретены. В дом газ провели несколько лет назад, но флигель остался без газификации… Я решила, что дети поживут при свечах. Проводить газ слишком долго и дорого.
Мы пересчитали окна, чтобы заказать шторы. Я обошлась бы и без них, но гелла Изера сказала, что зимой из окон сильно дует, и шторы нужны не для красоты, а для сохранения тепла.
Я решила не стелить ковры на холодный каменный пол в коридорах, а купить всем детям войлочные тапки. Гелла Изера, недовольно хмыкнула, проворчав, что эта ребятня привычна к холоду и вполне может побегать босиком. Мне даже от ее слов стало зябко. Вдруг заболеют, лечи их потом. Я уже знала, услуги доктора Джемсона, от которых я отказалась, стоят весьма недешево.
Гелла Изера тщательно фиксировала в небольшой записной книжечке, точно такой же, что лежала в моей тумбочке вместе с остальными странными вещали Феклалии, все мои указания. И я была уверена, что все будет выполнено в точности. Все же мне повезло с экономкой. Если не углубляться в частности. В особенности в этот бред по поводу ребенка от урода.
  
Глава 8
 
Обойдя все владения и составив список работ и покупок, мы вернулись в дом. Вошли в гостиную. Здесь стало ощутимо чище. Я вдохнула свежий, слегка пахнущий хозяйственным мылом воздух и довольно улыбнулась. Скоро весь мой дом будет блестеть…
— Гелла Изера, — я остановила экономку, которая собралась куда-то слинять, — я хотела бы сейчас поехать в город. И лучше с вами. Нам нужно будет определиться ценами, чтоб не переплачивать. И, возможно, сделать кое-какие заказы.
— Как вам будет угодно, — склонила она голову, — но кто тогда останется присматривать за слугами?
— Иську оставим, — улыбнулась, — я обещала ей место горничной в детском саду, а в перспективе и должность экономки. Вот и посмотрим, как она справится.
— Вам следовало сначала посоветоваться со мной, — недовольно поджала губы гелла Изера. — Я бы рекомендовала взять экономкой Маришу. Она работала горничной у супруги лесса Маракия. Очень умная и расторопная девушка. Особенно, если сравнивать ее с Иськой.
Я скривилась. Опять эта чертова Мариша. Может она и на самом деле так хороша, как все говорят. Но рекомендация гелла Борка испортила ей репутацию.
— Нет, — качнула я головой, — эта девица в моем доме работать не будет. И, вообще, я не хочу, чтобы она шастала здесь. Почему ее, вообще, пускают в мой дом?
— Потому что она моя дочь, — вскинула голову гелла Изера. — И я не понимаю вашего предубеждения. Вы же ее ни разу не видели.
— Ваша дочь?! — Вот тут я просто обалдела… но с другой стороны, сразу стало понятно, откуда гелл Борк и Мариша знают друг друга. Я даже засомневалась немного, мне стало стыдно за свою категоричность. А вдруг я не права, что вижу подвох в этом предложении? Может гелл Борк посоветовал эту горничную без всякой задней мысли? Увы, моя интуиция настойчиво советовала не идти на поводу у совести.
— Да, — кивнула гелла Изера и улыбнулась, — я родила ее, будучи чуть старше вас…
Улыбка была редким гостем на лице экономки, значит и отношение к Марише было особенным. И это настораживало еще больше. Мне ли не знать, как ловко избалованные дети вводят в заблуждение родителей, вовсю пользуясь их любовью. У меня таких младших было целых двенадцать штук.