Антология советского детектива-39. Компиляция. Книги 1-11

— Ясное дело. Как я могу обещать?
— Другой бы на вашем месте из кожи вылез, а услужил. Такой случай, шутка сказать.
— Не знаю, не знаю, — сухо ответил Цветков.
Он не любил обсуждать со своими подчинёнными всякие «гримасы», как он выражался. Вот и сейчас — уж кто-кто, а он прекрасно знал, что вполне мог найтись человек, который бы услужил Серкову, и знал, что знает об этом Лосев. Но обсуждать с ним эту неприятную, постыдную проблему Цветков не желал.
— Ну а что Серков дал? — спросил Лосев, вдруг почувствовав какую-то неловкость от возникшего было разговора.
— Дал два факта, — ответил Цветков, — Один такой. В Снежинске — помнишь такой городок? — на Заовражной улице, восемь, живёт Зотова Варвара Алексеевна, тётка старшего Серкова, бабка младшего. И вот этот младший к ней, оказывается, шастал не раз. С приятелями, — он многозначительно поднял палец. — Пили там, хулиганили. Папаша даже из милиции его там вызволял.
— Интересно, — согласился Лосев. — Тоже вопросик для разговора с ним.
— Не только с ним. Надо выяснить, с кем он туда приезжал. И всякие подробности. Понимаешь ты меня? Так что запроси.
— Так точно.
— Ну а второй факт ещё интереснее, — продолжал Цветков. — Адрес одного из приятелей Серкова-младшего, некоего Генки, тот самый, у бассейна «Москва», где та Галя живёт.
— Ого! Вот это открытие! — оживился Лосев.
— Именно что, — с ударением произнёс Цветков и многозначительно поднял сложенные очки, которые крутил в руках. — Выходит, паспорт Журавского очутился у Генки.
— А Генка этот тоже тянет на болото, — добавил Лосев. — Во всяком случае, некий Гена там фигурирует.
— Во-во. И это держи в уме.
* * *
…Через два дня, в пятницу, пришло сообщение из Снежинска. Зотова Варвара Алексеевна действительно проживала по указанному адресу, в собственном домике. Муж её погиб на войне, больше она замуж не вышла, всё годы жила одиноко, детей у неё не было. В Москве имеются родственники. Доброты Варвара Алексеевна необычайной, любому готова помочь и поделиться последним. Зато внук её, приезжавший из Москвы — это она его внуком зовёт, — оставил по себе плохую память. Давно бы его тут посадили за пьянство и хулиганство, но он — это уже три раза было — показывал справку из домоуправления, которую неизвестно как получил, где было указано, кто его отец. И с ним не связывались. Только выпроваживали из Снежинска. А однажды и сам папаша вмешался. В тот раз Гарик приехал с девушкой по имени Нина, фамилия Хлопотихина, восемнадцать лет, студентка, тоже проживает в Москве, одна, родители работают за границей. Привезла в Снежинск для продажи носильные вещи иностранного производства. Сбыть все вещи не удалось, составлен акт, сообщено в институт. А недавно Серков приезжал с каким-то приятелем. В этот раз не пьянствовал и не хулиганил. Цель приезда не установлена. Пробыли всего два дня.
— Когда это было? — спросил Цветков у Лосева, который на очередной утренней оперативке докладывал сообщение из Снежинска.
— Третьего сентября, днём приехали, — сообщил Лосев. — А на следующий день днём уехали.
— Сразу после убийства, — констатировал Откаленко. — По делу приехали, не иначе.
— Приехали днём, — задумчиво повторил Цветков. — Надо установить, каким поездом и когда он уходит из Москвы. Ну-ну, продолжай, — обратился он к Лосеву.
— Далее в сообщении было сказано, что установить спутника Серкова не удалось. Но, судя по приметам в ориентировке, это тот самый Геннадий. Имя подтвердила и Варвара Алексеевна. По её словам, три дня назад, во вторник, семнадцатого, неожиданно приехал этот самый Геннадий, расспрашивал про Серкова, поспал и в тот же день уехал.
— Это уже сразу после Крыма, — снова отметил Откаленко. — Ишь мечется! Надо бы его связи там установить.
— И цель приездов, и первого, и второго, — добавил Лосев.
— Так он тебе и расскажет, — усмехнулся Игорь. — Тебе, конечно, любят рассказывать. Но здесь не тот случай.
— А узнать всё-таки надо, — заметил Валя Денисов.
— Узнать надо, — подтвердил Цветков. — Вот что. Придётся тебе, — обратился он к Откаленко, — немедленно слетать в Снежинск. Сегодня и вылетишь. И всё на месте установишь. Связи должны быть. Наш контингент активный. Ну и цель приезда. Не зря они туда скакали с Серковым.
 
* * *
Откаленко улетел первым же самолётом. А на следующий день позвонил Лосеву домой.
— Начал шуровать, — бодро сообщил он. — Что-то интересное наклевываётся. Вы завтра едете?
— А как же.
— Ну, желаю успехов. Пока. Жди.
* * *
В воскресенье утром группа Лосева выехала на задание. В связи с отсутствием Откаленко роли были слегка изменены. Но ехали в машине все вместе.
— Ну места! — восхищённо сказал Виталий. — Даже не подозревал, что под Москвой такая красота есть.
— Никакого юга не надо, — согласился Валя Денисов.
Всё кругом — холмы, перелески, небольшие посёлки, берега бесчисленных речушек и озерков — полыхало и переливалось огнём осенних красок, от зеленовато-жёлтого до пурпурно‑красного. От них нельзя было оторвать глаз. Да и погода была солнечная, тёплая не по-осеннему, и с каждым часом становилось всё жарче.
— Интересно, как в Снежинске, уже холодно? — спросила Лена.
Виталий усмехнувшись, посмотрел на неё через плечо, как всегда, добродушно любуясь ею.
Высокая, стройная — это было заметно даже в машине, — с копной перепутанных золотистых волос, Лена, если хотела, легко привлекала внимание. На узком нежном лице словно акварелью были нанесены прямой носик, маленький рот с пухлыми губами, огромные, в пол-лица, живые карие глаза под разлётом тонких бровей. В лёгком элегантном пальто нараспашку Лена казалась весёлой и беспечной. Виталий, поглядев на неё, вдруг вспомнил, как легко им было однажды выдать себя за брата и сестру, и невольно улыбнулся своим воспоминаниям. Нелёгкое у них тогда было задание, и Лена вела себя в тех опасных обстоятельствах молодцом.
Машина всё мчалась и мчалась вперёд. Мелькали по сторонам дачные посёлки и деревушки. Женщины выносили прямо к шоссе овощи и цветы на продажу, а мальчишки, те просто выскакивали с букетами на дорогу.
— Рано это они, — деловито заметил Валя Денисов. — Надо в конце дня, когда все в Москву возвращаться будут.
— Ну, к себе на дачу тоже приятно привезти цветы, — возразила Лена.
— Эх, горожаночка, — засмеялся Виталий. — Ну кто же цветы или, допустим, овощи к себе на дачу привозит? Их надо самим сажать, понятно?
За весёлым и пустым разговором все трое скрывали неизбежное напряжение перед сложной работой, которая их ждала. Машина свернула с главного шоссе, дорога стала уже, появились неровности и выбоины, но местность вокруг показалась ещё красивей.
Наконец въехали в деревеньку с милым названием Берёзки и остановились возле небольшого продуктового магазина. Напротив от шоссе отходила в сторону узкая, выложенная неровными бетонными плитами дорога «на болото». До садового товарищества отсюда было всего с полкилометра.
Первыми вышли из машины Виталий и Лена, прихватив с собой пёструю сумку с продуктами и термосом. И, невольно привлекая к себе внимание редких прохожих, зашагали по бетонным сухим плитам в сторону недалёкого леса.
Только минут двадцать спустя из машины неприметно вынырнул Денисов в сером отличном костюме и серой шляпе. Вид, однако, был у него совсем неброский, и надо было приглядеться, чтобы заметить всю его солидность. Валя сперва юркнул в магазин, внимательно обследовал его полупустые прилавки и только после этого не спеша отправился «на болото». Ничьего внимания он при этом не привлёк.
 
Виталий и Лена шли через лес, по пыльным, неровным плитам и беседовали.
— Ну как супруг, — беспечно спросил Виталий, — примирился, что ты у нас осталась, или нет?
— Кажется, махнул рукой, — вздохнула Лена. — Но не уверена. Вообще-то его можно, наверное, понять, как ты считаешь? — Она лукаво улыбнулась.