Антология советского детектива-39. Компиляция. Книги 1-11
— С этим человеком, — он указал на фотографию, лежавшую на столе, — ты в прошлый понедельник поздно вечером на вокзале в буфете пиво пил.
— Чего-о? — удивлённо и враждебно спросил Валерка. — Ты что, того?
— Видели тебя там, Валера. Видели. Так что отрицать глупо.
— Кто видел? Давай его сюда!
— У тебя такая курточка зелёная, фирменная, с карманами, есть?
— Ну.
— Вот в этой курточке тебя и видели.
— Да кто, кто?! — Валерка начинал терять терпение. — Эта толстая гусыня из буфета, что ли? Так я ей…
— Сейчас не это важно, Валера, — жестко перебил его Лосев. — Сейчас важно, чтобы ты сам всё выложил. Сам. И хватит темнить. Всё же известно. — Видно, было в тоне Виталия что-то такое, отчего Помазнев вдруг насторожился, пристально посмотрел на Лосева совсем уже трезвыми глазами и зло спросил:
— Ты чего это мне шьёшь, зараза? Чего доказать хочешь?
— Знаешь, чего. Сам знаешь. И упираться не надо, Валера. Повторяю, тебя в тот вечер видели с ним… — И Виталий медленно, со значением добавил: — И с живым… и с мёртвым.
— Чего-о?.. Ты… Ты мне мокруху шьёшь, гад? — казалось, опешил Помазнев, тут же глаза его злобно сверкнули и он заорал: — На, выкуси! Будет тебе признанка, держи карман, мать твою!..
— Да, Валера, непросто такое признать, я понимаю, — вздохнул Виталий. — Не пойму я только, за что вы его. Или велел кто? Тебе-то ведь это не надо было.
— Да не трогал я его! — снова заорал Помазнев и даже подскочил на стуле. — Не трогал! Понял?!
— Ладно, — согласился Виталий. — Давай тогда с другой стороны зайдём. Вот скажи, ты Марину знаешь?
— Ну…
— Ты с ней в буфет на вокзале заходил дней десять назад?
— А чего такого? Ну заходил.
«В самом деле, что тут такого? — сам внутренне остывая, подумал Виталий. — Спокойнее давай».
— Верно, ничего такого нет, — кивнул он. — А зачем зашли?
— Перехватить чегой-то. Голодные были. Нельзя, что ли?
— А откуда ехали?
— Она с дачи ехала. А я за кавалера, — усмехнулся Помазнев. — Девка — ягодка.
— Да не твоя, кажется?
— А тебе-то что?
— Ладно. К этому при случае вернёмся, — спокойно сказал Виталий. — А вот сегодня вы зачем в буфет зашли?
— Да тоже…
— Тоже, да не тоже. Почему буфетчице грозили: «Завалим тебя»? — И, в свою очередь наливаясь злостью, Виталий добавил: — Что, и на неё мёртвую посмотреть захотел? Ты что же это делаешь, Валерка? И чужую, и свою жизнь загубить решил, так, что ли?
— Да это мы так… по пьянке… — неуверенно забормотал Помазнев, опустив голову и что-то словно разглядывая на полу. — Чтобы не трепала, значит…
— Про что не трепала?
— А я знаю? Не трепала, и всё.
— Значит, Марина тебя попросила?
— Ты что? Девка-то тут при чём?
— Тогда кто же? Этот её дружок, что ли?
— Гарик? Ха! — Валерка как-то не очень уверенно ухмыльнулся. — Нужен он мне, слушать его.
— Тогда кто же?
— Да никто! Сам! — И с надрывом спросил: — Что, теперь бить будете? Валяйте! Трупом вынесете, а признанки моей не будет!
Но в голосе его сквозил плохо скрытый страх.
И тут Виталий словно опомнился. Парень ведь в самом деле ждал побоев, ждал расправы. Кто-то уже так, видимо, вёл себя с ним или с кем-то другим. Да, вполне возможно. Виталий знал такие случаи. Знал, знал, чего уж там. Это позор, это преступление, это худший вред, но это бывает.
Он взглянул на Денисова, их глаза встретились. Да, Валя сейчас думал о том же.
— Бить тебя никто не собирается, — Виталий откашлялся. — Никто. Слышишь, Валерка? Так что брось дурить. А вот доказывать тебе будем!
— Валяй!
Помазнев заметно приободрился, и вместе с успокоенностью к нему вернулась наглость.
— Доказывай, доказывай. Видали мы таких. — Он развалился на стуле и, указав на карман куртки, потребовал — Давай ещё одну сигарету запали.
— Ну, следующую тебе уже в камере запалят, если пожелают, — насмешливо ответил Виталий и вызвал конвой.
Когда Помазнева увели, он сказал Денисову:
— Видал? С ним ещё нахлебаемся.
— Мразь, — поморщился Денисов и предложил: — Давай-ка я тому Саше позвоню, помнишь? Он его в машине хорошо рассмотрел. Говорит, «узнаю».
— Точно. Давай организовывай. По-быстрому. Припрём его двумя опознаниями, и деться ему будет некуда. — И как бы убеждая самого себя, добавил — Припрём, припрём. — Виталий потянулся и закурил. — Ну, я пока тем вторым займусь. Поглядим, что за судак.
— А я пошёл, раз так, — сказал Денисов, поднимаясь. — Ребята скоро будут. Ну, а Откаленко…
— Знаю, — коротко кивнул Лосев и снял трубку внутреннего телефона.
Денисов ушёл.
* * *А через несколько минут в комнату привели коренастого белобрысого парня с мясистым розовым лицом и быстрыми голубенькими глазками под еле заметными пшеничными бровями. Эти глазки сейчас испуганно моргали совсем белыми ресницами. В руках парень ожесточённо мял кепку и неуклюже, растерянно переступал с ноги на ногу. Но Виталию показалось, что он хотел показать, что напуган куда больше, чем это было на самом деле.
— Садитесь, садитесь, — добродушно сказал Лосев. — И давайте знакомиться. Имя, фамилия, где работаете?
— Сопкин Григорий, — охотно, чуть даже подобострастно представился парень. — Учимся в ПТУ.
— Так, — Виталий с интересом посмотрел на парня. — Ну и как же вы дошли до жизни такой?
— Как то есть? — не понял Сопкин и сделал вид, что ещё больше испугался.
Он сидел на самом кончике стула и настороженно, даже чуть угодливо смотрел на Лосева.
— Зачем вы с Валерием приехали на вокзал? — напрямик поинтересовался Лосев.
Почему-то хитрить с этим парнем не хотелось, хотя, казалось бы, весь его вид располагал к этому. Нет, интересный какой-то парень попался.
— Он вам неужели не сообщил? — в свою очередь поинтересовался Сопкин.
— Валера нам теперь много чего сообщит, время будет, — усмехнулся Лосев и невольно вздохнул. — На свободу он выйдет не скоро. Судить его будут.
— Ай-ай. А за что, если так спросить?
— Вы что же, не помните, что натворили? — спросил Лосев, стараясь понять этого хитрющего парня.
— Помню, как же. Только я лично, если сказать, ничего не натворил.
— Ну а что Валерка с ножом на людей бросился, это вы видели?
— Я, если правду сказать, не очень-то и видел, — задумчиво вздохнул Сопкин. — Я, знаете, боком стоял.
— Ах, боком, — иронически повторил Виталий. — Ну, боком, конечно, всего не увидишь. А он вот бросился. За это немалое наказание следует. Но вы отвечайте на вопрос: зачем приехали с Валерой на вокзал?
— А Валерка чего сказал?
— Да при чём здесь Валерка! Вы отвечайте, что знаете. И советую, Сопкин, говорить правду, одну только правду. Скорее домой вернётесь.
— За что меня-то судить? — простодушно удивился Сопкин. — А насчёт правды не извольте беспокоиться, вся она тут будет. Я вот только не пойму насчёт себя, если так спросить.
— Насчёт вас мы всё решим как надо, не извольте беспокоиться, — добродушно и насмешливо ответил Лосев. — Но вот честным придётся с нами быть, Гриша. Имейте в виду.
— Врать не приучены, — солидно и убеждённо ответил Сопкин.
— Вот и посмотрим, к чему вы приучены. Итак, зачем приехали на вокзал?
— Если правду сказать, Валерка позвал.
Это был уже новый ход, и, кстати, удачный. Теперь Сопкин мог уже ничего больше не знать о планах Помазнева. Но Виталий решил убедиться в его правдивости, самостоятельности суждений да и в смелости тоже, нисколько не доверяя пугливости, которую Сопкин на себя напускал.
— Позвал, значит, — повторил он. — Ну а зачем позвал?
— Не могу знать. Вы его спросите.
— Знать не можете, ну а догадываться можете? — насмешливо поинтересовался Виталий. — Постарайтесь, Сопкин.
Тот метнул на него хитрый и весёлый взгляд.
— В буфете, если правду сказать, мы маленько выпили.
— В буфете?
— Именно что так. Бутылка у него была. Закуска требовалась.