Антология советского детектива-39. Компиляция. Книги 1-11

Беря паспорт, Сергей невольно спросил:
— Это ваш? — И тут же рассмеялся. — Извините, пожалуйста. Голова забита чужими паспортами.
На лице Дмитрия Петровича отразилось сначала удивление, потом тревога и, наконец, сочувствие.
— Да, да, конечно, — поспешно откликнулся он. — У вас и без того дел много. А тут еще я…
— А в чем у вас-то дело?
— У меня? Я, знаете, даже затрудняюсь, с чего начать. Вчера, видите ли, на вокзале… или нет. Лучше сначала. Я сам из Москвы. Так вот, у нас в учреждении не так давно произошло следующее… гм… происшествие… что ли. Но прежде всего…
Дмитрий Петрович, волнуясь, говорил сбивчиво, но Сергей слушал его с возрастающим вниманием, удивляясь счастливому случаю, который привел этого человека к нему.
— …Я, право, не знаю, понятно ли я все рассказал. Меня это ужас как взволновало. Вы только подумайте! Ну как же это можно? И ни одного милиционера!
— Простите, а вы уверены, что это тот самый человек? Ведь было темно. И вы волновались.
— Да, конечно. Но все-таки, мне кажется, я не ошибся.
Сергей задумался.
— А эту группу, за которой он следил… Ведь он за ней следил, не правда ли?
— Я… я так полагаю, — замялся Дмитрий Петрович.
— Так вот эту группу вы тоже рассмотрели?
— Ну… более или менее, конечно. Они были далеко.
— А кого все-таки вы запомнили?
— Кого?.. Ну вот девушку. Она была в беличьей шубке.
— А еще?
— Еще?.. Пожалуй, никого. Темные, знаете, фигуры. Один выше, другой ниже.
— Знаете что? — Сергею вдруг пришла в голову неожиданная мысль. — У вас есть полчаса свободные?
— Если надо, то… пожалуйста.
— Вот и прекрасно.
Сергей снял трубку телефона, посмотрел на список под стеклом и набрал короткий номер.
— Это Коршунов. Можно достать машину на полчаса?.. Подъедем на рынок… Да, да, именно. Тут у меня гражданин один. Заодно покажем… Да, и вы с нами.
Он повесил трубку и сказал Дмитрию Петровичу, поднимаясь из-за стола:
— Пойдемте. Совершим маленькую экскурсию, — он улыбнулся. — Вы приезжий, и я приезжий. Познакомимся с городом. А по пути, может быть, встретим «знакомых».
…На рынке народу было уже мало. Под длинными деревянными навесами лишь кое-где еще стояли колхозницы, выложив на прилавок горки моркови, петрушки, соленых огурцов. К ним подходили запоздавшие хозяйки с кошелками. Между опустевшими прилавками важно расхаживали голуби, суетились воробьиные стайки.
Под ногами хрустел грязный, истоптанный снег.
Зато бойко торговали бесчисленные галантерейные, скобяные, книжные и продовольственные палатки, ларьки и магазинчики, тесно расположившиеся в стороне от рядов, вдоль забора. Колхозники, распродав все, что привезли в город, теперь сами устремились за покупками.
Следуя за молодым сотрудником, Сергей и Дмитрий Петрович, оглядываясь по сторонам, пересекли почти весь рынок. Невдалеке от одной из галантерейных палаток, возле которой толпились женщины, Володя остановился и глазами указал на нее Сергею.
За прилавком лениво двигался розовый полнолицый человек в пыжиковой шапке. Позевывая и при этом деликатно прикрывая рукой рот, он что-то снисходительно говорил толпившимся у прилавка покупательницам, доставал с полок и показывал им то блестящие, целлофановые пакеты с мужскими рубашками, то зеркальца, то флаконы с одеколоном, то еще что-то. Потом он на секунду исчез за дверью, ведущей в подсобное помещение, и вынес оттуда еще какие-то пакеты, небрежно бросил их на прилавок, словно удивляясь, что кто-то может проявить к ним интерес.
Сергей некоторое время настороженно и незаметно наблюдал за ним, потом покосился на Дмитрия Петровича.
Тот сначала равнодушно оглядывался по сторонам, но вскоре его внимание привлекла галантерейная лавка, возле которой они стояли.
— Не узнаете? — тихо спросил Сергей.
— Кажется, это он, — весь трепеща, неуверенно ответил Дмитрий Петрович, не сводя глаз с продавца.
— Только не смотрите на него так пристально, — предупредил Сергей. — А то он вас тоже узнает, чего доброго.
— Да, да, конечно.
Дмитрий Петрович отвел взгляд и тут же вздрогнул от неожиданности.
 
— Боже мой, а это она…
— Кто она?
— Та девушка. Вон посмотрите, в конце прилавка. Она только что подошла. Видите? В беличьей шубке. Это точно, это совершенно точно она. И видите, как она с ним разговаривает? Ну, теперь я уже не сомневаюсь, что это он.
Действительно, при виде девушки продавец оживился, поспешно нагнулся к ней через прилавок, так что на минуту его даже не стало видно за толпой покупательниц, и девушка тут же отошла от палатки.
Сергей оглянулся на стоявшего рядом сотрудника.
— Володя, вы видели эту девушку?
— Какую девушку?
. — Вот только что стояла там, у прилавка, в беличьей шубке?
— Нет, Сергей Павлович.
— А ну, попробуем отыскать ее. Черт возьми, ведь только что здесь стояла, — досадливо сказал Сергей.
Они торопливо обошли весь рынок, но девушки нигде не было видно. Пришлось вернуться к машине.
* * *
Спустя час после их ухода открылась, задняя дверь палатки, и в узкий проход между нею и забором вышла девушка в беличьей шубке. Она огляделась и с лукавой улыбкой сказала провожавшему ее Семенову:
— Ну, я пошла. Теперь уже можно, надеюсь?
Тот кивнул и, притянув девушку к себе, жадно поцеловал ее в губы. Потом шепотом спросил:
— Ты меня любишь?
— Ну конечно. Сколько можно спрашивать?
— И смотри, — озабоченно произнес Семенов, — другой раз глупостей не делай. Чуть людей не погубила. Я уж не говорю про дело.
— Так они же в гостиницу хотели идти. А там, говорят…
— Знаем, — загадочно ухмыльнулся Семенов. — Все знаем.
— Вот за тебя же и испугалась.
— За меня! И черт знает, куда их привела.
— А я знала? Я же думала…
— Ладно, ладно. Уже все объяснила. Уже выкрутилась.
Девушка обиженно надула губки, но в глазах ее светилось лукавство.
— Чертовка такая, — размягчекно произнес Семенов, снова привлекая ее к себе.
Девушка мягко освободилась из его объятий, махнула на прощание рукой в пестрой варежке и побежала вдоль забора, прячась за палатками. Около одной из них она толкнула узенькую калитку и очутилась на улице. Путь этот, видно, был ей хорошо знаком.
А спустя полчаса в палатку ввалился еще один человек. И Семенов сказал ему сердито:
— Чтобы духу твоего на рынке больше не было. Понял? Нашел, где торговлю открывать.
* * *
По дороге в управление Сергей спросил Дмитрия Петровича:
— Вы где остановились?
— Да, собственно… пока нигде. — Дмитрий Петрович смущенно усмехнулся. — Обещали, что, может быть, в гостинице будет место… Но там такая администраторша… Эту ночь мы провели на диване…
— Ну, мы вас в гостиницу устроим. Как премия за бдительность и самоотверженность, — улыбнулся Сергей.
Около управления он вышел из машины и придержал за локоть Дмитрия Петровича:
— Вас машина отвезет, куда вам надо. Через час можете уже оформляться в гостинице. Спасибо вам за все. Ну, мы еще увидимся.
— Это вам спасибо. Мне… мне прямо неловко вас затруднять, — смущенно пробормотал Дмитрий Петрович.
Поднимаясь по лестнице, Сергей с трудом удерживался, чтобы не перескакивать через ступеньки. Какая удача! Семенова можно уже арестовать, такие улики против него. Очная ставка с тем пьяницей — раз! Где паспорт? Как попал к обманутому человеку? Ах не знаете? Очная ставка с Колосковым — два! Признаетесь? Нет? В Москву вас. Там очная ставка с обманутым — три! Все, уважаемый Семенов, крыть нечем, говорите, кто соучастники, где деньги, — словом, чистосердечным признанием зарабатываете меньший срок заключения.
 
Сергей иронически усмехнулся. «Ну как, — спросил он себя, — пар вышел? Давление упало до нормы? Тогда давай рассуждать». Да, да, десять лет назад он бы, безусловно, арестовал Семенова. А сейчас… Нет, шалишь. Погуляй еще, милый, погуляй. Я же тебя знаю, ты добровольно не признаешься в четвертом случае мошенничества, когда использовал паспорт усыпленного и ограбленного в поезде человека. И уж подавно не признаешься в использовании снотворного. Тебе это тоже надо доказать. И тогда… тогда не жди снисхождения, Семенов. Два убийства. Два! Последнее — женщина в гостинице, вчера. За что ты убил ее, Семенов, совсем молодую женщину, за что?