Антология советского детектива-39. Компиляция. Книги 1-11
— Все сошлось, Саня. Ты, как всегда, прав! Будем брать за жабры?
— Спешить не будем, Рома. Сейчас он нам мало что может дать. Вот только, если бы его сегодняшний адресок раздобыть...
— Имеется, — скромно сообщил Казарян. — Райцентр Сычевка. До востребования.
— Братцы, вы о чем? — недовольный своей неосведомленностью, спросил Алик.
— О деле, — высокомерно укротил его Смирнов. — Да, кстати, а ты адресок Олегов раздобыл?
— Раздобыл, — сухо доложил Алик. — Он комнату снимал на Открытом шоссе.
Вернулся Виктор, скромно уселся на своем месте.
— Ну что, любовник? — поинтересовался Смирнов. — Нашел даму сердца?
— Найти оказалось не проблема. Вот уговорить...
— Но ты уговорил, — догадкой перебил Смирнов. — Когда будет?
— К девяти. Шампанского потребовала. Где я ей шампанского достану?
— У спекулянтов, — подсказал Смирнов. — К половине десятого я заявлюсь.
— Лучше к десяти. Опоздает же, стерва.
— Тылы обеспечены, резервы подтянуты, боеприпасы в полном комплекте, — довольный Смирнов хлопнул ладонью по фотографиям. — Как говорят лучшие представители коммунистической партии, пора подниматься из окопов.
— С делами все? — поинтересовался Алик и, получив в ответ утвердительный кивок Смирнова, предложил: — Может, кино посмотрим? Пленочка у меня тут новая с Николсоном. "Бетмен" называется. Развлечение для идиотов!
— То, что нам надо, — обрадовался Казарян. — Крути, Гаврила!
Алик возился с видео, Роман двигал кресла, чтобы всем было удобнее, Смирнов смотался на кухню — приволок недопитую бутылку и две рюмки — для себя и Алика. Виктор сидел на диване и с уважительной завистью разглядывал трех жизнерадостных энергичных стариканов. Спросил вдруг ни с того, ни с сего:
— Вы ведь в опаснейшую заваруху влезли, все трое. И, будто дети, не замечаете, что ли, опасности? Почему вы спокойны и веселы, старички?
— Во-первых, еще не опасно, — ответил Смирнов, сосредоточенно наполняя две рюмки. — А во-вторых, потому что нас трое. Уже тридцать с лишним лет нас трое. Так-то, маленький одинокий супермен.
— У-у-у, ты мой пупсик! — отхлебнув шампанского, Лариса сделала Виктору козу и потрепала по щеке.
— Пупсик, это точно, — мрачно согласился Виктор. Все предыдущие общения с Ларисой очень быстро приобретали чисто физиологический характер, а тут надо было разговоры разговаривать, интеллектуально напрягаться. Напрягся. — Ты в простое или где-нибудь снимаешься?
— Так, по мелочам. — Лариса сильной и твердой рукой налила себе еще из тяжелой темной бутылки. — Эпизодики, речевуха. Ты хочешь что-нибудь предложить?
— Есть одна мыслишка, — промямлил Виктор. А мыслишка была такая: где этот старый хрен Смирнов?
И во исполнение желаний, как благовест, прозвенел дверной звонок.
— Здравствуйте, Виктор Ильич! — сияя в улыбке обнаженной искусственной челюстью, торжественно поздоровался Смирнов. Перебирал несколько.
Интересуясь, томно явилась в прихожей Лариса — мужик же пришел. Оглядела мужика, осмотр ей удовольствия не доставил, и поэтому, дернув плечиком, холодно произнесла:
— Здравствуйте. — И уже несколько раздраженно обратилась к Виктору: Ты, как я понимаю, будешь занят. Может быть, мне лучше уйти?
— Что вы, что вы! — взмолился Смирнов, от огорчения даже палкой по полу пристукнул. — Я всего на несколько минут. Днем застать Виктора Ильича не смог, и вот пришлось вечерком. Оказалось, этот вечерок вам и испортил. Извините старика.
— Ладно уж, — не шибко вежливо простила его Лариса. — Вы в комнате поговорите, а я на кухне посижу пока.
— Так, давайте, все вместе на кухне! Вам, наверное, интересен будет наш разговор. Ведь вы небезразличны к судьбе вашего друга? — Смирнов еще раз показал искусственную челюсть. — Да и вполне вероятно, что вы окажетесь нужным свидетелем.
— А вы кто такой? — неожиданным басом осведомилась Лариса.
— Я-то? — Смирнов извлек из кармана красную книжечку с гербом (удостоверение почетного милиционера), распахнул ее, демонстрируя Ларисе свою фотографию. — Я веду дело об избиении гражданина Кузьминского и о краже в его квартире.
— Тебя обокрали, Витя? — удивилась Лариса. — Что-то незаметно.
— Да так, по мелочи, — успокоил ее Виктор. — Все-таки давайте в комнату пройдем.
Втроем уселись вокруг журнального столика, и Смирнов начал речь:
— Дела такие, Виктор Ильич. Исследование замка показало, что он был открыт не отмычкой, а ключом. Однако свежие засечки на металле говорят о том, что ключ этот был не из положенного к замку набора, а был изготовлен по не совсем качественному оттиску. Вопрос первый: кто в последнее время навещал вас в квартире и мог незаметно сделать оттиск? Я пока никого не обвиняю, нет, я просто хочу очертить круг подозреваемых. — Смирнов походя мазнул взглядом по Ларисе и вновь обратился к Виктору. — Подумайте, Виктор Ильич. Это очень важно.
— Ну, режиссер мой один заезжал... — вяло думал Виктор. — Вот Лариса была...
— Почему вы считаете, что оттиск с ключей сделан именно здесь, в доме? — не выдержала Лариса. — И почему в последнее время?
— А потому, дорогая Лариса. Для того, чтобы сделать оттиск где-то, необходимо вытащить ключ из кармана Виктора. Здесь же он висит на гвоздике у двери. Ну, а насчет последнего времени... Виктор Ильич поменял замок перед отъездом в киноэкспедицию. Так-то.
Помолчали, потому что Смирнов хотел паузы. Сам же ее прервал:
— Пойдем дальше. На письменном столе и на внутренних поверхностях его ящиков обнаружены отпечатки пальцев. Не ваших, Виктор Ильич, чужих. Кому из гостей вы позволяли рыться в ваших бумагах?
— Никому, — твердо ответил Виктор.
— Лариса, вы искали что-нибудь в письменном столе? — тихо поинтересовался Смирнов.
— Нет, — Лариса встала. — Мне надоело все это, Виктор. Я пойду.
— Не надо так, Лариса. Я ведь пока с вами по-хорошему. — Смирнов поймал ее за руку, усадил. — А могу и по-плохому. Так вы рылись в столе?
— Нет, — повторила Лариса.
— Ну что ж, проверим. Я на кухню заглянул, заметил, что вы шампанское пили. На вашем бокальчике, естественно, следы ваших пальчиков остались. Проверим, сравним. Нет, так нет. А если да?
— А если да, вы меня в тюрьму посадите? — надменно полюбопытствовала Лариса.
— Так уж сразу и в тюрьму... — Смирнов опять улыбался, любуясь дамочкой.
— Если не сразу, то когда? — продолжала задираться Лариса.
— Все зависит от того, Лариса, скажете вы правду или будете врать.
— Ну, лазила я в стол, лазила! Вот, сказала правду.
— Эту правду я бы и без вас узнал. Меня другое интересует: зачем?
— Да просто так. Хотелось узнать, чем мой Витя дышит.
— Кому хотелось узнать?
— Кому, кому! Мне.
— Пойми, девонька моя, когда ты со мной в чистую отказку играешь, ты — соучастница воровства, наводчица. Я же почти уверен, что тебя, воспользовавшись твоим простодушием, попросили сделать маленькое одолжение за какие-то услуги, тебе оказанные. Кто тебя попросил, Лариса? Он? — У Смирнова в ладони, как у Акопяна почти, неизвестно откуда отказалась фотография, которую он вплотную поднес к глазам Ларисы. — Удоев?
— Не знаю я никакого Удоева, — не глядя на фотографию, с тоской сказала Лариса.
— Ап! — С возгласом, подтверждающим, что он продолжает чувствовать себя фокусником, Смирнов предъявил следующий снимок: Лариса и Удоев у "Ауди". — И как давно ты его не знаешь?
— Вам все шутки шутить. — Лариса уже неизвестно зачем тянула резину.
— Дело, конечно, твое. Можешь не говорить. Но, учти, кража оружия серьезнейшая статья. Тем более, что похищенный пистолет был задействован в страшненьком деле. Это еще одна статья на убой. Тебе срок отмотают на полную катушку, а Удоев по-прежнему будет с лошадки на "Ауди" перескакивать, свежих дамочек щупать. Ты когда с ним познакомилась?
— Месяца три назад, — сдалась, наконец, Лариса. — Только я с ним не знакомилась, меня Димка Федоров ему представил.