Не грози Дубровскому! Том 13 (СИ)

За окном послышались радостные вопли гвардейцев:
— Пасуй! Пасуй! Ну же!
— Держите этого шайтана! Не дайте ему пройти!
Я выглянул в окно и рассмеялся. Союзническая армия поделилась на команды по одиннадцать человек в каждой и играла в футбол. Правда вместо мяча выступал Нобунага. Бойцы притащили четыре бревна и зарыли их в землю, сделав подобие ворот, а после стали гоняться за говорливым медведем и пытаться забить им гол.
— Твари! А-а-а!!! Как больно! Я вам ноги повырываю! А-а-а!!! — голосил Нобунага, летая из стороны в сторону.
Забавно, что он до сих пор не понял, что нужно держать язык за зубами. Ведь пинки гвардейцев менее болезненны, чем грубые слова. Понятувшись, я принял душ, надел новый китель и направился в Дразург, куда через час должны прибыть императоры.
Клювик отнёс меня в осколок демонического мира, и я увидел толпу людей, столпившихся вокруг двери, которая перестала быть ледяной. Картаполов, Львов, Оболенский, Ершов, Лилит и мои военачальники, обеспечивающие безопасность. Квазар выглядел сонным и лениво зевал, Гантулга и Антип мучались от похмелья, и только Ода был бодрячком.
Приземлившись, я поприветствовал ребят и буквально через десять минут синхронно открылись два портала, из которых вышли императоры.
— Виктор Игоревич, я проснулся утром и был приятно удивлён тем, что мир всё ещё не уничтожен, — улыбнулся Кречет.
— Пётр Алексеевич, я очень старался, но, увы, не смог найти достаточно большую угрозу. Но ничего страшного, я буду работать в этом направлении, — ответил я шуткой на шутку.
— Хо-хо! Этот Русский искромётный юмор. Обажаю, — похлопал в ладоши Муцухито. — Виктор Игоревич-сан, могу я узнать, с какой целью вы нас снова собрали?
— Разумеется. Прошу за мной. — Я деловито открыл дверь в ледяные пустоши и шагнул внутрь.
Благодаря тому что Михаил завладел сердцем бури, льда тут совсем не осталось. Говоря «совсем не осталось», я имею ввиду СОВСЕМ!!! Всё растаяло подчистую. Теперь, куда ни глянь, везде лишь безжизненная каменистая поверхность из которой торчат огромные голубоватые макры. Миллионы кристаллов раскинулись от горизонта и до горизонта.
— Обалде… — начал было Кречет, разинув рот, но осёкся на полуслове, поняв, что просторечье не делает императору чести. — В смысле, это поразительно!
— Виктор Игоревич, с такими запасами вы станете монополистом на рынке макров, — оценил Муцухито.
— Не вы, а мы, — сказал я и обвёл взглядом собравшихся. — Я, как владелец данного измерения, предлагаю вам стать моими полноправными партнёрами.
— Я только за, если вы желаете разделить эти богатства на троих, как и залежи Дразуга, то… — начал было Муцухито, но я его перебил.
— Не на троих. На семерых, — я указал на своих друзей. — Картаполовы, Львовы, Оболенские и Ершовы станут частью нашего треста и будут участвовать в нём на равных правах. В знак уважения к империям, я выделю вам доли по двадцать пять процентов, на добычу макров. Оставшиеся пятьдесят мы разделим между собой. Каждый получит по десять процентов от прибыли.
— Десять процентов это очень большие деньги, — сказал Кречет, как бы ни на что не намекая.
Его слова вызвали у меня улыбку.
— Для отдельного рода да, для империи — это пыль. Пётр Алексеевич, если вы мне доверяете, то прошу довериться и моим друзьям. Они надёжные люди, и я хочу, чтобы Львовы, Картаполовы, Ершовы и Оболенские стали в будущем надеждой и империи. А для этого им нужны ресурсы, чтобы стать сильнее, — сказал я, посмотрев в глаза Кречету.
— Пётр Алексеевич-сан, я не знаю этих молодых людей, но готов за них поручиться. Дубровский-сан ведёт дела лишь с достойными, — сказал Муцухито и поклонился.
Да что ж такое! Опять в глаза что-то попало. У! Лис старый, растрогал.
— Возражений не имею. Друзья Дубровского из старых аристократических родов с хорошей историей. Пусть не всегда их деяния мне нравились, но всё это в прошлом. Мы же идём в новую эру. — Кречет толкнул пафосную речь и осмотрел бескрайние залежи макров…
— Благодарю за поддержку. И ещё небольшая ремарка. Весь хрусталь из этого измерения теперь принадлежит Оболенскому. Если желаете его добывать или закупать, то прошу обращаться к Григорию Ярославовичу. — Я схватил Гришу за рукав и вытащил вперёд.
  
Он ошалел от таких новостей и пару секунд стоял, разинув рот, а потом собрался, поправил пиджак и кивнул.
— Да, за хрусталь нынче отвечаю я и моя стеклодувная империя, — гордо соврал он, не став вдаваться в подробности, что на данный момент в наличии всего лишь мастерская, да и то не самая большая.
— Рад вести с вами дела, Григорий Ярославович, — улыбнулся Кречет и крепко пожал руку Оболенскому. — Виктор Игоревич, и когда мы можем начать добычу?
— А сегодня и начнём. У меня уже всё готово, — самодовольно заявил я.
— Как это? Наша помощь не потребуется? — удивился Муцухито.
— А зачем? У нас есть тридцать тысяч рогатых рудокопов, которые очень жаждут потрудиться нам на благо. Пять тысяч я отправил разбирать завалы крепостей. Семь тысяч будут задействованы на добыче аркенстона, ещё семь тысяч будут добывать пламенный мифрил, а остальных я направлю сюда — за макрами и хрусталём. Госпожа Лилит Мефистовна за всем проследит. Верно? — спросил я и обернулся.
— Виктор Игоревич, моя рогатая братия готова приступить к работе в любую секунду. Только отдайте приказ. — Рогатая чертовка соблазнительно улыбнулась, однако, против обыкновения, не скользнув по нам взглядом. Взгляд её был прикован к Фервиладу, стоящему рядом.
Паладин расцвёл от внимания красавицы. Уверен, этой ночью свет и тьма мирились очень много раз. И по итогу все остались довольны. Странный союз, если честно, но кто я такой, чтобы их судить?
— Вижу, у вас всё схвачено, — сказал Кречет, уважительно кивнув. — Тогда подскажите, с какой целью вы выделили долю нам с господином Муцухито?
— Всё просто. Вы будете отвечать за рынки сбыта, а также станете гарантами процветания родов моих друзей.
— Хо-хо-хо! Своеобразная плата за защиту? — рассмеялся Муцухито.
— Скорее, общее дело, которое поможет наладить нам долгосрочные отношения, а также позволит укрепить дружбу народов, — поправил я императора.
— Как по мне, так звучит отлично. Считайте, что мы договорились, — кивнул Кречет и отправился пожимать руки новым деловым партнёрам.
— Да, я тоже с радостью приму ваше предложение. Для Японии в нём сплошные плюсы. Виктор Игоревич-сан. — Муцухито поклонился и последовал за Кречетом.
Императорские особы обменялись парой фраз с каждым, после чего удалились, оставив нас в полной тишине. Первым нарушил тишину Оболенский.
— Это что сейчас было?
— Это, друг мой, момент, открывающий перед вашими родами новые горизонты. Если не просрёшь мой подарок, то, думаю, лет через десять сможешь стать графом, а может, и князем.
— Виктор, прости конечно, но у тебя всё с головой впорядке? Зачем ты отдал им половину от дохода? Мы могли самостоятельно разрабатывать эти поля макров, — сказал Ершов.
— Вася, посмотри по сторонам. Как ты думаешь, сколько потребуется десятилетий, а может и столетий, чтобы освоить этот пласт реальности? — покачав головой, парировал я.
— Виктор прав, — поддержал Лев. — Мой род княжеский, но вы помните, как совсем недавно нас чуть не стёрли с лица земли. Своим шагом он обезопасил нас на десятилетия вперёд. Я не знаю, чем мы заслужили такое, но спасибо. — Лев подошел ко мне и крепко обнял, шмыгнув носом.
— Не реви, — шепнул я ему на ухо.
— Не реву, — тихонько ответил он.
— Вы не подумайте, я тоже благодарен, просто… Просто я в шоке… Нет, Виктор, ну серьёзно. Ты ведь сумасшедший. Развязал войну ради меня, потом вот это. Кто в своём уме станет так поступать? — спросил Ершов.
— Настоящий друг? — вопросом на вопрос ответил я.
— Настоящий друг и будущий родственник, — поправил меня Оболенский и тоже полез обниматься.
— Спасибо, — шмыгнув носом, сказал Картаполов.