На дальних берегах. Том первый (СИ)
— Сочувствую…
— Да, братан… Вот так бывает — вроде все продумали, все предусмотрели… Но все не предусмотришь. В чем-то надо положиться на фарт воровской… А фарт изменчив. И вот мы с Ксюхой… Одни… Она — все, что мне от Нюры осталось. Бигерт знал, что красть. А ты мне её вернул. И от бабла отказался… Денег бы попросил — было бы все проще. В деньгах я легко все смеряю. А так — даже не знаю, братан, как тебя уважить. Ты баню любишь?
— Баню?
— Да. Давай я тебе баньку организую. По нашему. Попаримся, выпьем, побазарим… Я ведь столько лет по нашему не базарил…
— Ну ладно… — Капитан растеряно кивнул, — Не откажусь…
— Тогда не торопись линять — я сейчас все организую. Все четко будет — отвечаю!
— Хорошо — жду.
— Душевный ты мужик, капитан… Ладно — пойдем мы… — Кабанов встал, крепко беря дочь за руку, — Я за тобой пришлю. И парням твоим стол организую… Все чин-чинарем будет…
Проводив его, Капитан задумчиво закурил трубку глядя в след растворившимся в дорожной пыли машинам. Сбоку аккуратно пристроился Михай. Некоторое время они стояли молча.
— Погана людина… Прямо таки сволота остання… — Михай сочно вздохнул, — И, що найцикавише, щиро впевнений, що все правильно робить. Я не те, щоб пидслуховував, просто ви голосно говорили…
— Знаю… Иногда хотелось в морду ему дать… Но с другой стороны, Нюрку-то свою, любил взаправду. С дочкой нянчится, в память о ней, как с родной…
— Думаете, що вин не таке гивно як здаеться?
— Думаю, не нам его судить. Мы сами знаешь… Того… Такой херни наворотили, что только держись.
— Згоден. Але, все таки, ми якись береги, але бачимо.
— По нашим представлениям. А он, по своим, тоже, может, все верно делает. Ладно, че уж там? Какой не есть, а, все же, свой, верно?
— Не знаю. У мене зи своими он яка херня вийшла…
Капитан хотел что-то ответить, но, потом, просто махнул рукой. Михай согласно кивнул и пошел в кубрик.
* * *Доктор кинул взгляд на свернувшуюся прямо на полу Ведьму и покачал головой. Ему была непонятна эта дикарская привычка спать там, где сморил сон, но у всех свои причуды. Сев за стол, он погрузился в записи и не сразу заметил, что его вызывают по внутренней связи.
— Лазарет… — раздраженный, что его отвлекают Доктор ткнул пальцем в кнопку, — Что есть требуется?
— Док! Ты как!? — буквально заорал на другом конце Калибр.
— Гут! Спасибо, что есть интересовайтся!
— Все спят!
— Это есть нормально в данный обстановка…
— Ты не понял — они не просыпаются!
— Айн момент…
Вскочив, Доктор подбежал к Ведьме и принялся её тормошить. Потом приподнял веко, и заглянул в глаз с расширенным зрачком. Затем повинуясь внезапной догадке, кинулся к столу. Разломив лежащий на тарелке пирог, он схватил одну из пробирок и капнул на начинку, глядя как реактив окрашивается в яркий цвет.
— Док! — раздалось по связи, а потом снаружи замолотил пулемет, — Тут колониальная гвардия!
— Барбитураты! Еда есть внутри барбитураты! На вас они нихт действовайт, а я есть забывайт это съесть!
— Ты можешь что-то сделать?! Мы долго не продержимся! Их тут не меньше сотни!
— Найн! Теоретийчески, можно было бы попробовайт какие-то ингибитор или стимулятор, но я их нихт имейт в свой распоряжений!
— Сколько они так проспят?
— Зависийт от доза… Долго! Что вы предлагайт делайт!
— Ты умеешь управляться с двигателем?
— Найн!
— Тогда придется уходить! Сыч докладывает, что сюда идут корабли! Если продолжим отстреливаться, они просто расхерачат нас из артиллерии!
— А что есть делайт с остальные? — Доктор растерянно огляделся.
— Ничего! Забери или спрячь все важные документы, ключ от сейфа Капитан прячет в столе в журнале, а ключ от стола — под графином! Потом уходи в лес. Мы тебя прикроем, затем уйдем следом и там уже подумаем, как вытащить остальных…
— Гут! Мне нужно десять минута!
— У тебя есть пять! Торопись!
— Понимайт… Вы перед уход сабботировайт двигатель! Чтобы они нихт угоняйт корабль!
— Не первый день в армии… Давай бегом. Я не знаю, сколько мы еще продержимся.
Отключив связь, Доктор растерянно сделал шаг назад, оглянулся на лежащую на полу Ведьму, постоял… Потом укрыл её пиджаком и, выпрямившись, решительно сжал кулаки. В голове что-то переключилось превращая его в мозг в мыслительный автомат. Документы, ключ, сейф, это важно, не важно, важно, деньги, карточка с иероглифом которую им дал Джеминг. Все это ему не унести, так что надо прятать.
Старпом не говорил, где на корабле тот потайной отсек, но если мыслить логически, то за трюмом с провиантом должны начинаться танки с питьевой и технической водой. А переборка там недостаточно массивна, чтобы выдержать давление нескольких тонн жидкости. Вход туда должен быть, скорее всего, в каюте Старпома. Кровать привинчена и каждый раз ей демонтировать сложно и заметно. А вот шкафы…
Один заметно больше другого. Почему?
Потому, что его дно — это крышка люка, ведущего в длинный узкий отсек-тайник! Вот где Старпом хранит трофейное спиртное! И оружие со взрывчаткой. И деликатесы, которыми он не намерен делится. Некогда смотреть! Одернув себя, Доктор спрятал документы и ценности, ухватился за лестницу, чтобы выбраться, но замер. Мозг кольнула трусливая мысль — он может тут отсидеться! Натаскать провизии, воды, взять одеяло… Уволочь сюда кого-то из команды он не сможет — ему просто не хватит сил безопасно спустить вниз бесчувственное тело. Но вот самому спрятаться!
Рука, без команды мозга отвесила пощечину. Нет! Прячась, он никак не поможет остальным. И себе тоже. Рано или поздно, придется выйти. Если корабль в этот момент будет в руках врагов — укрываться, значит только оттянуть неизбежное… Если же его к тому времени отобьют — как он будет смотреть в глаза своим?
— Даже не думай об этом, Ганс… — бормоча, Доктор принялся взбираться наверх, — Ты Кригер. Ты воин. Ты гордый сын храбрых отцов и любящих матерей. И теперь, перед их лицом, ты не имеешь права забиться в нору словно крыса. Порядок, дисциплина, отвага… Порядок, дисциплина, отвага…
Теперь его приборы. Утащить вниз и спрятать он не успеет. Успеет только сбить все настройки — пусть попробуют теперь понять, что тут было! Магнитофон… Перестрелка снаружи еще идет, значит китты пока держатся. Схватив кабеля Доктор принялся соединять магнитофон с радиостанцией. Потом нажал кнопку записи, надиктовал сообщение на всех известных ему языках и, зациклив воспроизведение, настроил радиостанцию в широковещательный режим.
«Внимание!» — понеслось в эфир, — «Всем, кого это касается! Вольный корабль „Интернационал“ захвачен в порту Малатана. Судьба экипажа неизвестна. Срочно требуется помощь. Повторяю…» Убедившись, что передача идет, Доктор загородил магнитофон и панель радиостанции другими приборами. Неясно, насколько хватит аккумуляторов, кто и когда примет это сообщение и как быстро местные разберутся, что происходит, но он сделал все, что мог. Теперь пора уходить.