На дальних берегах. Том первый (СИ)
Кивнув, Фильковский собрал «Клуб Безумных Корабелов». Старпом прошелся пожимая руки, потом помахал и направился пирсу, где уже покачивался одномоторый биплан на длинных поплавках с нарисованной возле кабины чайкой. Пилот, коренастый, почти квадратный островитянин, приветливо махнул ему рукой.
— Мистер Роджерс! Как ваши дела? Опять очередная авантюра?
— Ну ты же меня знаешь… — посмотрев на самолет, Старпом довольно потер руки, — Ну и что вы приготовили для меня на этот раз? Опять «заглохните»?
— Не. Старушка уже такого не прощает. Может обратно и не завестись. Возраст…
— Ничего. Выглядит еще крепкой. Ну что? Вы готовы?
— А то! Куда летим?
— Сперва — на Эрин.
— Ох ептыть…
— Это проблема?
— Еще какая! — пилот взмахнул руками, — Я ведь тоже не молод уже так пить, как они там пьют!
— А не пить пробовал?
— Пробовал.
— И как?
— Я еще никогда в жизни так не нажирался, как в тот раз, когда попробовал не пить на Эрине. Местные, походу, восприняли это как вызов и накачали меня по брови.
— Впечатляет, учитывая, что брови выше не только рта, но и ноздрей.
— Они от такого там сами охуели. А уж как я на утро охуевал… — вздохнув, островитянин приглашающе махнул рукой, — Ладно — надо, так надо… Эрин, так Эрин. Но учтите, что оттуда мы быстро не выберемся. Меня сутки — двое только по кабакам искать придется.
— Я не тороплюсь.
Еще раз махнув на прощанье, Старпом забрался в самолет и тот, рыча мотором, помчался по воде разгоняясь перед взлетом.
— Какая интересная жизнь у этих шпионов… — завистливо покачал головой Вайсман, — Самолеты, яхты…
— Женщины… — согласно кивнул Божецких, — Знакомства всякие, сомнительные…
— Думаешь?
— Да к гадалке не ходи… Видал тех парней, которые у Манфреда хронометры покупали? Это-же жулики! Я тебе как эксперт говорю.
— А давно ты стал экспертом по жуликам?
— Ну, как выяснилось, я все это время был близко знаком с мафиози, да Франко?
— В жопу пошел… — огрызнулся Грелли, — Ты думаешь, что стереотипы про фессалийцев — это смешно?
— Не парься… Манфред вон данные стереотипы вообще себе на пользу поставил. Правильно я говорю?
— У нас в Форбурге есть поговорка, — равнодушно пожал плечами Фон Крампус, — «Самый большой из всех дураков тот, который хочет всем дуракам понравиться». Я не могу ничего сделать с тем, что обо мне думают, но могу извлечь из этого выгоду.
— Во! Вот бери пример с Манфреда. Или с Олега. Все думают, что в Залесье медведи ходят и что? Он бросается кого-то разубеждать?
— Да-да — надо наоборот подливать масла в огонь, я тебя понял!
— Кстати, насчет вот этого… — Божецких поковырял палочкой мундштук, — Мне молочник регулярно привозит кислое молоко…
— И что?
— Можно я скажу, что знаком с мафиози, который спалит его сраную лавку, если он еще раз так сделает?
— Только попробуй!
— Жаль… — закурив, Николай хитро покосился на Фильковского, — Олег, ты можешь изобразить злого залесского бандита? Ненадолго…
— А ты чего? Сам не справишься?
— Двухметровый жлоб будет убедительнее.
— Иди нахер.
— Ладно — попробую сам. А ты просто постоишь рядом. Там просто молочник — крепкий мужик… С меня обед.
— Я подумаю… Ладно — пойдемте собираться, а то опоздаем на поезд.
* * *Чашеблюститель покосился на окровавленный мешок который пронесли мимо него и робко приблизился к Силусу, который, мрачно сопя, размышлял опершись руками об операционный стол.
— Новости… Мне нужны хорошие новости… — подняв голову он внимательно посмотрел на застывшего в нерешительности Десимуса, — Но у тебя их нет… Проклятье! Почему все так сложно! Неужели я многого прошу? Один беглый Ординатор! Где вы его упустили?
— Там такое дело…
— Он выкинул какой-то фокус?
— Да. Можно и так сказать…
— Что он сделал? БЫСТРЕЕ!!! От того что ты тянешь, это не будет звучать лучше!
— У него был «Лембент»! Но он называл его странным именем…
— «Лийбэа»?
— Да, господин… Кажется так.
— Аргус хорошо обучил своего щенка. Умеет копать…
— Вы о чем, господин?
— О Мече Королей, тупица! Он понял, что побывало у него в руках… И выяснил, как это использовать.
— Нам придется объяснить пропажу.
— Придется. Но, это не главная проблема. Меня больше волнуют документы. Они были у него?
— Видимо да.
— Видимо?
— Один из наших ликторов выжил. Валент выстрелил в него из того Святого Символа, который Аргус таскал с собой, но ему повезло…
— Старый трюк, а все еще работает… Да — Аргус определенно хорошо его обучил, будь он проклят… Остальные?
— Двое мертвы, группа прикрытия отступила.
— Вы забрали тела?
— Разумеется. Но вот те бандиты на тракте… Полиция нашла главаря подвешенным на дереве и вокруг были языческие знаки, нарисованные его кровью. Они обратились к ордену Чистых за консультациями.
— Языческие знаки? — Силус усмехнулся, — Я даже знаю какие… Но нам это уже не интересно. Мы и так знаем, что «Лийбэа» откликнулся на зов. Правда и Чистые теперь знают, что он в руках нового хозяина, и Якобус может попробовать разыграть эту карту… Но, сперва, ему придется объяснить как так вышло, что Ординатор Чистых обратился к языческой ворожбе. Так что там с документами?
— Когда они спросили, где бумаги, Валент указал им, что пришел без сумки. Наверное, бумаги там и он спрятал её перед тем как явиться в руины приюта.
— То есть он ожидал засаду, но все равно пошел туда? Зачем?
— Возможно — ради мести? Он говорил, что собирается выжечь мерзость и обвинял вас в тауматургии и связях с «Новым Рассветом»…
Замолчав, Десимус оглядел помещение, залитый кровью стол и перевел взгляд на недовольно скривившегося Предвозвестника.
— Безосновательно обвинял…
— Это уж будь уверен. Но знаешь? Это — хорошая новость. Если он хочет мести — он в гневе. А в гневе люди часто делают ошибки. Где он сейчас?
— Пока не знаю. Он опять скрылся.
— Пускай. Эти документы никому не нужны в пустошах. Ему придется выйти на связь с людьми, если он захочет предать их огласке. На лодке до Лонга ему тоже не доплыть. Внимательно следите за ним и всеми, с кем он пересекается. Так будет даже проще — зачем гоняться за подготовленным бойцом, если можно забрать документы у того, кому он их отдаст?
— Вы абсолютно правы, господин! — подобострастно восхитился Чашеблюститель, — Он не сможет пустить их в ход не общаясь с людьми! А раз так — то рано или поздно мы его засечем. Я немедленно отдам все распоряжения!
* * *Узкая тропа через болото, еле видная в темноте, то исчезала прямо под ногами, то появлялась вновь. По сторонам от неё метались призрачные огни, слабо освещая иссохшие деревья призрачным светом. Старый, вросший по окна в землю дом в конце тропы, всем своим видом давал понять, что его хозяин не любит гостей. Внутри горел свет, едва пробиваясь сквозь плотные занавески и погас, как только Старпом тронул калитку. Громадный лохматый пес, скаля зубы, выбрался из-за кучи сложенных у ограды дров, зарычал, но потянув носом, сел и тоскливо завыл.
Скрипнула отворяемая дверь. Коренастый старик, чья потемневшая обветренная кожа цвета дубовой коры резко контрастировала с копной серебристо белых волос и такой же белой густой бородой кинул в собаку костью, потом посмотрел на визитера. Его глаза сжались в узкие щелочки.
— Сколько раз можно говорить — не привлекай лишнего внимания к моей берлоге!?
— Я был предельно осторожен.
— Ты прилетел на самолете! Вся округа уже в курсе. Не тут его посадил и на том спасибо…
— Пилоты занимаются контрабандой — знают свое дело.
— Знают они… А ты где шлялся? Ночь уже на дворе…
— Было неудобно появится с пустыми руками, — Старпом продемонстрировал большую бутыль виски, — Пришлось побегать. Я же знаю, насколько ты разборчив.
— С твоей прытью ты на это час потратил… Небось, опять баб портил? Ладно — заходи…