Я - РОСС! (СИ)

Первая руна реагировала на всё резкое, типа стрелы, или брошенного кинжала. Вторая действовала на давление, откликаясь лишь при попытке сдавить, или сжать охраняемый объект. Ну и третья защищала от относительно медленных, режущих, колющих и рубящих ударов. По идее, если всё получится, то воин — облаченный в подобный доспех (при условии что совсем не будет открытых мест) окажется практически неуязвим, по крайне мере пока не закончится магическая энергия. Принцип, по сути, тот же что и на периметре, разница лишь в размерах, и видах реакции. В своё время я вешал подобные — только более сложные и энергоёмкие, на бронежилеты и шлемы, и это работало, — что броник, что шлем, при достаточном количестве энергии легко выдерживал выстрел в упор из того же дробовика, или автомата Калашникова. Здесь же руны хоть и попроще, но ведь противодействовать стреле, или мечу, куда легче чем остановить пулю. Присмотрев в телеге со сваленными рыцарскими железками кирасу поцелее, я вытащил её, и сморщившись от запаха — а воняла она знатно, потащил к «своей» полянке.
Рисовать руну следовало с внутренней стороны, и как-то так, чтобы она не стёрлась в процессе ношения доспеха. Был бы у меня шуруповерт со сверлом, я бы просто поверх рисунка приклепал кусок метала, но шуруповерта не было, поэтому пришлось пока обойтись. Нанёс, чуток напитал энергией из трофейного перстня, и одолжив у одного из расположившихся неподалеку бойцов, лук, натянул тетиву.
Прицелился примерно в самый центр. Стрела бронебойная, тяжёлая, даже не звякнула, а переломившись сразу в трёх местах, упала на землю. Первая руна работала, и это не могло не радовать. Следом проверил копьём и мечом, — эффект тот же, защита доспеха на высоте. Вот только без встроенного накопителя штука эта получится одноразовая, ведь всё что влито в саму руну заканчивается после первого же воздействия. Но в любом случае, даже если обработать хотя бы кольчуги и шлемы, это серьёзно повысит выживаемость бойцов. Единственное, эти руны даже в таком, урезанном варианте энергии жрут уйму — по моим теперешним меркам, поэтому скольких я смогу экипировать подобным образом — большой вопрос. А если не только кольчугу со шлемом защищать, а ещё и наручи с поножами, то вообще засада. Можно, конечно, попробовать добавить руну самозаряда, но чувствую что толку от неё в данном случае будет совсем немного, — заряжать она будет чертовски долго.
Закончив с экспериментами, я отвлёкся на подошедшего Ивана, который, остановившись в нескольких метрах, с любопытством наблюдал за моими действиями.
— Можно выдвигаться. — хмуро сообщил он.
— Всех похоронили?
— Всех.
— С пленными разобрались?
— Разобрались.
Больше вопросов у меня не было, и я вернулся к своей лошадке. Наверняка разумнее было бы переночевать здесь, на окраине сожжённой деревни, тем более что солнце практически село, но оставаться в этом страшном месте не было никакого желания. Отъедем несколько километров, тогда и разобьём лагерь. И дело не только в царящей здесь атмосфере, я больше переживал как бы сюда не наведался кто, — мало ли, всякое бывает.
Двигались молча. Слышалось только редкое лошадиное ржание да позвякивание железа. Говорить никому не хотелось, все устали за день, ну и увиденное тоже не добавляло настроения. Насколько я понял, такая участь могла ждать любое росское поселение, независимо от того кто именно его захватит. Не знаю почему, но что в одном, что в другом мире «просвещённая» Европа периодически впадала в такие нечеловеческие крайности. То они ведьм на кострах сжигают, то евреев как собак режут, то абажуры из человеческой кожи шьют. И это всего лишь частности, так, лайт версия портрета «еуропейцев». А ведь по сути, — если взглянуть на того же Гитлера и сравнить его с покорителями Америки — он, по сравнению с ними, просто щенок какой-то получается. Точно не скажу, но там «джентльмены» уничтожили не меньше ста миллионов коренных жителей. Резали, стреляли, сжигали, топили, травили воду, заражали оспой. В общем, развлекались как могли. И из-за чего всё? Из-за земли и того что в ней и на ней находится? Но тут возникает другой вопрос. Оно понятно когда речь идет о моём прошлом мире, в нём Империя занимает огромные пространства, чем и вызывает зависть окружающих. Но здесь-то что? Росское княжество и размерами совсем не велико, да и земли не самые лучшие. Климат, опять же, не ахти какой… И что тогда остается? Неужели генетическая ненависть? Я не историк, и история, как наука, меня никогда особо не интересовала, поэтому могу ошибаться, но не было таких обид со стороны славян в общем, и русских в частности. Но тогда за что такое отношение? — Непонятно.
 
Проехав по перелеску около часа, мы оказались на удобной для лагеря полянке, где и остановились на ночлег. Особо не мудрствовали, даже шатры ставить не стали, разлеглись кто где. Мне подкатили отдельную телегу, но укутавшись в плащ, я устроился под деревом неподалеку. Только сон не шел. Стоило закрыть глаза, как в мозгу всплывали увиденные в сожженной деревне ужасы. Я уж и так, и этак пытался отвлечься, но не выходило, перед глазами снова и снова вставали насаженные на колья детские головы и украшенные «гирляндами» кишок деревья. И как бы мне этого не хотелось признавать, но я понимал что война в этот раз будет иная, до полного уничтожения одной из сторон. Либо мы их, либо они нас. Наверное, будь у нашего, росского князя такая же ядрёная дубинка как у Империи в моём мире, такого бы не случилось. Но дубинки не было, и это являлось проблемой.
А утро наступило внезапно. Во всяком случае для меня, — вроде, только что не мог уснуть, и на тебе, солнце прямо в глаза бьёт. Поднялся, осмотрелся — лагерь оживал. Бродили люди, горели костры и готовилась еда. Заметив что я проснулся, тут же появился денщик, и отчитавшись об обстановке (а всё было спокойно), снова куда-то убежал.
Примерно через час мы были готовы продолжить путь. Сначала вперед выдвинулась разведка, потом основные силы, и небольшая группа осталась прикрывать с тыла. Покачиваясь в седле почти в самом хвосте основной колонны, я наблюдал за происходящим, отмечая что настроение у моих бойцов сегодня уже получше. Вышагивая по прокладываемой разведчиками лесной дороге, они переговаривались меж собой, негромко шутили, и о чём-то спорили. Не скажу что прямо веселились все, но вчерашней «умертвленностью» уже не пахло. Я тоже чувствовал себя спокойнее. Ведь если всё пойдёт хорошо и мы ни на кого не наткнёмся, то к вечеру будем в столице.
Но хорошо не пошло. Нет, никто на нас не напал, только не проделав и половины пути, мы вынужденно остановились. Впереди, там где должен быть город, поднимались густые клубы дыма.
— Не стоит туда ехать. — всматриваясь вдаль, произнёс дядька Иван.
Я промолчал, всё было очевидно.
— Разведку дождёмся, а там решать надо что-то. — продолжил он.
— Думаешь, сдали город? Не зря гонца посылали?
Теперь уже дядька Иван промолчал и только пожал плечами.
Судя по тому что мне удалось выудить в памяти Максима, Петербург, — столица Росского княжества, это не тот Питер что знал я. Да, стоит он том же месте и носит такое же имя. Но на этом сходства и заканчиваются. Небольшой, окруженный несколькими стенами городок на сотню тысяч жителей, в моём мире мог бы считаться каким-нибудь пгт, но тут это была вполне себе величина. Первая, деревянная стена, защищала основную часть города: Жилые кварталы, ремесленный ряды и прочий мирный люд. Внутри неё была ещё одна, уже каменная, но не такая высокая. За ней располагались различные учреждения административного характера, какие-то мастерские — как правило имевшие прямое отношение к военно-магической машине княжества, ну и конечно выстроенные для дружины казармы. Третья стена, самая высокая и прочная, укрывала за собой Кремль. Здесь он не был таким красивым, но носил то же самое имя, и выполнял те же функции.
Вопрос — что именно захватили «европейцы», мучил меня недолго. Вернувшиеся разведчики доложили что первые две стены захвачены, а над последней, с Кремлём, появился «купол».