Тайна Каменного Принца. Том-2 (СИ)
— Наследному принцу повезло, что на его стороне был столь мудрый и столь древний Бог, — замечает Синь Шэнь, затем знаком показывает Юби, чтобы та перестала следить за нами, а занялась своим противником.
И, пока племянница вновь погружается в процесс тренировки, — или делает вид, продолжая косить на нас глазом, — лис берёт меня под руку и отводит от тренировочной площадки.
— Зачем ты берёшь с собой Чжу Цин? Вести её в Небесный Дворец — это то же самое, что махать красной тряпкой перед быком, — произносит он.
— Цянькон не так опасен, как разъяренный бык, — отзываюсь спокойно.
— Он — союзник алой девы. А той была нужна реликвия племени цветов, — напоминает Синь Шэнь.
— Именно поэтому я и беру её с собой. Я хочу посмотреть, каким будет его следующий шаг… — с предвкушением протягиваю.
— Ты играешь с огнём, — качает головой лис.
— Нет. Я играю с алой девой. Кажется, мои алые ленты были созданы для того, чтобы избавиться от неё раз и навсегда, — не скрывая холода в голосе, произношу.
— Не то, чтобы меня это сильно волновало… но тебе не кажется странным такое совпадение? — неожиданно произносит Синь Шэнь, вынуждая меня удивленно нахмуриться.
— Ты о чём?
— Алая дева… твои алые ленты… Цветок Алого Пламени… — протягивает лис.
— Помнится, когда ты победил паука-шелкопряда, добыв для меня сокровище, созданное энергией его жизни, ленты были белого цвета, — восстанавливая в памяти события двухтысячелетней давности, произношу задумчиво.
— Но они окрасились в алый после того, как ты поставила на них свою духовную метку, — отзывается Синь Шэнь, затем встречает мой взгляд, — чем больше я думаю об этом…
— Остановись. Я точно никак не связана с алой девой: когда она пробралась в меня, я не ощутила ни родства, ни какого-то особого слияния. К тому же, стоило мне восстановить воспоминания о своём спуске в царство смертных, как её частица вышла из меня вместе с дурной кровью. Мы несовместимы. Это просто совпадение.
— Согласен: если бы вы были связаны, ты бы почувствовала это, — кивает лис, после чего прищуривается, — но ты так и не рассказала, как алая дева попала в твоё сознание…
— Шэнь-гэгэ, у меня нет ответа на этот вопрос, — отвечаю так обтекаемо, насколько это было возможно, — как и ты, я понятия не имею, что это за существо. Всё, что мне известно — это то, что она живёт в сознании Цяо-Цяо и делает из этой Богини настоящее бедствие для всего бессмертного царства.
— Хорошо, не говори, если всё ещё не готова, — отстранённо произносит Синь Шэнь.
— Гэгэ… — протягиваю, прекрасно осознавая, что тут я бессильна: я просто не имею права сказать вслух, что алая дева всегда жила в крови наследного принца.
Самым удивительным было то, что после его смерти, она, кажется, не испарилась, а осталась в теле подруги Тао! По крайней мере об этом косвенно говорили те факты, что демоны и мастера из смертного мира всё ещё находились на пограничных территориях бессмертного царства. Да и Цянькон не выглядел напуганным, оставшимся в одиночестве и без связи с могущественной организацией, божком… Нет, он планировал получить сегодня титул наследника правящего клана и нисколько не переживал о защите своих тылов!
— Просто будь осторожна, — отрезает лис, перебивая меня и встречаясь со мной глазами, — все вы связаны: ты, Цяо-Цяо и Чжу Цин. Наследный принц и алая дева объединяют вас — и меня это беспокоит.
Какой же он внимательный. И какой сообразительный.
Воистину, мало кто способен оценить, насколько выдающимся Богом является Синь Шэнь.
— Не переживай, в Небесном Дворце со мной ничего не произойдёт. Вряд ли Цянькон настолько обнаглеет, что притащит на церемонию беглую Богиню: пусть большинству в бессмертном царстве и неизвестно, по какой причине Цяо-Цяо стала нежеланным гостем на небе, но все знают, что она изгнана из дворца лично владыкой, — отзываюсь спокойно, затем перевожу взгляд на Чжу Цин, подлетавшую к нам в скромном, по меркам грядущей церемонии, платье… — Хотела бы я знать, что творится в голове этого цветочка…
— Перемены в её поведении действительно поражают, — оценив её наряд, подтверждает Синь Шэнь, — и, мне кажется, или её волосы стали светлее, чем раньше?
— И впрямь… — с лёгким удивлением замечаю, — Теперь они скорее медные, чем каштановые.
Любопытно, с чем это связано?
— Я успела и не подвела Высшую Богиню? — мягко опустившись на землю рядом со мной, произносит Чжу Цин чистым, как горный хрусталь, голосом.
— Сегодня ты удивительно пунктуальна, — бросаю ей, не глядя, — Синь Шэнь, задай трёпку этим лентяям: по какой-то причине они полагают, что, если мы на них не смотрим, мы их не видим.
— Сегодня они взвоют, даю слово, — хмыкает лис, разворачиваясь к ученикам.
— Мы отправляемся, — произношу скорее для Чжу Цин, чем для него, и взлетаю в небо.
Небесный Дворец… был переполнен богами. Но это был первый раз, когда абсолютно все присутствующие не просто знали, кто я, но следили за каждым моим шагом, расступаясь в стороны.
— Слава госпожи Инь Юэ идёт впереди неё, — негромко отмечает дочь Повелителя Цветов.
— Урок на будущее: хочешь, чтобы тебя узнавали в лицо, побей пару Богов постарше, — отзываюсь так же тихо, умудряясь даже не шевелить губами.
Чжу Цин непроизвольно хмыкает, мягко опустив подбородок.
— Дитя, ты меня пугаешь, — замечаю её реакцию, входя в главный зал.
— Прошу прощения. Я не должна была так явно реагировать и привлекать к нам внимание, — всерьёз принимая мою реплику, сосредоточенно отзывается та.
Останавливаюсь и разворачиваюсь к ней, наплевав на Богов вокруг:
— Говори уже, что ты задумала.
— Госпожа Инь Юэ? — испуганно глядя на меня, протягивает Чжу Цин.
— Никто тебя не услышит: я накрыла нас заклятием. Так что следи за лицом и отвечай на вопрос, — чеканю, глядя на неё без каких-либо эмоций.
Я уже давно решила, что припру её к стенке тогда, когда увиливать от ответа ей будет сложнее всего.
— Я ничего не задумала. Я всей душой преданна Хозяйке Шёлковой Долины, — с готовностью отзывается Чжу Цин.
— Именно эта твоя преданность удивляет меня больше всего. Когда ты решила быть на моей стороне? — прищурившись, уточняю.
— Когда услышала ваш голос на том пустыре, — признаётся дочь Повелителя Цветов, опуская голову.
— Не опускай головы: на нас все смотрят. Никак не показывай своих эмоций. Учись держать лицо, — бросаю ей команды в то время, как сама обдумываю её слова, — итак, ты догадалась, что это была я.
Стоило подумать над тем, что она не просто так сбежала от памятной таблички…
— Я не знала, что вы тоже любили ЕГО… — выдыхает Чжу Цин.
— Дитя… — предупреждаю серьёзно.
— Прошу прощения — я не знаю, что испытывает Хозяйка Шёлковой Долины по отношению к наследному принцу. И не имею права рассуждать об этом… но то, что я услышала, расположило меня к вам и заставило раскаяться в своём поведении… я думала, вы холодны душой, — добавляет она, вновь не уследив за своим лицом и опустив взгляд вниз, — но, если вы испытываете боль от ЕГО потери, я могу лишь своей преданностью выразить вам свою благодарность.
— Кто ты такая, чтобы выражать мне свою благодарность? — отрезав все эмоции, спрашиваю сухо.
— Не более, чем второсортная Богиня… однако, искренне любившая принца Тао. И ясно понимающая, что вы испытываете в данный момент, — тихонько отзывается Чжу Цин.
— Во-первых, — подходя к ней и поднимая её подбородок веером, произношу, — ты не второсортная Богиня — а будущая Повелительница Цветов, находящаяся под защитой Хозяйки Шёлковой Долины. А во-вторых… ты ничего не знаешь о том, что я испытываю. И даже не пытайся это понять: ты не сможешь. А теперь возьми себя в руки и натяни на лицо выражение вежливого созерцания — я снимаю с нас защиту.
Сказав это, отхожу от неё на шаг, дожидаюсь, когда Богиня встанет за моим плечом, и иду к своему месту в главном зале.