Тайна Каменного Принца. Том-2 (СИ)

Любимый ученик…
Выходит, она не просто наставница, закрутившая роман с одним из многих своих последователей. Их связь с Бао Чжанем была намного крепче.
И каким-то образом именно эту связь древнейший смог отделить от себя и отдать одному из первых Повелителей Цветов в качестве семечка силы. Если это не кровь Су Цзынь, то что это? Каким образом их единство смогло преобразоваться во что-то вещественное? Поменяйся они местами, и я могла бы предположить, что это общее дитя, — не мне быть ханжой и голосить о том, что это невозможно: мой ребёнок растёт на дереве! — но Бао Чжань по физиологическим причинам не мог забеременеть.
— О чём ты задумалась, а-Юэ? — положив руку мне на плечо, спрашивает Синь Шэнь.
— О том, что понятия не имею, на что она способна. Даже в теле Цяо-Цяо. Даже лишившаяся большей части своей мощи, — протягиваю негромко.
— Сила Су Цзынь и впрямь непостижима. Она смогла выдержать такую мощную атаку Хранителя Ключей от Бессмертного Царства, от которой развоплотились все кровавые печати — а это самые стабильные техники, сохранившиеся с древних времен! — соглашается Синь Шэнь.
— Боюсь, как бы сильно ни атаковал Бао Чжань, он не сможет навредить Су Цзынь, — сосредоточенно отвечаю, — в то время, как сама Алая Богиня способна уничтожить его в любой момент. Я слышала, как она сказала об этом во время боя.
— Я тоже это слышал, — кивает лис, бросив на меня напряженный взгляд.
— То, что их связывает — больше родства. Больше каких-либо отношений, которые могут существовать в нынешнем мире. Даже тень древнейшего интуитивно назвала Су Цзынь алой девой! И то лишь потому, что у молодого небожителя Тао даже в мыслях не было допустить, что какая-то Богиня способна обладать такой страшной силой…
— Алая Богиня… алая дева… — протягивает Синь Шэнь, — это действительно странно. В своём сознании Тао видел её в красном одеянии?
— Да, она… — протягиваю и застываю.
Мы уже говорили об этом! Раньше. Лис уже задавался вопросом, почему всё вокруг меня — алое. На тот момент это были алая дева, мои алые ленты и Цветок Алого Пламени. Впоследствии к списку добавились и волосы Чжу Цин!
— Су Цзынь сказала, что всё алое в этом мире связано с ней, — произношу, воскрешая в памяти наш диалог с бессмертной.
— Да, — кивает Синь Шэнь, — полагаю, кровавые печати создала именно она.
Точно! Ещё и кровавые печати! Вот, почему её прозвали Алой Богиней — она создала самую кровавую технику и прослыла самой кровожадной бессмертной.
— Но мои алые ленты никак с ней не связаны! — хмурюсь, пытаясь уловить суть.
— Именно поэтому она уничтожила их. Это же очевидно, — замечает лис.
Разве очевидно? Мои алые ленты покраснели, когда я поставила на них свою духовную метку. Но до этого я половину тысячелетия была в трауре по Бао Чжаню и нашему первенцу в смертном мире. На тот момент я уже была связана с древнейшим. И моё оружие стало цвета крови…
Нет, это глупости! Просто совпадение. У меня нет ничего общего с этой небожительницей.
И Синь Шэнь прав — она разорвала мои ленты из ревности! Потому что они не принадлежали ей.
А до этого она пыталась заполучить в свою власть Чжу Цин, навязывая Цянькону мысль о браке с дочерью Повелителя Цветов, потому что была твёрдо уверена — этот цветочек напрямую связан с нею.
Бао Чжань, что же ты отделил от себя?..
— Госпожа Инь Юэ? — слышу голос Летописца и возвращаюсь в реальность.
— Как вы нашли информацию о ней? — задаю вопрос прямо, решив более не играть в тактичность с этим мудрым, но безусловно не простым бессмертным.
— На этот раз я четко знал, что нужно искать. И начал со свитка жизни Бао Чжаня — тот не был полным, но уже оттуда я смог подчерпнуть всё, что мне было необходимо. Получив зацепку, я увеличил скорость поиска, и, пока шёл бой между Небесным Дворцом и группой мастеров под предводительством Алой Богини, я нашёл о ней все существующие упоминания.
— Есть ли среди тех упоминаний информация о том, как можно разрушить бессмертное царство? — спрашиваю, глядя в сторону.
 
— Нет… — нахмурившись, намного медленней отвечает Летописец, — госпожа Инь Юэ, вы полагаете, что…
— Верно, я полагаю, что, то бессмертное царство, которое существует сейчас, не по душе Алой Богине. И, как его создательница, она уверена в своём праве разрушить его — и создать новое, — произношу, в очередной раз восстанавливая в памяти слова Су Цзынь, как и слова Бао Чжаня, когда я заводила речь о судьбе верхнего мира.
Как хорошо, что я умудрилась взять с древнейшего обещание защитить наш мир от его наставницы и смертных мастеров! Без того слова… боюсь, земли небожителей уже были бы уничтожены.
— Мы должны остановить её, — произносит Синь Шэнь.
— Для этого нам необходимо узнать её слабые стороны, — протягиваю ровным голосом, — или увеличить свою собственную силу.
— Что ты задумала? — хмурится лис, вглядываясь в моё лицо.
— Бао Чжань не может навредить ей. Все твои генералы едва ли сумеют к ней прикоснуться, учитывая отряд ловких мастеров, способных сбивать с толку своими перемещениями. Твои атаки, я уверена, она сможет предугадать: Цяо-Цяо была влюблена в тебя и однозначно следила за тобой, добывая информацию отовсюду — откуда только могла… Если говорить откровенно, Су Цзынь тебе не соперник. Из всех небожителей только я для неё — неизвестный противник. И то лишь потому, что я сама не знаю своей силы, а моё любимое оружие она демонстративно разорвала на глазах у всей небесной армии. Очевидно, что она хотела унизить меня и привить чувство неуверенности…
— Должен ли я спрашивать, получилось ли у неё? — продолжая сосредоточенно наблюдать за моей мимикой, уточняет Синь Шэнь.
— Она разозлила меня. Не более, — спокойно отвечаю, встречая его взгляд.
— Тебе не кажется, что ты слишком легкомысленно относишься к потере личного оружия? — уточняет лис.
— Произойди это парой месяцев раньше — и я бы была подавлена. Но теперь я знаю, почему в своё время алые ленты появились у меня, и понимаю, какую функцию они несли. Мой траур давно закончился, гэгэ, — говорю прямо, — и мне больше не нужны погремушки для отвлечения внимания.
— Ты хочешь за пару дней освоить искусство боя на мечах? — приподнимает бровь лис, кажется, так и не осознавший, какие масштабные перемены произошли в моём сознании.
— Я собираюсь разобраться со своей истинной силой, которую не принимала так долго. И которую принципиально подавляла, даже не разобравшись — почему это делаю…
Синь Шэнь поджимает губы и отводит взгляд, сообразив, наконец, о чём я говорю.
Вот, только, вряд ли он понимает, что не так уж и виноват в моей неосведомленности… Ведь я отказалась от своей истинной силы намного раньше, чем он забрал мои воспоминания: это произошло, когда я вернулась из смертного мира! Да, впоследствии я не задавалась вопросом, почему игнорирую свою суть, полагая, что это как-то связано с психологической травмой, стоившей мне пяти ста лет жизни. И тут лучший друг мог бы посоветовать мне не культивировать это внутреннее неприятие дара небес, полученного после прохождения испытания.
Но Синь Шэнь в тот момент добыл для меня легендарное оружие. И моё развитие пошло по совсем другому курсу.
— Что господин Летописец думает об этом? — перевожу взгляд на мудреца.
— Это верное решение. Госпожа Инь Юэ уже давно готова принять свою силу целиком, — кивает старец, — происшествие в тронном зале демонстрирует это лучше всяких слов.
Так появление Цзы Сяо от одной моей мысли — следствие внутреннего беспорядка и глубинного непонимания собственной мощи?
— Не могли бы вы помочь мне с тренировками? У меня не так уж много времени, и ваш опыт определённо не будет лишним, — разворачиваюсь к Летописцу.
— Ты собираешься остаться во дворце? — удивляется Синь Шэнь.
— На пять-шесть дней, — киваю, — моя долина закрыта от посетителей, так что ничего серьёзного там не произойдёт.
— А как же Бао Чжань? Он останется в долине? — ещё больше удивляется владыка.