Цеховик. Книга 8. Запах денег

– Вы поели? – интересуется она. – Допивайте чай скорее! Егор, допивай! Мы Егора у вас украдём сейчас, да, Юра? Возьмём его с собой?
– Куда это? – хмурится Жора.
– Ай, тебе не понравится. – отмахивается Галина. – Егор, пошли, брось ты этот торт, поехали.
– Галина, я не могу, – улыбаюсь я и мотаю головой. – Я же с невестой.
– С кем? – у неё глаза округляются. – С невестой? Нет, ты глянь на них, от горшка два вершка, Ромео и Джульетта. Как тебя зовут, невеста?
– Наташа, – отвечает ничего не понимающая Наташка.
– Наташа, смотри-ка, – удивляется чему-то Галя. – Ну что же поделать, поехали с нами, Наташа. Что ж мы звери, жениха с невестой разлучать?
– А что за мероприятие, всё-таки? – спрашивает жена Жоры.
– Кино иностранное смотреть будем, закрытый показ. Ну, идёте вы или нет?
Собственно, выбора у нас нет. Галя буквально выносит нас из-за стола и нам ничего не остаётся, как ехать с ней и Чурбановым. Я успеваю маякнуть Игорю и Толяну, который тоже выглядит немного обалдевшим от смены декораций.
Чурбанов сидит на переднем сиденьи, а я с дамами – на заднем. Галя терзает Наташку вопросами, но та лица не теряет, не зря королевой красоты стала.
– А давно вы познакомились? – спрашивает Галя. – Или ты её прямо с подиума под венец сосватал?
– А куда мы едем? – пытаюсь я поменять тему. – Кинотеатр подпольный что ли? Мы куда-то загород уже умчались.
За окнами мелькают заснеженные сосны и редкие встречные машины.
– Подпольный! – смеются Чурбанов с Галей. – На дачу мы вас везём.
– Кино на даче? – удивляется Наташка. – Ничего себе. А это ваша дача?
– Наша, наша, – смеётся Галина. – Сейчас сами увидите.
Мы проезжаем КПП с суровыми охранниками, внимательно оглядывающими нас через окна машины. Игорь с Толяном остаются снаружи.
– Тут есть кафе недалеко, – говорит Юрий Михайлович. – Могут там посидеть. Позвонишь им, когда надо будет.
Так и поступаем. Мы едем ещё какое-то время по лесу и подъезжаем к довольно большому, но выглядящему вполне обычно и даже скучно зданию. Как маленький ведомственный дом отдыха. Выходим из машины и заходим в дом.
– Ну наконец-то, – встречает нас крупная женщина. – Галя, Юрочка, проходите скорее, а то мы волнуемся уже, начинать надо. И гостей своих проводите.
– Идём-идём, – говорит Галя и, сняв пальто, обнимает и целует эту женщину.
– Ты же знаешь, его не надо сейчас волновать. Бегите. А потом поужинаем все вместе.
Мы проходим по коридору и оказываемся в плохо освещённом зале действительно очень похожем на кинотеатр. Собственно, это и есть кинотеатр, только маленький. Здесь всего несколько рядов. И всего несколько зрителей.
– Леонид Ильич, – раздаётся чей-то вкрадчивый голос. – Можно начинать, Галина Леонидовна с Юрием Михайловичем приехали.
– Да? – раздаётся очень знакомый голос. – М-м-м… А это кто?
Я кручу головой и, встретившись взглядом с генсеком, понимаю, что этот вопрос касается меня и Наташки. Он удивлённо смотрит прямо на меня:
– Галина, а это кто у тебя?
 
4. Я тебя поцелую
 
– Папа, это мои друзья, – с улыбкой говорит Галина. – Как ты?
– Привезли? – спрашивает Леонид Ильич, переводя взгляд на дочь.
– Да, Юра понёс уже ленту механику.
Галина подходит и, наклонившись, обнимает и целует отца в щёку. Он долго пристально смотрит на неё, а потом переводит взгляд на Наташку. В огромных очках и спортивном костюме, он кажется похожим на большую добрую черепаху.
Вдоволь насмотревшись и налюбовавшись моей невестой, он с «чувством глубокого удовлетворения» крякает и качнув головой, вроде как «ну, надо же», вновь поворачивается ко мне.
– Как… зовут? – с тихим скрежетом, в своей поздней манере, спрашивает он.
– Егор Брагин, – представляюсь я. Комсорг швейной фабрики «Сибирячка». В Москве в командировке.
– Из какого… хм… города?
Я отвечаю. Он молча кивает. К нам, насколько мне известно, он никогда не приезжал.
– Откуда Галину… мою… кх… знаешь? – по-стариковски причмокивая и хмыкая продолжает спрашивать он.
 
– Нас Жорик познакомил, пап, – вступает она. – Это тот самый мальчик, который с кабаном ему помог в тайге.
Ильич опять качает головой, вроде как «ну, надо же»:
– Это что же… мм… выходит… ты сына моего спас?
– Ну что вы, Леонид Ильич, – улыбаюсь я и отрицательно мотаю головой. – Это ещё разобраться надо, кто кого спас. Если бы не Георгий Леонидович, я бы тут, наверное, не стоял сейчас.
– Это если бы не мы с Юрой, – смеётся Галина, – ты бы тут сейчас не стоял.
– Скромный… значит… комсорг, – кивает Брежнев. – Как тебя… хм, Егор?
– Егор, – подтверждаю я.
– А это… хм… что за королева… красоты? Невеста?
Попадает в точку.
– Да, – удивляюсь я. – Как вы догадались? И то, и другое верно. Наталья Рыбкина, студентка Новосибирского университета. Будет математиком.
– Какой кх… курс?
– Первый, – отвечает Наташка, смущаясь от взглядов Ильича.
Она, кажется совершенно обалдевшей от происходящего и немного теряется. Генсек это подмечает и улыбается.
Входит Чурбанов.
– Здравствуйте, Леонид Ильич, – широко улыбается он, и я ловлю себя на мысли, что вот так, при взгляде изнутри, отделённые от досужей молвы, все они очень обаятельные люди – и папа, и дочка, и зять.
– Ну, давайте, – кивает Брежнев. – Начинайте. Потом поговорим.
Мы рассаживаемся и начинается кино. «Парамама кукчерс представляет». Шучу, голос не гнусавый, нормальный голос. «Хука продакшнз», а это уже не шутка. Я про таких и не слышал никогда, но имеется номинация на пальмовую ветвь, надо же. Фильм идёт с параллельным переводом, сделанным для генсека, ну и ещё для кого-нибудь из высокопоставленных партработников.
Остальным гражданам смотреть не стоит, чтобы не растлиться и не утратить свои морально-этические свойства и, разумеется, идеологическую непроницаемость.
На экране банда головорезов после войны Севера и Юга грабит поезда и банки, превращаясь в глазах политически неподкованных масс в настоящую легенду. Но злодеи проходят всю свою бандитскую эволюцию и оказываются у неизбежного и до ужаса трагичного финала.
Актёры известные, кстати, братья Кэррадайн, братья Куэйд и ещё две пары каких-то братьев. Ну, так, ничего, но слишком явное морализаторство, на мой взгляд. Я этот фильм не помню из детства, если честно. Всё-таки, у нас не показывали.
После просмотра мы все проходим в просторную столовую пить чай с пирогами. Помощник генсека или безопасник, высокий круглолицый дядька идёт с нами, и проверив всё, выходит. Жена Брежнева, Виктория Петровна, кино не смотрела, но в чаепитии участие принимает. Даже, можно сказать, играет руководящую роль.
Столовая большая, действительно, как в ведомственном доме отдыха, но роскоши никакой нет. Всё очень просто. А пироги шикарные, надо отметить. Они-то, как раз, роскошные.
– Ну что… молодое поколение, – смотрит на меня Ильич. – Понравилось кино? Ты же охотник, да? Знаешь как с ружьём обращаться?
– Знаю, немного, – с улыбкой соглашаюсь я.
– Почему это, немного? – прихватывает меня дед. – А как же ты… кхе… в армию пойдёшь?
– А его не возьмут, – отвечает за меня Галя. – Он по здоровью не проходит.
Ну, надо же, она больше меня обо мне знает. Леонид Ильич хмурится:
– Хм… больной? На охоту молодец, а в армию больной?
– Он не больной, у него ранение недавно было.
– Ничего, – киваю я. – Я с врачом разговаривал, он сказал, что можно будет. Так что пойду со временем.
– И откуда это… хм… ранение? – поднимает брови генсек.
– А он бандитов ловил, – опять успевает Галя. – У него и медаль есть за охрану правопорядка, или как она? Как, Юра?
– Хм… – крутит головой Ильич. – Медаль?
Чурбанов рассказывает суть моей истории. Надо же, осведомлённость какая.
– А ещё, Леонид Ильич, он вчера помог предотвратить убийство майора КГБ, вам Андропов не докладывал ещё?