Неблизкие (СИ)

— Очень на это надеюсь. Можно только представить сколько проблем он подбросил бы Борису, если бы куда-то вляпался.
Закусив щеку, утыкаюсь взглядом в царапину на повидавшем жизнь столе.
Надо, чтобы мама скорее уехала и перестала думать о Максе. Он не будет попадаться ей на глаза и всё будет хорошо.
— Так, давай я тебе тут помогу разложить всё по полкам, и потом поеду. Меня ждёт Кристина.
— Не надо, — встаю, оборачиваясь к ней, — я сама, спасибо.
— Уверена?
— Да.
— Ну отлично. Завтра у нас с Бакеевыми ужин в ресторане на набережной. С утра я планирую с тобой поход по магазинам, поэтому будь готова к десяти. Пройдёмся, как в старые добрые времена. Выберем что-нибудь тебе и мне.
— С Бакеевыми это и с Сережей тоже? — едва держусь, чтобы не поморщиться при произнесении его имени.
— А как же. Я очень надеюсь, что вы с ним будете общаться больше, Елизавета. Всё, я поехала. Не забудь закапать глаза и поесть.
С хлопком двери в комнате повисает тишина, разбавляемая только размеренными ударами моего сердца.
Без сил сажусь на край своей будущей кровати и обвожу помещение взглядом. Несмотря на заставленные полки с другой стороны комнаты и даже мягкую игрушку на постели, не чувствую себя здесь комфортно.
Я к Максу хочу. В нашу с ним комнату, кровать.
Хоть мне и нельзя, но я все равно достаю телефон и пишу ему сообщение:
«Как ты?»
Ответ приходит сразу.
«Пойдет. Отец вспомнил, что он отец и проехался мне по ушам»
Ну вот, снова Максу досталось из-за моей мамы.
«Он уехал уже?»
«Нет, здесь ночует»
Это и понятно. Несмотря на выволочку, Борис все-равно хочет наладить между ними общение. Поэтому не удивительно, что решил переночевать у сына. Вот только очень сомневаюсь, что маме тоже захочется там оставаться.
«А мама?»
«У Бакеевых. Ты сама как? В комнате есть кто-то?» — следом приходит еще одно.
«Пока нет. Завтра девочка приезжает. Скучаю»
«Я тоже, стесняшка. Отдыхай. Не втыкай долго в телефон»
«Не буду. Спокойной ночи тебе»
«И тебе. Погладь там за меня кисоньку»
Моментально вспыхиваю.
«Сам погладишь» — печатаю, промазывая от смущения по кнопкам.
Я оказывается, успела забыть, как это — переписываться с кем-то. Да еще и когда этот «кто-то» такой наглый.
«Она уже сейчас хочет внимания. Не лишай её удовольствия, жестокая хозяйка»
Чувствую, как к низу живота стремится тепло. Прихватывает спазмом и сладко тянет. Ну как ему это удаётся — двумя словами вызвать во мне такие реакции? Сильнее стискиваю ноги.
«Не хочет»
«Врёшь. Мой меньший передаёт, что уже тоже жаждет с ней повидаться»
«Дурак» — смеюсь, пряча лицо в ладонь, как будто он может увидеть мои пылающие щеки.
«Не, ну его по-разному называли, но дураком впервые. Будешь прощения вымаливать, стесняшечка».
«Хорошо, я согласна» — печатаю в его манере.
«М-м-м, я уже это представляю»
И я тоже… И это ужас как возбуждает.
Отложив телефон, активно растираю лицо.
Грудь больше не давит и ощущение, что меня душат отступает.
Переезд после общения с Максом уже и не кажется такой катастрофой. Я не знаю, как ему удается всякий раз так легко поднимать мне настроение, но я ему за это благодарна.
С улыбкой прижимаю ладонь к груди. Там от чувств к нему неистово выстукивает сердце.
Вздохнув, оглядываюсь по сторонам.
Пора разбирать вещи.
  
31. Лиза
 
— И снова здравствуйте, — Пётр Иванович, отец Сережи, с улыбкой жмет руку Борису.
— Добрый вечер, — сдержано здороваюсь со всеми Бакеевыми одновременно.
На их сына даже не смотрю.
— Лизочка, как я рада, что ты снова видишь, — Кристина расплывается в улыбке, прижимаясь своей щекой к моей. — Чёрные очки тебе совершенно не шли. Портили твоё такое идеальное личико. А теперь всё, как и раньше. Милая, красивая девочка.
Растянув губы в подобии улыбки, игнорирую не совсем приятный комплимент и занимаю место за столом. Сережу, ожидаемо усаживают рядом со мной с правой стороны.
— Ох, Сергей, где же ты так умудрился? — охает моя мама, заметив его рассеченную бровь.
  
Он переводит на меня взгляд и мне кажется, что сейчас выложит все подчистую. Потому что в глазах обвинение и презрение в мой адрес.
Волнение ядовитой змеёй ползет под кожей, заставляет нервно коситься на маму и лихорадочно представлять, что будет дальше. Заёрзав на стуле уже готовлюсь к сокрушительной войне, но Сережа отвечает совсем другое.
— В спортзале на спарринге.
Едва заметно выдыхаю.
— Мужчины, — разводит руками Кристина, — вечно им нужно кулаками махать.
— И не говори. Но ты береги себя, Сереж. Надо оно тебе — спарринги эти. Покалечат только, — заботливо журит его мама.
Под общую болтовню мы заказываем ужин, но расслабиться у меня не получается. Ожидание того, что Сережа вот-вот что-то скажет черной тучей висит над головой.
Максимум, на что я способна — это отпить глоток воды из стакана. Хотя желудок требует большего.
Мы пол дня с мамой ходили по магазинам и на обед съели только лишь овощной салат с индейкой. Зато мама пополнила свой гардероб к следующему учебному году, а я позволила себе пару комплектов красивого белья.
Одежды у меня предостаточно, а вот белье я всегда носила простое и непримечательное. Теперь же мне хочется другого. Такого, от которого глаза Макса будут гореть при взгляде на меня.
Скорее бы нам остаться наедине. За три недели я привыкла, что мы все время вместе. Поэтому сутки без него ощущаются бесконечными.
— Лизочка, ты выступаешь первого сентября? — Кристина вытаскивает меня из моих приятных мыслей о Максе.
— Да, — киваю, все же отправив в рот кусочек спаржи.
— Я бы так хотела послушать, но, к сожалению, на этот день у меня назначена встреча со знакомой. Она будет проездом в городе, поэтому отменить никак. Но, возможно, Сережа сможет прийти и поддержать тебя.
— Посмотрим, — он нехотя жмет плечами, — Я еще сам не знаю, что у меня по расписанию.
— А я вот приду. — От раздавшегося за спиной голоса, я столбенею. — Разве можно пропустить то, к чему Лиза так долго готовилась?
С трудом сглатываю, пока Макс обходит стол и становится рядом со своим отцом.
В шоке таращусь на него, при этом ощущая прилив адреналина и рывок бабочек в животе. Не понимаю я больше рада или наоборот.
— Максим, я рад, что ты решил к нам присоединиться, — Борис с улыбкой, подвигает свой стул, — Официант, — вскидывает руку.
Макс, не дожидаясь, забирает стул от другого стола и приставляет его к нашему.
— Не знала, что ты любитель семейных встреч, — выдавливает сквозь зубы мама.
— С некоторых пор — да, — взгляд Макса останавливается на мне, кончики губ дергаются в улыбке.
Чувствую, как пульс стремительно разгоняется, приливая краску к лицу.
«Не смотри на меня так», — красноречиво округляю глаза.
Не хватало еще, чтобы мама что — то заподозрила. Ненормальный. Зачем только приехал.
Он послушно отводит его, но не в сторону, а на Сергея. И тут уже его глаза меняют оттенок с топленого шоколада на темную опасную ночную бурю.
От волнения у меня начинают подрагивать пальцы.
— А ты, значит, сын Бориса, — ни о чем не подозревая, спрашивает Павел Иванович.
Откинувшись на спинку, Макс обращает свое внимание на него.
— Да.
— Чем занимаешься?
— Учусь в техническом. Подрабатываю.
Мама хмыкает, но предусмотрительно не комментирует. Спасибо ей хотя бы за это.
— Где подрабатываешь?
— В айти.
— Это хорошо. Сережа с компьютерными технологиями не совсем на ты. Он больше с финансами дружит.
— Это я знаю, — Максим тянется за бутылкой с коньяком и взяв у отца рюмку, наливает себе немного.
Сережа рядом напрягается. Боковым зрением замечаю, как застывает его рука с телефоном.