Невкусные души III: Цель (СИ)
А ещё мы с Заводом вчера же закончили создавать ядра призыва магических существ. После многих интеллектуальных баталий и мозговых штурмов решили остановиться всего на трёх устройствах, размещённых возле экватора. Точки монтажа рассчитал сам Завод. По его расчётам, этого должно было хватить за глаза. Правда сами устройства усложнялись. И сегодня мне предстояло смонтировать готовые ядра и возвести вокруг них резонаторы. Ядра внешне были простыми стеклянными шарами диаметром сантиметров двадцать, слегка меняющими цвет при изменении угла зрения. А на деле представляли собой мешанину из измерений и технологичных устройств, запакованных в одно целое.
Я появился возле своего дома в нашей деревне. Я чувствовал любимую, которая занималась разборкой трав для врачевания. Рядом с ней сидела Ягунья, помогая и наставляя.
— Привет, красавицы! — я перешагнул через порог. — Есть желание попутешествовать по миру?
— Сашка, приветик! А куда? На море я бы смоталась. А то тут уже холодно купаться, в речке-то. Вроде осень только наступает, но погода не располагает.
— Вообще, по делам, но и море там будет. А ты, Ягунья, что скажешь?
— А я воздержусь, пожалуй. Дел невпроворот.
Я подмигнул колдунье, и перенёс себя с любимой на экватор, на территорию будущего Китая, чуть ли не в самый центр. Мы стояли на огромной равнине, покрытой травой и редкими кустарниками. Вдалеке, чуть ли не у горизонта, виднелось какое-то небольшое поселение. Более ничего примечательного в этом месте не было. Я материализовал первый шар, положил его себе под ноги, и мы стали отходить. Отойдя метров на триста, стал делать резонатор. Для начала вырастил огромнейший курган из земли с глиной высотой этажей в сто. Потом стесал его ровными гранями с четырёх сторон. И под конец обложил его местным светло-серым камнем, как кирпичами. Причём каждый кирпич был размером с полуприцеп современного грузовика. У меня за спиной ахнула Саша.
— Это же пирамида! «Белая пирамида», я в интернете видела! А рядом ещё куча была, поменьше. Ты их тоже делать будешь?
— Нет, родная. Мне всего три нужно поставить. Остальное сделают сами люди, наверно.
Следом я укрепил фундамент и перенёс нас в будущий Египет. Мы стояли на невысоком холме. Вокруг холма была пустыня, насколько хватало глаз. Я положил второй шар себе под ноги, и мы не спеша спустились с пологого холма. Вторую пирамиду нужно было возвести из местного известняка. И высотой она должна быть вдвое ниже предыдущей. В общем, никаких затруднений строительство у меня не вызвало. Закончил я примерно за час. Саша захлопала в ладоши и запрыгала на месте от восторга.
— А сфинкса тоже будешь делать? Сделай! А говорили, что этой пирамиде пять тысяч лет, а ей все десять, оказывается!
Я улыбался, глядя на восторгающуюся девушку. Но сфинкса делать не стал. Вместо этого я хотел переместить нас к третьей цели, а потом подумал: «А какого чёрта?». Кто мне что посмеет запретить? Надо побаловать любимую, вон, радуется, как ребёнок. К сожалению, вживую я сфинкса не видел, только на фото и открытках. Но я напряг всю память и воображение и сотворил! Саша стояла, открыв рот, и с восторгом разглядывала памятник неведомому существу. Без отломанных кусков он выглядел эпично. Я не стал приделывать к нему бородку, как это часто встречалось в реконструкциях моего времени. У меня он был чисто выбрит. И не раскрашен, просто камень. Саша пешком обошла и пирамиду, и сфинкса. После чего подошла ко мне.
— Милый, в тебе точно погиб великий скульптор. Не хочешь поменять профессию бога на иную? — она игриво потёрлась носом о мою щёку. — А куда мы дальше? Неужели в Америку?
— Почти. В будущую Мексику, — и я тут же перенёс нас на место установки третьего механизма.
Мы оказались на огромной равнине, изредка разбавленной деревцами и покрытой яркой травой. На тёмном небе светила полная луна. Я сразу положил третий шар себе под ноги, и мы отошли. Мне предстояло возвести аж четыре усечённых пирамиды, поставленных одна на другую. С этим я провозился часа два. Как раз начало светать. В итоге получилась пирамида со спиленной верхушкой и с тремя балконами по всему периметру. Странная конструкция, но лучше всего исполняющая возложенную на неё цель. К этой пирамиде Санька отнеслась весьма холодно.
— Ты же понимаешь, что на этой пирамиде будут приносить в жертву людей? — она с негодованием рассматривала получившуюся конструкцию. — Возможно, кино врёт, и всё не так уж плохо, но тут точно будут резать людей. Они сделают ступени до самого верха, а там поставят алтарь. И начнут убивать! Можно как-то по-другому замаскировать твой шарик? Или просто закопать?
— Понимаешь, милая… пирамида — важная часть устройства. Без неё шарик, как ты его обозвала, работать не будет. Это как в машине. Шарик — двигатель. Мощный, крутой. Но без шасси, подвески, кузова, бензобака и прочего. Это всего лишь кусок высокотехнологичной фигни. И не поедет. И не повезёт. Нам же нужно спасти магиков? Другого способа нет. И мы не отвечаем за то, как будут использовать эти конструкции дурные люди, нацеленные на власть.
— Понимаю, конечно! Я не дурнее самовара. И власти по хрен на простых людей. Всегда и везде. Хоть у майя, хоть у ацтеков, хоть у нас. Главное — удержать власть. И получить все преференции. Женщин, еду, уважение, страх остальных, дорогие вещи. Я всё понимаю, — у неё в глазах появились слёзы. — Но мы же сейчас помогаем некоторым уродам от власти. Ты создал чудо, которое потом будут использовать не просто для удержания власти, а для казней. Типа подарков богам. Кровавых подарков! И это меня угнетает.
— Милая, пойми… Для нас это прошлое. Это уже произошло. Зачем переживать о том, что было три тысячи лет назад? Зато спасём магиков. Хочешь сюрприз?
Не дожидаясь ответа, переношу её на какой-то остров, который нащупал не очень далеко от берега, километрах в ста. Солнышко здесь только встало, но было тепло. У неё опять заблестели глазки, на этот раз от счастья и восторга. И было от чего. Песчаный пологий дикий пляж, пальмы и прочие неизвестные мне растения, ни грамма облаков. Просто идеальное место для пляжного отдыха. Она тут же полностью разоблачилась и бросилась навстречу невысокой волне. Врезавшись в неё, она отплевалась, обернулась ко мне и счастливо помахала мне рукой. Не желая упускать редкий момент удовольствия, я повторил её рисковый эксперимент. Но волна сшибла меня и, протащив по дну, выплюнула на берег, тут же попытавшись утянуть обратно. С третьей попытки мне удалось забраться на глубину. Я тут же доплыл до любимой. Она повисла на мне и жадно поцеловала. Если бы я мог, то точно утонул бы.
Из воды мы вышли только через час. Слегка продрогшие и сильно уставшие растянулись голышом на песке. Животик у любимой был уже сильно заметен, можно сказать, был большим. Я положил руку на него и наслаждался покоем. Вдруг что-то толкнуло меня прямо в ладонь. От неожиданности я отдёрнул руку. Потом посмотрел на смеющиеся глаза Саши и положил её обратно. За полчаса малыш пнул меня ещё дважды. Непередаваемое ощущение. Одно дело — знать теоретически, что у тебя будет сын, и совсем другое — почувствовать его активность. И поверить, принять, что совсем скоро, через каких-то три месяца, станешь отцом. Хотя ни фига, я до сих пор не мог представить себя папой. Но теперь понимание приблизилось, стало ощутимым психологически.
Урчание в моём животе отвлекло меня, я тут же создал пляжный столик и пару лёгких кресел. После чего заставил стол несложными закусками, подходящими под настроение. Подав руку Саше, помог ей подняться.
— Хороший день получился, спасибо, милый. Давай ещё часик поваляемся и только потом домой? Ты же не спешишь?
— До пятницы я совершенно свободен! — пошутил я. — Ну, а если серьёзно, пара часов у меня ещё точно есть.
Мы неторопливо поели, наслаждаясь видами и уже основательно припекающим солнышком, и снова полезли в воду. Потом мы просто валялись на песке и разговаривали ни о чём. Отпущенные мной два часа пролетели очень быстро, и мы вернулись домой. А дома был ранний вечер. Ягунья уже ушла к себе домой или по каким-то своим делам. Я проводил Сашу в дом, чмокнул её на прощание и убрал свою проекцию. Учиться, учиться и ещё раз учиться. Пора к Заводу.