Невкусные души III: Цель (СИ)

Я тут же связался с ней по мысли:
«Проверка связи»
— Я тебе сейчас устрою проверку связи! — она продолжала кипеть. — Ты лучше ответь, где ты шлялся?
— Меня пригласили в гости к ИИ. И я решил не отказываться. Почему не работала связь, без понятия.
«Потому что там стоит защита, глушилка по-простому»
Объяснения Завода, как всегда, прозвучали неожиданно. Я озвучил друзьям эту информацию. Саша всё ещё кипела, но недоверие с её лица ушло. Теперь там читалось любопытство. Как и на лицах остальных. Не затягивая, я рассказал обо всех утренних событиях. Ребята поахали, но было видно, что они рады финалу моей истории. И своему статусу.
Покончив с завтраком, я с Сашей выдвигаемся к лифтам. Но Сашу останавливает Антел:
— Александра, мы закончили с твоим обследованием. Ты можешь присутствовать при исследованиях, но я рекомендую развеяться. У нас очень много интересных развлечений, спроси у своих друзей.
Парни подтвердили, что вчерашняя программа им очень понравилась. И настойчиво звали её с собой. В итоге, немного поколебавшись, она согласилась. Наверх я поднимался в компании учёных. На этот раз хрустальный гроб был один, а непонятного зловещего оборудования стало гораздо больше. Раздевшись, влез в аппарат. Спустя несколько минут рядом загудело, засветилось и засверкало. А я медленно и плавно стал проваливаться в сон.
В себя я пришёл в чёрной пустоте, лишь вдалеке клубился зелёным облаком Завод. Странно. Почему я пришёл в себя тут? Эти хреновы исследователи что, убили мою проекцию? Это же невозможно. Наверное. Я привычно спроецировал себя в лабораторию. И ничего не произошло. Проекция не возникла.
«Завод, что происходит? Почему я не могу попасть в лабораторию?»
«Эти твои эйнштейны запустили излучение, мешающее материализоваться в мире. Схожее на природное излучение анобтаниума, только на несколько порядков сильнее»
И тут я подвис. Если я не смогу вернуться в тот мир, то друзья не смогут вернуться домой. Я что, больше их не увижу? Или просто подождать, пока они выключат это их долбанное излучение? А если не выключат? Мысли роились в моей голове, но придумать ничего не получалось. Время от времени я пробовал оказаться в лаборатории, но это у меня не выходило.
  
День 123
 
У меня даже уснуть не получилось. Моё «я» совершенно не нуждалось во сне. Единственная мысль, которая у меня в итоге образовалась, это мотануть домой и попробовать кого-нибудь из ребят переместить на планету, чтобы они связались с моей командой, чтобы те, в свою очередь, сказали учёным, что излучение нужно снять. И тут меня как током ударило! Ну конечно же! Излучение мешает спроецироваться в мир. Но, если спроецироваться в другом месте и зайти в мир как обычно, то может получиться!
Не откладывая, меняю восприятие на шесть измерений, выбираю нужную мне планету, приближаюсь, соглашаюсь с предложением посетить. Оказываюсь на небольшом скальном выступе в паре тысяч метров над землёй. Скала сзади тянется вверх ещё примерно на столько же. С удовольствием разглядываю плывущие чуть ниже меня редкие облака.
Да! У меня получилось! Получилось… Мысли путались. Что получилось? Я что-то хотел. Зачем я здесь? У меня же была цель… какая-то. Меня пинком вышибает из тела, и я проваливаюсь в небытие.
Я опять вишу рядом с Заводом. Ну, что можно сказать? Эксперимент можно считать успешным. Хотя уже две моих проекции зависли в стазисе на этой планете. Но это произошло не сразу! У меня явно было время связаться с любимой! Или с друзьями. Хотя, зачем выбирать? Свяжусь сразу со всеми! Итак, дубль два!
На этот раз я оказался на узкой полоске песка. С одной стороны был невысокий каменный обрыв, с другой — море. Или океан. А, может, просто огромное озеро. Всё это я заметил мельком, стремясь как можно быстрее связаться с командой.
«Ребят, срочно скажите нашим учёным, чтобы выключили излучение, которое создаётся… создаётся. Создаётся — это хорошо»
Меня опять вышибло. Вот же химики-физики хреновы! Доизучались! Доэкспериментировались! Главное, чтобы хоть кто-нибудь из ребят услышал меня, надеюсь, они поймут, в чём проблема. И устранят её. В течение следующего часа я пытался материализоваться в лаборатории. Уже собираясь на ещё один прыжок и сеанс связи, делаю последнюю попытку. И вдруг оказываюсь в знакомой лаборатории.
 
Передо мной стоит долбанный хрустальный гроб с моим телом внутри. Вокруг него выстроились все мои друзья и парочка недоэйнштейнов. Я прокашлялся. На меня не сразу обратили внимание. А когда обратили, началось настоящее столпотворение. Вокруг меня. Все хотели обнять, дотронуться, похлопать по плечу. Одна Саша стояла на месте и счастливо улыбалась. Когда все слегка угомонились, она подошла ко мне и обняла, застыв, как изваяние. Я тем временем убрал свои копии, все три.
— Ну что, эйнштейны, рассказывайте, что за излучение вы тут изобрели? — я повернулся к учёным. — И почему сами сразу не выключили?
— Для одного эксперимента требовалось длительное воздействие потоком средней интенсивности, — на лице Антела огромными буквами было нарисовано смущение. — Но произошла ошибка сборки модели, и один контакт не разомкнулся при отключении. И установка продолжала работать, хотя мы были не в курсе произошедшего. Хорошо, что ты смог связаться со своими ребятами, мы начали искать проблему и нашли неисправность.
— Ладно, — я был настолько счастлив возвращению, что ругаться не хотелось. — Всё хорошо, что хорошо кончается. Думаю, мои друзья выжили бы у вас. Но без меня они не смогут попасть домой. Потому, пожалуйста, на будущее. Это излучение не используйте.
— Нет, ты не понимаешь! Это один из главных компонентов увеличения мерности.
Достаю небольшой камушек анобтаниума.
— Это подойдёт? И излучение есть, и мир не перекрываешь. Только смотри, они очень любят улетать.
Антел с любопытством взял камушек, отнёс его к какому-то прибору. Мы с интересом следили за ним. Буквально через минуту непонятных действий он с широко раскрытыми глазами подбежал к нам.
— Но это же невозможно! Такой материал не может существовать! И это в корне меняет дело! — глаза учёного сверкали безумием, мне аж страшно стало на секунду. — Есть ещё что-то, о чём я должен знать?
После доработки Васей сумок адамантий легко в них улёгся. И я достал одно лезвие.
— Вот! Это тоже необходимо для трансформации, — я протянул учёному лезвие Росомахи. — И это тоже невозможный металл. Во всяком случае, в нашем мире.
Дрожащими руками Антел забрал лезвие и на подгибающихся ногах пошёл к своим приборам. Лорели тут же присоединилась к нему. На этот раз они ковырялись намного дольше. Мы даже заскучали, хотя смотреть за учёными было довольно интересно. В основном их разговоры состояли из одних междометий и выкриков «Это невероятно!». Спустя целых двадцать минут тяжело дышащий, словно пробежавший стометровку Антел вернулся к нам.
— А вы полны сюрпризов! Есть ещё что-то? — теперь его глаза не сверкали безумием, они были реально безумны. — Почему мы не начали с этого?
— Наверно, потому, что вы сказали, что вам нужны исследования, — Лучшая защита — это нападение, и потому я решил отмазаться, сделав виноватыми учёных. — О практике вы пока не говорили.
— Логично, — безумие в глазах начало растворяться, теперь он опять начинал походить на себя прежнего. — Нам срочно нужно поговорить. Я помню, вы любите это делать в кафе. Не желаете чаю с булочками откушать? Или что посерьёзнее поесть?
Все довольно прогудели согласие. В итоге через пару минут мы вышли из лифта и сели за любимый столик. Сделав заказ, я решил выложить все данные по улучшению, что были у Завода. Я начал перечислять, в руках Антела непонятно откуда появился крохотный блокнот с ручкой, куда он конспектировал все данные. Споткнулся он всего лишь раз, на слове «мышьяк». Оказывается, в их Вселенной в аналоге таблицы Менделеева на месте мышьяка был прочерк. Этот мир не имел его в своём составе! Глаза учёных опять загорелись. Ещё бы! Новый химический элемент, уже третий, о котором можно будет доложить учёному сообществу.