Предателей не прощают (СИ)
Пятую песню Егор исполняет с каким-то особым настроением. Без веселья, серьезно, с надрывом, будто рассказывает собственную историю.
Он поет о дерзкой девчонке, бросившей парня. О стране за океаном, которая стала для нее дороже любимого. И о разбитом сердце.
Все зрители в зале на припеве подпевают солисту. Фонари телефонов сияют как звезды. И только я одна, как маленькая потерянная девочка, смотрю на все это широко раскрытыми глазами и чуть не плачу.
Глава 11. Особенная
Следующие дни пролетают в ускоренном темпе. Календарное лето сменяется осенью, и в институте начинаются первые лекции.
Все занятия с понедельника по субботу проходят, как назло, во вторую смену, так что с прежним рабочим графиком приходится распрощаться.
Из-за учебы работать могу лишь утром и в воскресенье. К счастью, Валентина находит мне клиентов и на такое время. Новых, без роялей и без забавных племянников.
По-хорошему нужно радоваться. Я смогла сохранить заработок и начать учебу. Но радоваться почему-то не получается.
По ночам мне снятся сцена и рояль, мой первый клиент и истеричная дамочка в красном платье.
— С первыми клиентами всегда так, — успокаивает Соня. — Западают в душу.
— Хрен вытравишь их отсюда, — показывая на голову, без особого веселья добавляет Лика.
С этим сложно поспорить, и все же я стараюсь: грызу гранит наук, хватаюсь за любую работу, помогаю соседкам с ужинами — делаю все, чтобы поскорее вычеркнуть из памяти первую неделю в Питере.
Как назло, в понедельник вечером Соня зовет меня на улицу и оставляет наедине с владельцем скромного минивэна.
— Офигенно выглядишь, малышка! — вместо приветствия произносит Егор.
— В домашнем спортивном костюме я особенно хороша. — Присаживаюсь в реверансе перед этим вруном.
— В девушке должна быть какая-то загадка! — Жмет он плечами.
— Ты приехал полюбоваться? — Кусаю губы, чтобы сдержать улыбку.
Сегодня я убралась в двух домах, выслушала четыре лекции и пережила семинар. Вроде бы не должно остаться никаких сил. Но на душе так легко и радостно, словно только проснулась.
— Я тут недавно выяснил, что ты приносишь удачу!
— Даже так?
— После того концерта нас позвали на прослушивание в один крутой проект.
— Вау! Я за тебя рада, — говорю совершенно искренне. Мне очень понравилось то выступление, а финальная медленная песня вообще запала в душу.
— Предлагаю отпраздновать это событие! — Егор кивает в сторону своей кареты.
— Что-то мне подсказывает, у тебя есть с кем отпраздновать.
— Если откажешься, лишишься вкусного ужина и сюрприза. — Наглец полностью игнорирует мой намек на других девушек.
— А какой сюрприз? — От слова «ужин» желудок начинает урчать. Похоже, яблока и стакана кефира ему оказалось мало.
— Переодевайся, и поедем!
Больше не тратя времени, Егор настойчиво толкает меня к двери хостела и, напевая какой-то новый хит, идет к машине.
* * *Едем мы недолго, да и дорога кажется до боли знакомой. Именно таким маршрутом Егор вез меня из клуба в хостел после концерта. Несколько дней прошло, а помнится, будто все было час назад.
— У тебя сегодня тоже выступление?
Я смотрю на полупустую стоянку ночного клуба. В прошлый раз здесь не было ни одного свободного места. А теперь — паркуйся где хочешь.
— Нет. Понедельник! Время сочинять и расслабляться.
Егор отстегивает мой ремень безопасности и, обойдя машину, помогает выбраться.
— И кормить тоже будут здесь? — Мысль о репетиции помогает расслабиться. Еще один полет к сцене на стуле я бы, наверное, не пережила.
— Крошка, ты забыла, с кем ты? — Егор двигает вперед мое сиденье и достает большой пакет. — Сегодня продукты японцам для фуршета возил. Кое-что оказалось лишним. — Улыбается как чеширский кот.
— Лишним или не доехало?
Я совсем как Соня с Ликой заглядываю в пакет и теряю дар речи от удивления.
— А ты точно хочешь знать правду? — Правый уголок губ Егора ползет вверх.
— Ээ… — Смотрю на огромную коробку с японской едой. — Нет!
— Я говорил, что ты умница? — Губы парня касаются моей щеки.
— Ты так много всего говорил, что я не помню.
Мы все еще стоим рядом. Самая интимная дистанция. Неделю назад я чуть не сгорела живьем, оказавшись так близко к его дяде. А с Егором… Все рОвно. Нет и десятой части тех ощущений. Я словно с Соней и Ликой. Или снова в одной машине с Толиком…
— Перестарался, значит. — Взгляд серых глаз гаснет. Кажется, Егор что-то понял. — Надо срочно исправляться.
Он вновь переключается в режим безобидного весельчака и пропускает меня вперед, в клуб.
Несмотря на врожденную топографическую близорукость, в здании я обхожусь без подсказок. Прохожу длинный коридор на первом этаже. Сворачиваю к лестнице. Поднявшись, иду по второму коридору и чуть не выхожу на сцену.
В самый последний момент Егор толкает дверь в ближайшую каморку и за талию притягивает меня к себе.
— Прошу любить и жаловать! Ева! — громко кричит он собравшимся парням и гордо поднимает вверх пакет с суши. — Япошкину еду заказывали?
* * *Как вскоре выясняется, музыканты группы под стать своему солисту. Парни принимают меня как давнюю знакомую. Освобождают место на диване. Находят чистый пластиковый стаканчик и палочки для суши. Шутят, что я стала для них настоящим талисманом.
— Этот мужик прямо после концерта подошел и дал визитку! — поедая маринованный имбирь, рассказывает клавишник.
— Ты бы видел свою рожу в тот момент! — смеется ударник.
— А типа тебя часто такие чуваки приглашают! — вступается за клавишника басист.
— Раньше только отшивали! — скалится ударник.
— Как и всех нас! Пока эта девочка не посидела на сцене, — шлет воздушный поцелуй клавишник.
— Ева у нас золото! И все равно… Пока не каркаем! — осекает всех Егор. — Вначале прослушивание, потом треп!
Он подмигивает мне и разливает по стаканчикам шампанское.
— Так вас зовут в какое-то шоу? — пытаюсь выяснить хоть что-то.
— Детка, это такой шанс… — Егор залпом, как воду, выпивает свое шампанское. — Ради него каждый из нас отдаст все, не задумываясь.
Снова никакой ясности. Но вместо бесполезных попыток выяснить хоть что-то я переключаюсь на суши.
* * *За веселыми разговорами, подколками и рассказами о первых выступлениях я не замечаю, как проходит целый час.
Когда решаю попрощаться со всеми и попросить Егора отвезти меня в хостел, ударник вдруг вспоминает, что группа не отрепетировала последнюю песню. И мы все вместе перемещаемся на сцену.
— Сейчас быстро обкатаем, и я в твоем распоряжении, — многозначительно шепчет Егор.
— Мне бы услуги такси, — осаживаю его, пока этот выдумщик не раскатал свою губу на что-то большее.
— Жестокая! — с показной обидой хмыкает он.
— Зато честная. — Передаю микрофон и пытаюсь сбежать в темный зрительный зал.
С первым все проходит гладко — Егор устанавливает микрофон на стойку. А вот моя попытка улизнуть заканчивается провалом.
Под веселый свист музыкантов, этот наглец дает мне тетрадку с песнями и устанавливает дополнительный микрофон.
— Давай, крошка, принеси нам еще немного удачи! Пусть эта песня станет хитом! — Из-за спины доносится голос клавишника.
Не представляю, на что рассчитывают ребята. Но отказать им после такого ужина — настоящее преступление.
— Берегите ваши уши! — шучу я, оглядываясь назад, и делаю глубокий вдох.
С песней Егора все складывается так же, как и с ним самим. Мне не нужно рвать связки, брать высокие ноты, да и вообще напрягаться. Пропустив первый куплет, я легко подключаюсь на припеве, а потом уже не замолкаю до последней строчки.
Чужой текст ложится на душу как свой собственный. Кураж от того, как звучит наш дуэт, лишает остатков скромности. Мне до покалывания в кончиках пальцев не хватает клавиш, но голос звучит чисто. А восторженные взгляды парней заставляют выкладываться все сильнее.