Сердце кошмара (СИ)
В этом отношении коробочка была особенно ценной.
Или наоборот: совершенно бесполезной и даже вредоносной.
Это было довольно странное сокровище. Открыть его можно было в любое время, и в то же время все прежние владельцы, насколько мне было известно из рассказа Крисс, старались делать это как можно реже и только в случае смертельной опасности. Было это потому, что открывший коробочку мог с равной вероятностью найти что-нибудь чрезвычайно полезное либо опасное.
Собственно, впервые я заметил этот артефакт в руках короля Литургии. Последний сидел на своей кровати и, видимо, пытался решить, стоит ему открывать её или нет. В итоге он решил не рисковать и, быть может, поплатился за это своей жизнью.
Теперь этот выбор встал передо мной…
30. Тама
Собственно, впервые я заметил этот артефакт в руках короля Литургии. Последний сидел на своей кровати и, видимо, пытался решить, стоит ему открывать её или нет. В итоге он решил не рисковать и, быть может, поплатился за это своей жизнью.
Теперь этот выбор встал передо мной… В отданной перспективе, разумеется. Сперва я хотел попробовать немного более верные и надёжные способы спасти мироздание.
Воины стремительно размещались в пределах города и его окрестностях. Казалось бы, самое время устроить передышку, однако порождениям Вечного Хлада были чужды законы драматургии и конкретно понятие затишья перед бурей. Первые ледяные зомби показались на горизонте в первые несколько дней после нашего прибытия; после этого монстров становилось всё больше, больше…
И больше.
Временами солдаты выходили на разведку и встречали противники; другие переводили дух. Маги, мирные и боевые, варили зелья и накладывали всевозможные чары. Сам я тоже не сидел сложа лапы. Ману я старался использовать как можно реже, однако тело огромного летающего ящера даровало немалый простор для возможностей. Довольно часто я выходил на своеобразную охоту, истребляя ледяных титанов и прочих монстров, которые отделялись от прочего стада, и таким образом ещё немного сгущая свою туманность. Да и солдаты радовались каждый раз, когда замечали в небе золотистого дракона.
Однажды, возвращаясь после очередной охоты и мысленно рассчитывая, когда первые титаны заявятся в пределы города, я вдруг заметил на земле нечто необыкновенное. Я замедлился, затем приподнялся выше и стал пристально осматривать окрестности. В это время я пролетал над широкой дорогой, которая ещё недавно служила для перевози грузов, а теперь вся покрылась плотной ледяной корой.
Местами на земле проглядывались голубые точки — ледяные зомби. Охота на последних представляла собой трату времени. Я уже было подумал, что именно они привлекли моё внимание, как вдруг тончайший запах вонзился в мои просторные, как пещеры, ноздри — словно единственный цветок посреди заснеженного поля. В ту же секунду мои глаза обратились на маленькую тень, которая сидела в заснеженном овраге. Ледяные зомби встречались самых разных габаритов, однако редкие из них умели сидеть, прятаться и тем более носить плотные дорожные плащи.
Я спикировал вниз и опустился лапами на самый край оврага. Фигура, которая в это время усиленно растирала свои посиневшие ладони, вздрогнула и отпрянула в сторону. При этом она зацепилась своими огромными, сильно больше чем ноги сапогами за древесный корень и рухнула в снег… Заныла, приподнялась, стала отряхиваться и между делом стянула капюшон.
Это была девочка примерно одиннадцати лет. У неё были пухлые щёчки и тёмные волосы до подбородка. В её длинных чёрных ресницах мерцали снежинки, пока она растирала свой лицо, мокрое от снега. Наконец веки её приоткрылись, и засияли большие чёрные глазки.
Девочка удивлённо посмотрела по сторонам, а затем уставилась прямо на меня. На секунду лицо её приняло растерянное выражение, а затем потрескавшиеся от холода губы приняли очертаний буквы «О».
Всё это время я сидел на месте и разглядывал ребёнка и тряпьё, которое представлял собой её наряд. Понять, кто она, было несложно. По мере шествии армии Вечного хлада многим пришлось оставить свои жилища. Некоторые сделали это по собственной воле; другие, более упёртые — нет, и теперь сами пробирались на юг через орды ледяных зомби.
В данном случае можно было предположить некую трагедию, ибо девочка, ребёнок, была совсем одна посреди заснеженной вересковой пустоши.
Что ж, придётся подсобить.
Для того и существуют божественные драконы, чтобы спасать заблудившихся сироток.
Сперва следовало расшевелить ребёнка. Если она и дальше будет стоять на месте и просто смотреть на меня, то, неровен час, превратится в ледышку.
Я опустил голову и заговорил своим глубоким металлическим голосом:
— Назови своё имя, дитя…
Девочка вздрогнула, затрепетала, словно впервые замечая ветер, пронизывающий до костей, и заговорила своими синеватыми от холода губками:
— В-в-вы мне?
Я кивнул.
— Т-тама, м-меня зов-в-вут Т-т-тама.
— Т-т-тама? Интересное имя…
— Н-нет, я не Т—т-т-тама, я Т-т-тама! — запротестовал ребёнок.
Я усмехнулся, наблюдая за тем, как девочка активно мотает головой, затем протянул свою длинную когтистую лапу. Ребёнок вздрогнул и немедленно зажмурилась, но через пару секунд, когда ничего не случилось, глаза её приоткрылись. Она посмотрела на мою открытую лапу. Затем — на меня самого.
— Садись, Тама, — сказал я глубоким голосом.
— Вы… вы хотите меня съесть?
— Нет. Я собираюсь доставить тебя в безопасные земли.
— Безопасные… Ах, тёплые? — спросила девочка, и глаза её при этом заблестели ярким светом.
— Именно так, — ответил я. — Тёплые.
Тама быстро помялась, а затем осторожно пошла вперёд, или вернее будет сказать проковыляла через высокий снег, для чего ей приходилось поднимать ноги, как заправской цапле, и неуверенно устроилась на моей когтистой лапе.
Девочка вздрогнула, когда я закрыл последнюю, стала искать выход, а потом зажмурилась, когда сильнейший поток ветра разметал её черные волосы.
Когда глаза её снова открылись, в них отразилось безграничное пасмурное небо.
Возможно, с моей стороны было неправильно помогать одному единственному человеку, в то время как сотни, если не тысячи других тоже в это самое время пробирались через ледяную пустошь… Но что поделать? Спасти их всех было невозможно, даже если я буду заниматься этим круглые сутки. Невозможность накормить весь мир не должна останавливать от помощи единственному человеку.
Я прочитал простенькое заклятие, чтобы Тама не замерзла и не пострадала во время нашего стремительно перелёта… было бы совсем неприятно, если по прибытию на место я обнаружил в своей лапе заледенелый трупик… после чего направился в сторону города.
Вскоре снизу замелькали солдаты. Последовали восторженные возгласы, и Золотые крылья, под оживлённые фанфары, вернулся в свою обитель.
В данный момент роль последней исполняла городская церковь. Последняя была достаточно просторной, чтобы уместить моё тело, когда я находился в форме Шестого ранга. Единственную проблему составляли узкие двери. Пробивать стены было немного неказисто, а потому, чтобы решить последнюю, я просто избавился от крыши. Когда Первый жрец впервые заметил данную «модификацию», он долгое время мялся, а потом спросил робким голосом, стоит ли и впредь сооружать храмы именно таким образом?..
После приземления я поставил Таму на пол, который устилала узорчатая мозаика. Девочка шагнула вперёд, качнулась и немедленно свалилась на землю.
На секунду мне показалось, что в её глазах закружились маленькие спиральки.
Ах да… Совсем забыл. Несмотря на то, что во время полёта на ней действовало защитное заклятие, которое оберегало её от ветра и холода, сам по себе перелёт на такой высоте и с такой скоростью был весьма затруднителен даже для взрослого человека, — что и говорить про ребёнка. Потребовалась добрая минута, прежде чем девочка пришла в себя и приподнялась на ноги. И даже тогда стояла она неровно, и лицо её было необычайно бледным. Девочка определённо бы извергла содержимое своего желудка, если бы последний не был совершенно пустым.