Право на любовь (СИ)

Но сейчас это прошлое снова ожило.
Две нити. Связь. Братья. Которых он убил. Не знай он, что это невозможно, решил бы что кто-то потревожил гробницу.
Ему срочно нужно было попасть туда!
Но перед ним стоял Лектион. И нехорошая улыбка на губах молодого дракона прямо говорила о том, что он знает. Но сколько ему известно и о чем, еще предстояло выяснить и обернуть это знание против него.
Император не мог рисковать. В открытом бою молодой дракон, хоть у него и меньше опыта, вполне способен победить, потому что на его стороне сила. Нужно было действовать хитростью.
- Странный сигнал пришел отсюда, - проговорил император, принимая вид родственной озабоченности. - Я же отправил Адриана в Бактрию и поневоле почувствовал себя ответственным за его дом. Решил проверить, что происходит. И вот...
Максимилиан оглянулся кругом и спросил у племянника.
- Ты что-нибудь понимаешь?
И тут его снова пронзила резкая боль. А две нити в груди натянулись и нещадно рванули. Императора согнуло, недоуменная полуусмешка превратилась с оскал.
***
Лектион понимающе хмыкнул и подошел ближе. А потом, пристально глядя ему в глаза, спросил:
- Что с тобой, дядя? Что-то болит? Может, тебе помочь?
Император заставил себя выпрямиться и, принимая свой обычный невозмутимый вид, проговорил:
- О чем ты? Со мной все хорошо.
И отвернулся, сцепив руки за спиной. Незыблемый, величественный.
Повисло молчание. Максимилиан понимал, что должен как-то обернуть против племянника его пытливую подозрительность. Боль не отпускала, однако он уже мог владеть собой.
- Кто эти девушки? - спросил он, небрежным жестом указывая на лежавших без чувств охранниц-ливиек.
И тут же добавил:
- Не ожидал от Адриана такой небрежности. Насколько я помню, он привез сюда ту заложницу из Бактрии. А тут какой-то свинарник. Как теперь мне ее найти? Они же все какие-то...
Максимилиан брезгливо поморщился.
Сейчас он был напряжен, как натянутая стрела,  и все время прикидывал силы. Ведь если он сможет напасть внезапно, у него есть шанс. Но тут же отвергал эту идею, как бессмысленную. Молодой дракон силен.
Вот если бы у него был тот яд...
Однако единственный яд, которым сейчас располагал император, - это яд сомнений, которыми он мог бы отравить душу племянника. Придерживаться линии, выработанной однажды. Перевести подозрения на Адриана.
- Хорош эмиссар, он даже не выставил охрану, - пренебрежительно бросил Максимилиан.
- Охрану? - переспросил Глава тайной канцелярии, подходя еще на шаг ближе. - Зачем ему здесь охрана? Ты ведь помнишь, что доступ на этот остров открывает только наша кровь?
Он, казалось, насмехался. Насмехался и смотрел ему в глаза. Максимилиан сделал вид, что не понял намека, и усмехнулся в ответ:
- Я не был здесь очень долго. Разве все упомнишь?
Глава тайной канцелярии кивнул:
- Действительно. Разве все упомнишь?
И вдруг добавил неожиданно:
- А кстати, как ты попал на остров?
- Ты забываешь, что я император, мальчик мой, - надменно проговорил Максимилиан. - И моя кровь открывает доступ куда угодно.
- Конечно, дядя, - Глава тайной канцелярии точно так же сцепил руки за спиной, шагнул в сторону и замер, глядя на него. - Но я не чувствую тут следов твоей крови. Зато я отчетливо ощущаю разлитый в воздухе яд.
Он нарочито потянул носом воздух и зацокал языком:
- Защитный контур взломан, и это похоже на работу наших друзей клириков из Бактрийского храма. Не зря я им не доверял. Как думаешь, у них могли быть счеты с генералом?
***
Император в какой-то миг сошел с лица, черты заострились, а кожа натянулась.
Лектион мрачно хмыкнул про себя. Отвращение? Презрение? Он не знал, что чувствовать. Смотрел в глаза дяди и впервые ясно читал там застарелую ненависть. Но сейчас к этой ненависти примешивался еще и страх.
Глава тайной канцелярии знал, что нельзя загонять зверя в угол. Загнанный в угол зверь будет драться, но если оставить ему лазейку, выход, он побежит туда, куда им нужно. К тому же Лектион еще не был в гробнице отца и не видел воочию. А без этого оставался крохотный шанс, что он мог ошибаться.
 
И потому, увидев, что дядя изменился в лице, он спросил уже другим тоном:
- Спина? Терпеть не могу сырость. Знаешь, дядя, у меня все начинает ныть в этом влажном климате.
Странное облачко пробежало по лицу императора. Наконец он усмехнулся с видимым облегчением, повел плечами  и сказал:
- Ты прав. Тут как-то сыровато.
- Поздно уже, ночь, - Лектион огляделся вокруг. - Давай я провожу тебя? Все равно  тут не разобраться без Адриана.
Короткое время Максимилиан колебался, потом выдавил улыбку:
- Да, пожалуй.
Портал в одно мгновение доставил их в личные покои императора. Лектион провел его до кабинета. И посоветовал:
- Выпей вина со специями, дядя, и сразу ложись спать. Хорошо помогает от ломоты в костях. А я, - он патетически вздохнул, - отправлюсь разбираться, что там намудрил наш эмиссар.
Сейчас они разговаривали как раньше. Теплый доверительный тон, шутки. Просто дядя и племянник. Усыпить бдительность. Лектион тоже прекрасно умел притворяться, когда надо.
- Надеюсь, ты сможешь навести порядок. Я в тебя верю, мой мальчик, - «милостиво» напутствовал его император.
- Я постараюсь, дядя, - проговорил он с многозначительной усмешкой.
Поклонился и вышел.
Ему удалось убедить императора в своей лояльности. На то короткое время, что им нужно, это его сдержит. Дальше - видно будет. Глава тайной канцелярии дошел до края террасы и на мгновение замер на краю.
А в следующий миг он уже на быстрых крыльях несся к гробнице.
Туда, где его ждал Адриан.
Потому что сейчас начнется самое главное.
***
Темное, мрачное место, каменные двери, дышащие какой-то непонятной древней магией. Как будто там заперто какое-то неведомое зло... Да еще связанный Фарьяб рядом. Ситуация просто один в один напоминала Виолетте фильмы ужасов, виденные в прошлой жизни.
А когда Адриан вставил этот металлический предмет в фигурную прорезь и начало происходить что-то непонятное, это впечатление только усилилось.  Летта невольно оглянулась на связанного Фарьяба, и первое, что ей пришло в голову, - его принесут в жертву.
Чеееерт...
Он, конечно, мерзавец, и она сама мечтала с ним расправиться, но это было как-то слишком. Не укладывалось в ее сознании. И ей не хотелось верить, что генерал на такое способен.
- Что это за место? - спросила она тихо. - Что мы здесь делаем?
Адриан стоял перед каменной дверью, там творилась какая-то магия. От его рук отходили сполохи тьмы и сливались с ней. Летта думала, он не услышит, но тот сразу ответил, не прерывая своего занятия:
- Это гробница моего отца.
С каменными дверями что-то происходило, вокруг клубилась тьма. Потом Адриан достал металлический предмет из углубления и надел на палец. Кольцо! Это было большое фигурное кольцо-дракон. Очевидно, оно служило ключом, потому что тяжеленные каменные полотна стали расходиться.
Это было жутко. Летта невольно передернулась. Потом покосилась на Фарьяба и, стараясь не показать своего состояния, спросила:
- А с ним что будем делать?
Генерал обернулся, взглянул на него, как если бы это был мешок картошки, и сказал:
- В принципе, он нам не нужен, но как прикрытие еще может пригодиться.
- А... - Летта кивнула, у нее отлегло от сердца.
А генерал уставился на нее со странной хитрецой во взгляде и спросил:
- Должен ли я считать, что ты волновалась обо мне?
Как ее выводила из себя его манера все вышучивать! Однако она честно сказала:
- Да.
Мужчина внезапно оказался рядом и замер, глядя в ее глаза. А потом медленно поднес к губам ее руку, поцеловал и проговорил:
- Спасибо, что веришь в меня.
Больше ничего сказать не успел. Двери открылись, и Адриан шагнул внутрь. А она...