Уильям 874 (ЛП)
— Эмоциональный хаос — это хороший способ описать то, что я переживал. После того, как ты ушла, я зашел в комнату, чтобы сообщить Санчесу, что Пейтон хочет завтра с ним поговорить. Кассандра лежала рядом с ним в постели, всхлипывая и плача во сне, и обнимала его так крепко, как только могла. Он смотрел на нее так, словно не мог поверить, что она настоящая. Когда его глаза встретились с моими, я точно понял, что он чувствует. Черт возьми, я был им.
Мира вздохнула. Ей хотелось верить, что он пришел к какому-то новому пониманию, действительно хотелось. Но Уилл никак не показал ей этого, так что верилось с трудом.
— Когда люди говорят, что любовь причиняет боль, они действительно имеют это в виду, не так ли? — спросила она вместо этого.
Уилл фыркнул на это банальное высказывание.
— В тот момент, когда я узнал, что она видела мою запись, я понял, что никогда не поменяюсь местами с Рио, даже когда ты предложила мне попытаться ее вернуть. Все, что Кассандра говорила мне о нашем браке, было правдой, Мира. Мне было больно слышать, как она описывает наши отношения такими словами, но я не мог отрицать ни единого ее слова. Я трансформировался, чтобы спасти свою страну. Я бы сделал это снова. Ее личные потребности… потребности моих детей… все это было второстепенно.
— Мы сделали то, что сделали, чтобы обеспечить полную свободу нашим друзьям и семьям. Кассандра же отказалась от тебя по своим собственным причинам, Уилл. Правильным. Неправильным. Оправданным или нет. Осознавать это должно быть больно. Должно быть, больно осознавать, что время, проведенное с ней, ушло.
Уилл покачал головой.
— Но, видишь ли, это самое удивительное… то, что я понял только что. Это не ранит так, как должно было бы, если бы что-то из этого имело значение для меня лично. Что до сих пор причиняет боль, так это то, что она не понимает, как она была важна для меня, когда я был заключенным. Она не хочет знать, через что я прошел, и меня это возмущает.
— Я знаю, Уилл. Твоя жена была надеждой, которая поддерживала в тебе жизнь, когда тебе нужна была причина. Мне жаль, что она недостаточно широких взглядов, чтобы помочь тебе забыть о твоем прошлом, — закончила за него Мира.
— Сейчас это не так важно, как было, когда я только вернулся. Осознание того, что Рио и Кассандра созданы друг для друга, принесло мне новую ясность. Или, может быть, это было из-за того, что я увидел ее лежащей рядом с ним. Она испытывала глубокую эмоциональную боль и нуждалась в нем, чтобы облегчить это. Я понял, что недавно тоже почувствовал облегчение от своей собственной эмоциональной боли. Я просто не мог сложить все это воедино, но когда я наконец это сделал… что ж, все, что я чувствовал, внезапно обрело смысл.
Мира обернулась. Она наблюдала, как Уилл колебался несколько секунд, прежде чем начать мыть ее спереди. Она не сводила взгляда с его глаз, которые изо всех сил старались на нее не смотреть. Он прилагал героические усилия, но проигрывал. Ее соски возбудились при одной мысли о том моменте, когда он откажется от этого контроля.
— Продолжай свои откровения, Уильям. Мне интересно услышать их все.
Уилл с трудом сглотнул и помолился о том, чтобы его руки остались на месте.
— В тот день, когда ты пришла ко мне домой, перед тем как отправиться на поиски компаньонов нового мира, какой бы нелогичной ни казалась эта идея в то время, я хотел тебя обнять… особенно после того, что ты сделала.
— Это была просто благодарность, — сказала Мира со смешком.
— Нет, — произнес он, качая головой. — Я хотел, чтобы ты забралась ко мне на колени и оставалась со мной, пока я сплю. Я нуждался в тебе. Вот что я сегодня понял.
— У меня от тебя голова идет кругом, — тихо проговорила Мира.
Уилл рассмеялся.
— У меня от тебя тоже голова идет кругом. С тобой я чувствую себя в безопасности, Мира. Не в эмоциональном плане, потому что тебе доставляет удовольствие быть занозой в моей заднице, но с тобой я чувствую себя в физической безопасности. Что еще важнее, я чувствую, что меня понимают. Кассандра и Рио благодарны нам обоим за то, что мы спасли его от неминуемой смерти, но мы знаем, что они никогда не увидят в нас ничего, кроме киборгов. Как будто мы для них совершенно другой биологический вид.
— Может быть, так оно и есть. Мы определенно киборги — это непреложный факт.
Мира отодвинулась и взяла губку из безвольной руки Уилла.
— Повернись и дай мне помыть тебе спину. Сможешь пялиться на мои сиськи в другой раз.
— Я не пялился.
— Лжец. Я думала, мы честны друг с другом.
Уилл с неохотой вздохнул, но повернулся, как было велено.
Мира добавила еще мыла на губку и провела ею по широким плечам Уилла. Она всегда была поклонницей мужчин, сложенных точно так же, как Уилл. Это было первое, что она в нем заметила. Но ее влечение не было достаточной причиной, чтобы позволить ему превратить ее в съежившуюся, плаксивую кашу у своих ног. Она никогда не станет такой, как Кассандра Тален. Жизнь сделала ее женщиной другого типа.
— Тебя что-то еще беспокоит? — спросила она.
— Да. Можно я останусь с тобой на ночь? Я очень давно ни с кем не спал рядом. Ты можешь устанавливать правила. Просто позволь мне остаться.
Мира одной рукой повернула Уилла к себе лицом. Она вытерла ему лицо, ни разу не встретившись с ним взглядом.
— Я могу понять, что ты чувствуешь себя одиноким и хочешь утешения. Это вполне естественно. Но полагаю, мне не нравится идея стать твоей любовной интрижкой, пока ты восстанавливаешься после разрыва с женой. Особенно после того, как Кассандра публично отвергла тебя у меня на глазах. Ты мне нравишься, но мне не нравится быть на втором месте. Ни одной женщине это не нравится.
— В моих чувствах к тебе есть нечто большее, чем просто желание секса. Поверь.
Мира пожала плечами и протянула ему губку для мытья.
— У тебя нет причин предлагать мне то, чего ты не хочешь. Вот… я не из камня сделана. Остальное ты должен вымыть сам.
Уилл снова вздохнул, взял губку и сделал, как она просила.
— Знаешь… одна из первых вещей, которые я в тебе заметил, — это то, что ты чертовски любишь командовать. Я все гадал, кто бы стал тебя терпеть.
— И ты думаешь, ты первый парень, который мне это говорит?
Проигнорировав ее саркастический ответ, Уилл отодвинул ее тело в сторону и встал под душ, чтобы смыть мыло. Когда он повернулся, Мира застыла, ожидая от него очередной реплики в ответ. Но все, о чем он мог думать, это о том, как она прекрасна. Вода сделала ее рыжие кудри тяжелыми, и пряди упали на то, что, должно быть, было самыми розовыми сосками в мире. Все в ней было компактным и совершенным, вплоть до ее милых пальчиков с накрашенными ноготками.
— Нет. Но, держу пари, я первый, кто скажет, что с этого момента хочу быть тем парнем, которым ты будешь командовать, — промолвил Уилл.
Мира фыркнула, сверкнув глазами.
— Зачем тебе подписываться на эти мучения? Разве ты в своей жизни недостаточно настрадался?
— Возможно, но, видишь ли… Я влюбляюсь в тебя, Мира МакДональд. Я узнаю эти признаки. Ты сводишь меня с ума, и все же я продолжаю возвращаться. Любовь — это единственное, что может заставить разумного человека вести себя так безумно.
— Любишь? Продолжай в том же духе, Уильям Тален. Ты меня не любишь. Ты любишь женщину-призрака… ту, которая больше не существует, кроме как в твоем воображении, — предупредила Мира.
Уилл рассмеялся, глядя на нее, по его лицу стекали капли воды.
— Невозможно любить женщину, которая тебя боится. Кассандра и Рио созданы друг для друга, Мира. Так же, как мы с тобой созданы друг для друга. Ты же сама сказала, что мы уже были кибернетически женаты. Ты солгала насчет этого?
— Я пошутила, Уилл.
— А может, это была вовсе не шутка, — возразил он.
Мира не знала, что на это ответить, поэтому скрестила руки на груди, чтобы обдумать его предложение. В тот день она, конечно, флиртовала, но когда она сказала Айе, что не любит Уилла, она имела в виду именно это. Но что теперь? Она изучала его мокрое тело и пристальный взгляд. Он выглядел привлекательно, очень привлекательно.