Девиант в Академии Стражей (СИ)

— Эй, Вэр, это не девушка! — бросил Дар в своей обычной хамоватой манере. — Ей не обязательно говорить комплименты.
— Минус балл, курсант Дариус, — тихо, но твердо объявил профессор Констант. Вскинул голову, тряхнув черными кудрями, и, поводив носом, осмотрел остальных Охотников. — Если имеются другие желающие прервать задание, говорите сразу. Я с радостью вам помогу.
Впервые за все время обучения я была благодарна Константу. Конечно, он не только помог мне, но и осадил зарвавшегося ученика. К тому же предупредил остальных: не стоит забывать про дисциплину. Даже тем, кто у преподавателей на хорошем счету.
Удивительно, но белоснежная самочка змеепарда с золотыми пятнами направилась в мою сторону. Неуверенно, немного насторожено. Я видела, как подрагивают ее усы и дергаются торчащие округлые уши.
— Не бойся меня, — проговорила как можно приветливее. — Я сам тебя немного боюсь.
Опустилась перед ней на колени и показала ладони. Пусть знает, что у меня нет оружия, и я не желаю ей зла.
Змеепард ткнулась мне в руку сухим шершавым носом. Это был высший знак доверия, на который я могла рассчитывать.
— Амулеты… — тихо напомнил профессор Блэз.
Я чуть не забыла о главном, всецело поглощенная знакомством со змеепардами.
— Ты поможешь мне? — спросила и подняла с колен связку колец. — Подаришь немного своей магии? Она пойдет только на благое дело.
И в тот момент змеепард отпрыгнула. Спряталась за ближайший валун и рыкнула оттуда — вполне угрожающе. Другие особи тоже насторожились.
— Всем назад! — скомандовал профессор Блэз. Вскинул руки и проговорил что-то на древнем шумерском языке. — Констант, не поможете мне?
Вдвоем им удалось успокоить змеепардов. Они использовали в своей речи отрывки из договора, заключенного в тот день, когда эти древние существа были перевезены на остров. К тому же Констант прочел несколько древнеегипетских молитв, прежде считавшихся священными и призывавшими змеепардов на помощь.
— Теперь все в порядке, — произнес профессор Контант и махнул рукой. — Подходите по одному.
Охотники приступили к оставленному занятию. Больше ни один из змеепардов не проявил ни капли беспокойства, но я так и не решилась подойти к ним снова. Даже когда позвал Каст.
— Эй, Вэр, иди сюда! — крикнул он. — В моем источнике много силы, на твои амулеты тоже хватит.
«Ну, уж нет, — решила я. Так недовольна собой я не была еще никогда. — Если снова отпугну змеепардов, то не только получу наименьший балл за практику, но и стану главным кандидатом на выбывание».
— Не стоит рисковать из-за меня, — проговорила в ответ. — Лучше заряди их сам, так надежнее.
Бросила ему связку колец, а сама отошла еще на несколько шагов. До чего же дурно и тревожно мне было в тот момент. Не давал покоя один единственный вопрос: почему? С чего вдруг змеепарды проявили агрессию?
От того, что почувствовали мою ложь? Профессора сказали, что магические существа принимают только чистых помыслами, а я… Мне приходилось врать и изворачиваться. Это вполне могло оттолкнуть их.
Или…
А что, если все дело в моем кошмаре? Может ли быть, что одно упоминание об Ихозаурусах пугало не только меня? Вдруг, змеепарды уловили этот подсознательный страх? Да и с чего вообще мне приснился этот ужасный сон. Все дело в схожести ситуации или в чем-то ином? И не все, что я посчитала кошмаром, таковым являлось.
Глава 42
В академию я вернулась подавленной и совершенно унылой. Никогда, с первого дня поступления в Охотники, я не чувствовала себя такой бессильной и никчемной. Провалить такое задание, упустить шанс показать себя.
А все почему?
Все потому, что мне приснились эти гребаные драконы Ихозаурусы. Я никак не могла вбросить из головы их и свое прошлое. Как бы ни старалась, к каким бы методам ни прибегала — все напрасно. Еще в прошлой академии Джун поила меня снадобьем от кошмаров и даже пыталась почистить память. Но не вышло.
Марс так и не разговаривал со мной. В общую комнату возвращался поздно и тотчас, даже не раздеваясь, ложился спать. От Якобуса мы с Кастом узнали, что в следующую экспедицию взяли только Дара. Марса оставили в академии, отчего тот еще сильнее злился. По всему выходило, что он обязан будет отправиться на бал. А он туда не хотел. Очень и очень не хотел.
 
В один из вечеров я не выдержала.
— Марс, прости меня за ту ночевку в горах, — начала тяжелый, но нужный разговор. Это молчание убивало больше, чем открытая враждебность. Уж лучше бы Марс наорал на меня, упрекнул в недостойном поведении. Но только не отворачивался каждый раз, когда я смотрела ему в глаза. — Не знаю, что на меня нашло, правда. Этот жуткий кошмар о прошлом… Он настолько сильно слился с реальностью, что я запутался. Потерял все ориентиры. Тот… — Слово «поцелуй» застряло у меня в горле рыбьей костью. Я так и не решилась его произнести. — То прикосновение… И то, что вцепился в тебя как утопающий…. Понимаешь, на твоем месте я представил подругу, так что ничего личного. Надеюсь, из-за этого недоразумения мы не станем врагами?
Это было единственное достойное оправдание, что пришло мне в голову. Я просто не знала, что придумать еще. Хотя парень, вцепившийся в подругу в страшный момент, наверняка выглядит хлюпиком и слабаком. Но лучше так, чем правда.
Марс лежал на кровати, закинув руки за голову, и рассматривал потолок.
— Представил Джун? — спросил тихо и таки повернулся в мою сторону. Впервые за много дней сталь в глазах была теплой, какой-то мягкой. — Ты ее представил?
— Да! — поспешно призналась я. Готова была согласиться на что угодно, только бы не выдать правду. Ту, что я собиралась унести с собой в могилу. Курсанты Охотники не должны влюбляться в наставников, ни при каком раскладе. — Просто… Она всегда поддерживала меня, дарила ощущение уверенности в себе и своих силах. Делала выносливым. Не знаю, как объяснить, но это так.
Вот тут я не врала. Мы с Джун были не просто подругами, а словно бы двумя половинками одного целого. Идеально дополняли друг друга и понимали с полуслова.
— Прекрасно понимаю, — вдруг признался Марс и потер грудь в области сердца, словно почувствовал болезненный укол в эту секунду. — Я тоже представил на твоем месте другого человека. Девушку, разумеется. Рядом с ней я тоже чувствую себя как-то особенно. И, как и ты, не могу объяснить этого.
Неожиданный поворот. С оной стороны меня терзала зависть к той девушке, а с другой — распирало от любопытства.
— Имя скажешь?
Я старалась говорить это так, чтоб в голосе не прозвучала крайняя заинтересованность. И даже отвернулась на секунду, чтобы не выдать, как важен для меня ответ.
— Конечно, нет! — фыркнул Марс и тут же улыбнулся. — Это слишком. Нет, я тебе, конечно, доверяю, Вэр. Но не до такой степени.
Я едва не покраснела от удовольствия.
— Выходит, все же доверяешь? Может быть, тогда мы забудем о том инциденте и будем жить как прежде. Мир?
Подала ему руку, и он крепко пожал ее, согрев своим теплом не только мою ладонь, но и, кажется, сердце.
Спать я легла довольная и воодушевленная. Верила: все еще можно исправить, повернуть вспять. Заставить себя не думать о чертовых драконах Ихозаурусах до того самого момента, пока не смогу отомстить. Главное, не позволить им снова разрушить мою жизнь. Снести все то, что я так долго воздвигала по кирпичикам.
Вопреки ожиданиям, хрупкий мир между мной и Марсом был нарушен уже на следующее утро.
Профессор Блэзиус, вместо того чтобы преподавать первокурсникам боевую магию и испробовать в деле обновлённые амулеты, решил провести генеральную репетицию бала. Не представляю, как ему удалось допроситься разрешения ректора Крэша на это безобразие, но оно состоялось. Более того: на репетицию в главный зал, временно переоборудованный в бальный, пригласили всех курсантов. Включая старшие курсы.
— Ого!.. — присвистнул Каст, едва войдя в зал. — Похоже, добытые амулеты ушли совсем не на то…