Прекрасная партия
— Что это, любовь моя? Вы ходили за покупками?
— Ах, нет, просто меня выгнали из дому, — с нервным смешком ответила Сьюзен, успевшая решить для себя, что лучше всего превратить свою драму в комедию.
— Выгнали? Что означают ваши слова? — Мистер Хейвуд озадаченно уставился на девушку, продолжая держать в руке трость.
— Я имела глупость рассказать миссис Элингтон о нашей помолвке, и она не пожелала более виден, меня в своем доме, — как можно более спокойно разъяснила Сьюзен.
— Как неприятно! Надеюсь, со временем она простит нас обоих.
— Не раньше, чем Джулия выйдет замуж и графа или баронета, — невесело усмехнулап. Сьюзен. — А сейчас мне совершенно некуда пойти. Дядя уехал, Марджери тоже, и мне остается только надеяться на гостеприимство вашей матушки.
Генри некоторое время задумчиво похлопывал тростью по колену, потом поднял глаза на измученное лицо своей невесты.
— Дорогая моя, это не вполне удобно. Моя маменька — человек строгих правил и очень боится, что скажут эти квочки, ее подруги. Самым разумным будет нанять вам дом, приличную компаньонку, и вы сможете прожить там до нашей свадьбы, не нанося вред своей репутации. Венчание мы, конечно же, назначим пораньше, дожидаться вашего брата в нынешней ситуации уже не стоит. А пока я отвезу вас в самый пристойный пансион, о каком только слышал.
Сьюзен ощутила, как неловкость перерастает и ней в досаду, она и без того чувствовала себя неуютно, напрашиваясь к миссис Хейвуд, и предложение жениха отвезти ее в гостиницу показалось недостаточным проявлением сочувствия к ее беде. К тому же оставалось еще одно обстоятельство, которое делало ситуацию и вовсе невыносимой, но сказать о нем следовало не откладывая.
— Сожалею, Генри, но у меня нет денег, чтобы снять дом. Я бы хотела все же остановиться у вашей матери или, может быть, у кого-то из ее знакомых… И неважно, что скажут люди, скоро всё это забудется, и к нашему возвращению из Италии обсуждать будут уже кого-нибудь другого…
— Вы не знаете свет, милая, — снисходительно улыбнулся джентльмен, ободряюще пожимая ее ручку. — И потом, что значит — нет денег? Миссис Олиагтон ведь не является вашей опекуншей, вы совершеннолетняя и вполне можете располагать своим состоянием, как вам будет угодно.
— Каким состоянием, Генри?
Удивленная улыбка Сьюзен вызвала ответную на лице джентльмена.
— Вашим, разумеется. Сьюзен, прошу вас, придите в себя. Все это очень неприятно, жаль, что вы не послушали меня и поторопились с признанием, но теперь уже поздно, и не стоит так огорчаться. Ваши родственницы повели себя не лучшим образом, но вы не зависите от их доброты, чтобы так сильно переживать.
— Но у меня нет состояния, — с недоумением возразила Сьюзен, не понимая, как он может не знать этого.
— То есть как это — нет? Ваше приданое… вы не свободны распоряжаться им? — Его искреннее изумление не облегчало тяжесть ее признаний.
— У меня нет приданого, Генри, как вы не понимаете! — Она уже едва не плакала от досады. — Если б оно было, ноги моей бы не было ни Бредфорд-сквер!
Молодой человек воззрился на нее так, как будто на лбу у Сьюзен внезапно выросли рога. Он нахмурился, слегка сжал губы и продолжил поигрывать тростью в явной растерянности.
— Генри, разве это имеет какое-либо значение?
Сьюзен внезапно стало зябко.
Джентльмен поморщился, сглотнул, поерзал ни стуле и наконец выдавил из себя:
— Мисс Шелтон, ваши наряды, манеры, воспитание… вы выглядели гораздо более изящной, чем ваша кузина, и это заставило меня полагать, что вы — вполне состоятельная особа…
— Ах, нет же, у меня нет своих денег! После женитьбы Эдмунда у меня отобрали даже скудную пенсию, которая выплачивалась нам с братом после смерти отца, и миссис Элингтон пригласила меня жить с ними, как дальнюю родственницу. Я думала, вы знаете об этом, миссис Баркли осведомлена по поводу всего этого, и ваша маменька тоже должна была слышать…
— Возможно, мисс Шелтон, это и так, но обстоятельства вашего проживания у Элингтонов как-то ускользнули от моего внимания. Матушка сообщает мне только ту информацию о наших знакомых, какую считает необходимой, — в тоне его звучало неодобрение, как будто Сьюзен нарочно оставила его в неведении.
Неприятное подозрение закралось в голову Сьюзен, и она с трепетом поторопилась рассеять его:
— Скажите, Генри… мистер Хейвуд… известие об отсутствии моего приданого как-то влияет на ваши чувства ко мне? На нашу помолвку?
Джентльмен замялся, всего лишь на несколько мгновений, но этого было достаточно, чтобы подозрение Сьюзен превратилось в очевидный факт, которого она имела глупость не замечать раньше.
— Нет, конечно, мисс Шелтон. Я джентльмен и сдержу данное вам слово, — в сравнении с его кислым тоном даже лимон показался бы сладким. — Поймите, дела мои в некотором расстройстве, управляющий поместьем оказался недобросовестным и обкрадывал нашу семью еще при жизни моего отца. Матушка не должна была знать об этом…
— И вы хотели поправить свои дела выгодным браком, — четко произнесла Сьюзен.
Чем больше паники поднималось внутри ее, тем спокойнее она выглядела внешне.
— Пустяки, мисс Шелтон, не будем говорить об этом. Я могу заложить поместье или продать часть земли и постараться вести дела лучше, чтобы в будущие несколько лет покрыть ущерб. Боюсь только, поездку в Италию нам придется отложить до лучших времен.
Здравомыслие Сьюзен подсказывало, что нет ничего необычного в том, что будущий муж обсуждает ведение хозяйства со своей женой, делясь с ней и тяготами, и радостями, как говорится в брачных обетах, но ее сердце заледенело от тона, каким мистер Хейвуд говорил все это, а во взгляде его не было и намека на вчерашнюю нежность. Отпив чаю, чтобы не закашляться на середине фразы, она с достоинством ответила:
— В таком случае, сэр, будет лучше, если мы позабудем о том, что произошло вчера. Я освобождаю вас от данного слова и расторгаю нашу помолвку, которую мы поторопились заключить, так мало зная друг о друге.
От явного облегчения, промелькнувшего в его глазах, ей стало противно, как будто она съела несвежее пирожное.
— Пожалуй, это будет наилучшим выходом, мисс Шелтон, и я осмеливаюсь рассчитывать на ваше благородство. Полагаю, и в ваших интересах будет сохранить произошедшее между нами в тайне. Вы можете вернуться к вашим родственницам и сообщить им, что произошла ошибка, что вы неправильно поняли какие-то мои слова и вообразили себе…
— Довольно, сэр! Я не собираюсь возвращаться и не желаю выслушивать все эти унизительные вещи! Надеюсь, вашего благородства хватит хотя бы на то, чтобы сделать счастливой Джулию. С ее-то приданым все в порядке, — едко закончила Сьюзен пылко начатую фразу.
— Жаль, что вы не хотите понять меня, мисс Шелтон. Всего наилучшего.
Поднявшись, он взял шляпу и коротким кивком простился с ней, после чего твердым шагом направился к выходу.
19
В наступивших сумерках никто не обращал внимания на девушку в забрызганном синем пальто, медленно бредущую по улице с объемистым свертком в руках. Неуверенно оглядываясь, она наконец подошла к скромному дому, на двери которого было объявление о сдаче комнат внаем. Неприветливая хозяйка без лишних слов приняла плату и провела дсмушку по скрипучей лестнице на третий этаж, распахнула одну из дверей, неспешно разожгла камин и так же молча отправилась в обратный путь.
Сьюзен, а это была она, бросила сак с вещами прямо у двери и поспешила согреть озябшие руки узанимающегося пламени. Она проделала длинную дорогу до пансиона пешком, боясь потратить лишний пенни на извозчика, и сейчас не находила в себе сил даже плакать. Опустившись в продавленное кресло, она бездумно смотрела на огонь, пока не задремала. В ее жизни еше не было столь длинного дня, и усталость пересилила и голод, и скорбь, и страх перед неясным будущим.