Прекрасная партия

— Кажется, к нам едут гости, — заметила она, и Джулия тотчас плюхнулась на диван с самым сияющим видом.
Ее матушка торопливо вошла в гостиную, услышав шум у входа, и заняла место напротив двери, чтобы сразу же приветствовать гостей.
— Сколько человек выходит из кареты? — взволнованно спросила Джулия.
Сьюзен, остававшаяся на своем месте у окна, слегка обернулась и осторожно выглянула из-за кружевной занавески, не желая показаться любопытной особой.
— Две дамы и джентльмен, — сообщила она, и мисс Элингтон еще сильнее распрямила спину и выдвинула вперед подбородок.
Горничная известила о прибытии гостей, и через минуту миссис Элингтон и обе девушки уже раскланивались с миссис Баркли и худенькой седовласой дамой лет на десять моложе подруги, в сшитом по последней моде черном платье и крошечной черной же шляпке — миссис Хейвуд носила траур по усопшему мужу. Следом за дамами вошел и долгожданный мистер Генри Хейвуд, в изящном коричневом сюртуке и чуть более светлых панталонах. Его мы уже имели удовольствие описывать в предыдущей главе, добавим только, что, хоть он и не был так красив, как Эдмунд Шелтон, его внешность, несомненно, радовала глаз наших леди.
К добру ли, к худу ли, но в самом начале знакомства по вине джентльмена произошел некоторый конфуз, оставивший у Сьюзен смешанные чувства — ей было и смешно, и досадно.
Поцеловав руку миссис Элингтон, он обернулся к Сьюзен, не заметив сперва сидевшую в тени Джулию, и сразу же устремился к ней с самой любезной улыбкой.
— Мисс Элингтон, я счастлив приветствовать вас в Лондоне! — воскликнул он, пожалуй, чересчур пафосно. — Миссис Баркли говорила мне, как вы прелестны, но ваша красота превосходит все ее описания! Надеюсь, ради нашего знакомства вы простите мне этот неловкий комплимент!
— Я не мисс Элингтон, — краснея, ответила Сьюзен. — Меня зовут Сьюзен Шелтон, и я сестра…
— Мисс Шелтон — сестра мужа моей старшей дочери Люси, мистера Эдмунда Шелтона, — вмешалась миссис Элингтон, пронзая джентльмена негодующим взглядом.
К счастью, в это время он стоял к ней спиной. Обернувшись, молодой человек наконец заметил привставшую с дивана Джулию и торопливо направился к ней с не менее искренними приветствиями:
— Прошу простить меня, дамы, миссис Баркли не предупредила меня, что в этом доме поселились сразу две прелестные молодые леди.
Он склонился к пухлой ручке порозовевшей от радости Джулии, и только Сьюзен успела заметить растерянное выражение его лица — судя по всему, описание миссис Баркли на этот раз далеко разошлось с действительностью.
Желая сгладить свой промах, джентльмен принялся преувеличенно бодро расспрашивать дам, как они нашли Лондон зимой, и был неподдельно удивлен, узнав, что юные леди впервые приехали в столицу.
— Как вы могли так долго скрывать от света эти жемчужины, миссис Элингтон? — воскликнул он, усаживаясь на диван рядом с Джулией.
Миссис Хейвуд, как уже могла заметить Сьюзен, не интересовалась ничем, кроме своего обожаемого сына. Вот и теперь она с восторгом внимала всем его речам, то и дело оборачиваясь к дамам, чтобы убедиться, что они в должной степени оценили его манеры и остроумие. Сейчас она принялась поочередно разглядывать Сьюзен и Джулию, как будто увидела их только что, — сын обратил внимание на этих леди, а значит, ей тоже необходимо это сделать.
— Я носила траур по покойному супругу, затем моя старшая дочь собралась замуж, мы ждали, пока пройдет период помолвки, и готовились к венчанию, — степенно отвечала миссис Элингтон.
— Я думаю, мои родственники прибыли в столицу как раз вовремя — мисс Джулия только вошла о тот счастливый возраст, когда пора посещать балы и другие развлечения, — добавила от себя миссис Баркли.
— Полагаю, мисс Элингтон не старше шестнадцати лет, — заметил мистер Хейвуд.
— Семнадцать, — потупясь, ответила Джулия.
«Семнадцать и десять месяцев», — подумала Сьюзен, стараясь не улыбнуться.
— Вероятно, вы и мисс Шелтон — ровесницы?
Джентльмен опять совершил промах, не подозревая об этом.
 
— Боюсь, мне уже намного больше, мистер Хейвуд, — с трудом сдерживая смех, сказала Сьюзен.
— В самом деле? Вероятно, ваше светлое платье и простая прическа делают вас моложе.
Мистер Хейвуд словно почувствовал, как повеяло холодом от миссис Элинтон, и непроизвольно отодвинулся подальше.
— Мисс Шелтон очень худая и загорелая — это следствие длительных прогулок, к которым она привыкла в деревне. Видимо, загар на ее лице мешает рассмотреть ее истинный возраст, — миссис Элингтон была бы рада, если б Сьюзен провалилась сквозь землю.
К счастью, служанка внесла поднос с угощением, а миссис Баркли передала Джулии приветствия от своей внучки и упомянула о поездке в театр вчера вечером.
— О, вы посмотрели «Тайный брак»? Колмен сейчас в большой моде, его пьесы переживают второе рождение, сама королева посещает спектакли!
Услышав, что даже ее величество не находит ничего крамольного в пьесе, миссис Элингтон позволила себе одобрительно отозваться об увиденном и даже выразила надежду, что миссис Баркли не откажет им в любезности и пригласит к себе в ложу еще раз.
Миссис Баркли тут же согласилась, а миссис Хейвуд сочла нужным добавить, что, если в ложе миссис Баркли им всем будет тесновато, она с удовольствием пригласит миссис Элингтон и юных леди в ложу, арендуемую ее сыном.
К сожалению хозяек, визит гостей не затянулся — миссис Хейвуд собиралась куда-то еще, а мистер Генри неизменно сопровождал матушку в первой половине дня. Миссис Баркли также откланялась, пообещав заехать позже и взять с собой Марджери.
Оставшись одни, миссис Элингтон и Джулия тут же принялись со всем пылом разбирать детали приятного визита и подробно остановились на каждом слове, взгляде и жесте мистера Хейвуда, уделив лишь немного времени его маменьке, единодушно признанной ими женщиной почтенной, но не выдающейся. Сьюзен с небольшой нервозностью ожидала, когда очередь дойдет до нее и миссис Элингтон спросит, как посмела она выглядеть на семнадцать лет и показаться гостю самой мисс Джулией.
К ее большой радости, ошибки молодого человека были списаны на смущение (которого он, как человек светский, наверняка не испытывал) и плохое освещение гостиной, не позволившее ему сразу увидеть Джулию, и Сьюзен успокоилась, пообещав себе впредь не попадаться на глаза предполагаемым кавалерам мисс Элингтон.
Вслед за миссис Баркли в дом на Бредфорд-сквер потянулись и другие гостьи из тех дам, кому написала в первый же день миссис Элингтон. В основном это были родственницы мистера Элингтона и его первой супруги, а также одна старинная приятельница миссис Элингтон, вместе с которой она провела детство в Солсбери.
Все эти дамы напоминали миссис Баркли, но не имели в запасе столь удачных связей, и мы не будем уделять им внимания, чтобы не утомить нашего читателя. Всех их принимали с надеждой на ответные приглашения и новые знакомства, и мисс Шелтон пришлось высидеть в самом темном углу гостиной почти три часа, в то время как Джулию усадили на стул прямо напротив входной двери, чтобы гостьи сразу оценили ее внешность и досадных недоразумений больше не случилось.
Наконец миссис Элингтон пожелала остаться вдвоем со старой подругой, и девушки разошлись по своим комнатам. К радости Сьюзен, Джулия не захотела еще раз поговорить о мистере Хейвуде — беседа с ним оказалась недостаточно длинной, чтобы ее обсуждение заняло больше двух часов, но надежда на дальнейшие встречи требовала от Джулии неустанной заботы о своей внешности. Попросив у матери шпилек и лент, она с помощью горничной собралась опробовать разные способы уложить волосы, долженствующие сделать ее еще более очаровательной.
Сьюзен с радостью устроилась в полюбившемся ей кресле с вышиваньем, не сомневаясь, впрочем, что каждые полчаса ее будут призывать в комнату Джулии полюбоваться новой прической.
Сморщив носик, она смотрела сквозь занавеску на начинающую темнеть улицу. Фонарщики занимались своей работой, и вскоре на столбах перед каждым домом появились желтые круги от зажженных фонарей, в которых заплясали первые в этом году снежинки.