Безумыш (СИ)

Матвей непонимающе выпучивает глаза. Я тоже в растерянности.
— Да валите же! Быстро!
И колдун, выдернув из рук Сепана копьё, отталкивает охотника.
— Вы мне будете только мешать!
До Сёпы дошло. Подхватив ноги в руки, Метла бросается прочь. Матвей, оставив своё оружие возле дерева, тоже срывается с места. А, чего я туплю?
— Вот моё! — швыряю я своё копьё к Ло поближе и белкой устремляюсь наверх.
Дуб огромен. Такой никакому хозяину леса с корнями не вырвать. Колдун сказал: «Прочь», но куда именно нужно убраться не уточнил. Мой путь бегства не хуже других. Если зверь предпочтёт драке с Ло погоню за удравшими, догнать их для него не составит труда. Вон, как носится. Пусть попробует лучше меня стряхнуть с ветки. Со своими долями я таким клещом прицеплюсь, что ни в жизнь не получится. Заодно, глядишь, и от Ло отвлеку. Колдуну сейчас даже такая помощь лишней не будет. Может, сверху ещё и из лука смогу пострелять.
— Да куда же ты…
Но это последние слова Ло. Дальше слышу лишь частое треньканье тетивы. Битва началась! Наверх, наверх, наверх… Выше, выше… Несусь к вершине дуба по древней шершавой коре, как по лестнице. Где возможно хватаюсь за ветки, суки и наросты. До земли уже с полсотни локтей, но этого мало. Ещё столько же надо.
А успею ли? Если зверь сходу напрыгнет на дерево, стряхнёт, как пить дать. И так уже вся округа трясётся, включая тысячелетний дуб, по которому лезу. Вон, дупло впереди, из которого при моём приближении прыснули белки. Только эта мелкота и отваживается жить вблизи логова хозяина леса. Медведю до них дела нет. И мне нет. Но их дом пригодится. Широкое — сейчас в гости зайду.
Влез ногами вперёд и сразу же провалился по грудь. Ещё и глубокое. Под подошвами что-то хрустит — видно, беличьи запасы давлю. Места хватит даже целиком спрятаться, но мне бы осмотреться сначала. Хватает высоты? Где там мишка?
Ох, ёженьки… Разве же это медведь? Узнать в подбегающем к колдуну чудище косолапого любителя мёда непросто. Мех, и то другой цвет имеет — здесь уже скорее чёрный, чем бурый. Да и не мех это уже, а слипшиеся буграми-щитами чешуйки. А вот на лысой башке и тех нет, как и девшихся куда-то ушей. Огромный череп с не по-медвежьи вытянутой пастью обтягивает грубая шершавая шкура. Зубы с мой локоть, клыки со всю руку. Красные глазищи — каждый с приличную тыкву размером — горят огнём Бездны. В такие не промахнёшься.
И Ло попадает. Одна стрела только что клюнула буркало в самую серединку. Звук — словно в камень ударилась. Стеклянные у него они что ли? Значит, лук со спины снимать смысла нет.
Колдун свой уже тоже отбросил. В руках Ло копьё. Вот умён! Знал, что только на копья надежда, потому и заставил нас оставить ему свои. Метнёт? Или в землю пяткой упрёт, чтобы зверь напоролся? Или просто ударит, когда тот приблизится? Где у этой громадины уязвимое место? Есть ли таковые вообще?
Метнул! И тут же, подхватив с земли Сёпино копьё, бросился в сторону. Очень вовремя. Еле успел убраться с пути разогнавшейся твари. Медведя протащило мимо обидчика. Огромная лапа с когтями-серпами вспорола воздух в аршине от Ло. Несколько низкорастущих веток снесло, как содрало с земли и весь вьюн вместе с дёрном. Громогласный чудовищный рёв заставил меня непроизвольно вжаться в дупло.
Вот, куда он попал! Медведь лезет лапой в распахнутую пасть. Башка задрана вверх. В глубине чрева зверя замечаю копьё, застрявшее где-то в гортани.
Ага! Тут мотай головой, не мотай, а такую занозу не выдернешь. Зверь беснуется. Комья земли летят из-под задних лап в разные стороны. Передние силятся выдрать из глотки засевшее там копьё. Но у твари нет ловких пальцев, какими бы было возможно аккуратно схватить древко и вытащить гигантскую занозу. Мишке пока не до Ло. И колдун этим пользуется.
Второе копьё устремляется к шее чудовища. Благодаря задранной вверх башке зверя, та открыта как раз. Под подбородком твари шерсть помягче — шкура там ещё не успела порасти чешуёй. Оружие с хрустом, словно наконечник проходит сквозь дерево, огромным гвоздём входит в ороговевшую плоть. Ло могуч! С такой силой метнуть копьё способен лишь Сёпа на даре.
 
Это уже куда более серьёзная рана. Тёмная, почти чёрная и невероятно густая кровь сразу же начинает заливать грудь с рёвом вставшего на дыбы зверя. Когтистая лапа немедля ломает торчащий наружу кусок древка, но оставшаяся внутри чудища часть копья только глубже впивается в плоть.
Ло не дремлет. Он уже отбежал, и в руке колдуна снова появилось оружие. Это он моё поднял. Короткий разбег — и третье копьё, размывшись в полёте, несётся в морде вновь опустившегося на четыре лапы чудовища.
Есть! То, с чем не справилась выпущенная из лука стрела, удаётся копью — затвердевшая оболочка звериного глаза с громким треском проламывается. Наконечник исчезает в глазнице. Рёв такой, что приходится заткнуть уши руками. Это — всё!
Медведь в ярости забывает про боль и торчащую в глотке занозу. Он пока ещё зряч, и виновника своих бед и одним глазом видит прекрасно. Мигом бросив попытки выскрести из пасти засевшее в гортани копьё, зверь прыжком устремляется к Ло.
Куда там. Колдун слишком проворен. Он уже в десятке шагов от того места, где был секунду назад. Моей ловкости и близко не хватит, чтобы так быстро двигаться. Медведь мечется по дубраве, врезаясь в деревья. Моему разок тоже досталось. От удара ствол дуба шатнуло так сильно, что я приложился затылком о заднюю стенку дупла. Не, идея дразнить зверя сверху — поганая. Если мишка за дело возьмётся всерьёз, меня здесь взболтает, что в плошке яйцо.
Но зверь занят не мной. Беспрестанно ревущая тварь играет с колдуном в догонялки. Стволы всех окрестных деревьев уже подраны когтистыми лапами. Земля вспахана-перепахана, обломанные ветки растоптаны в труху. Только все эти потуги напрасны. Ло неуловим — зайцем скачет между дубов с подобранным копьём Матвея в руках. Это последнее. И потому колдун медлит с броском, подбирая идеальный момент. Его цель — второй глаз чудовища. Промахнуться нельзя.
Но медведь уже знает про угрожающую ему опасность и бережёт своё буркало, упрямо держа морду под неудобным для Ло углом. Ярость, вызванная ранами, немного отхлынула. Древний зверь ведёт себя уже более осторожно. Движения чудища стали расчётливее. Но не медленнее и не смертоноснее.
А вот и первое удачное действие с его стороны. Вроде дёрнулся в одну сторону и тут же, изменив направление рывка, обогнул ствол огромного дуба с противоположного края. И тем самым таки смог обмануть колдуна. Длинная лапа метнулась вперёд. Когти вспороли воздух. И грудь человека.
То есть, не человека, конечно. Человек бы, тем более без защитного дара, уже был бы мёртв. Колдуна же всего лишь отбросило на десяток шагов, крутнув дважды в полёте через голову. Жилетка в лохмотья, но сам Ло жив-здоров — лягушкой отскакивает от прыгнувшего на него мишки. И, что не менее важно, зажатое в руке колдуна копьё тоже цело.
Ну всё, Китя! Посидел в ложе зрителем, пора и честь знать. Настало время вмешаться. Выскакиваю из дупла — и скорее вниз. Скольжу по коре, обдирая кожу. На толстую ветку, с неё на другую. Опять по стволу. Есть! Земля! Спуск занял всего пять секунд.
Так, где тот обломок ветки, что я ещё сверху приметил? Ага! Вон он! Десяток стремительных шагов — и подхватываю чудом уцелевшую ветку с земли. Сучки, листья — прочь! Готово! В руках у меня длинная ровная палка. Не присматриваясь, можно запросто принять за копьё.
Где медведь? Нашёл! До занятого ловлей колдуна чудища полсотни шагов. Ну и тварь… Снизу выглядит ещё большей громадой, чем сверху казался. Ну, ты, Китя, и псих… Настоящий безумыш. А, что делать? По-другому мне Ло не помочь.
С громким криком бросаюсь к хозяину леса. В отведённой на замах руке палка. Ну, берегись, мишка! Сейчас как метну копьё! Как проделаю в тебе новую дырку! Мы, двуногие бестии, это дело умеем и любим. Я ведь ни в чём не уступаю твоему противнику, что уже доказал это трижды.