Безумыш (СИ)

Одна из важнейших аксиом любой схватки указывает на фактор внезапности. Удивил — значит победил. Какие преимущества есть у Китара, кроме проворности? Возможность защитить любой небольшой участок тела и усилить любые мышцы. Мальчишка запомнил, как я выдавливал шуту-Леору глаза. Но «железными» пальцами можно воспользоваться и по-другому.
Превосходящий Китара в весе чуть ли не втрое боец не ожидал, что лёгкий подвижный мальчишка, вопреки логике, вместо того, чтобы держать дистанцию, наоборот, сходу бросится ему в ноги. Завалить габаритного мужчину на землю у Китара не вышло, но такой цели он себе и не ставил. Близкий контакт позволил носителю дотянуться до мошонки противника, которую он в один миг раздавил усиленными узлами пальцами. Приём подлый, но действенный.
Болевой шок ожидаемо не дал вольному мгновенно воспользоваться своим преимуществом. Китар выскользнул из метнувшихся к паху рук взревевшего архейца, и поединок так и не перешёл в стадию борьбы, что было бы для мальчишки фатально.
Развитие дальнейших событий было предопределено. С такой травмой о подвижности можно смело забыть. Китар белкой скакал вокруг поминутно сгибающегося от боли архейца, расстреливая его точными ударами рук в длинных выпадах. Процесс долгий, но неотвратимо ведущий к победе.
Страдалец продержался чуть больше десятка минут. Очередной усиленный узлами удар с правой заставил архейца поперхнуться зубами. Не зря я решил перебросить защитные поля на кулак. Окаменевшие костяшки пальцев к тому моменту уже разнесли лицевую кость и нос вольного. Гигант рухнул под восторженные выкрики зрителей, со знаком плюс оценивших, казалось бы, грязный приём, проведённый в начале боя Китаром.
Финал наш. Даже белая пудра не может скрыть злости, заставившей побагроветь лицо знатного педофила, пересевшего с началом этого раунда с открытой судейской ложи в закрытую зрительскую. Обидчику мальчишки недолго осталось. Такие твари не должны жить. Уверен, старый друг удовлетворит мою просьбу. С Китаром этот момент мы уже обсудили — затронет в общении с Хо данную тему.
Теперь дело за малым — заставить правителя полиса забрать мальчишку с арены. Едва ли он сделает это до боя — настолько явно привлекать внимание к этому вопросу не стоит — но поражение в первом же поединке финала сыграет нам только в плюс. Если Китар своим выкриком сумеет заинтересовать Хо. Пощада нам обеспечена.
Формулировку я уже утвердил. Мальчишка предлагал варианты на выбор. Его основной я сразу отмёл. Какой смысл кричать про гахаров, когда Хо пропал на этой закрытой планете ещё до их появления? Всё значительно проще. Нам откроют дорогу к правителю Арха две буквы.
Моё имя он не смог бы забыть и за тысячу лет.
  
Глава пятая
 
Все на кон
 
— Удачи, мой друг! Порви этим тварям глотки! Я в тебя верю, Смертик! Ты справишься!
Напутствия Сёпы уже стали традицией. Каждый раз, проходя мимо клетки товарища, я слышу похожие слова. Но сегодня пожелания победы летят отовсюду. Переживший свои поединки народ, как и те, кто не участвовал в нынешнем турнире, провожают меня подбадривающими выкриками.
Под такой же взволнованный шум чуть ранее провожали на арену ещё одного финалиста. Кого именно я не видел — моя клетка дальше по коридору — но уже радует, что хоть кто-то кроме меня смог пробиться в решающий раунд.
Мылся я в этот раз тоже в полном одиночестве. И только в подтрибунном зале, где обычно мы дожидались вызова на арену, я узнал, кто тот клеточник, что тоже прошёл в финал.
— Ну, привет, боец, — хитро улыбнулся Молчун, когда меня подвели. — Не бойся, сегодня уже можно болтать. Скажи, служивый.
Последнее было обращено к одному из стоящих рядом охранников.
— Теперь можно, — кивнул тот. — Вы, если и встретитесь на арене, то только в последнем финальном бою. Какие там уже поддавки? Болтайте пока время есть. Ваши поединки не первые. Сначала других два пройдут. Только помните, что мы так-то тоже вас слушаем. Какое непотребство — и мигом отхватите.
 
— Не переживай, мы о своём, о предзовском потрещим. Столько времени в одиночке сидеть… Даже у меня язык зачесался.
Сочувствую лорду, которому выпадет драться с Молчуном. Уж больно весёлое у предза настроение. Опасный человек. И здорово, что оказался не злопамятным гадом, как я про него прежде подумал. Он просто устраивал представление для охраны. Хотел, чтобы распорядители турнира свели нас с ним в пару. Я понимаю, что делал он это, считая меня слабым противником, чтобы ему было легче продвинуться дальше, но Молчун не желал моей смерти и умышленным затягиванием поединка пытался меня спасти. Эту тему уж точно нельзя сейчас затрагивать в разговоре.
— Удачи тебе в сегодняшнем бою! — решил я показать, что обид на него не держу.
— Да причём здесь удача, Смертик? — ухмыльнулся Молчун. — Тут, либо умеешь драться, либо никакая удача тебе не поможет. В отличие от тебя, я на арену по собственной воле отправился.
Так вот оно что…
— А ты, видно, меня идиотом считал? — правильно истолковал моё молчание предз. — Я, когда делал, что делал, прекрасно знал, чем оно обернётся. Мне годы за стенами лямку тянуть не с руки. Я к воле короткой дорогой пошёл.
— Рискованная дорожка. Тут можно и не дойти.
— Кому как. Тому, кто у князя Медведева полвека служил поединщиком, здесь как раз риска меньше. Всего три победы, и наконец заживу человеком. У лекарей не работа, а праздник сплошной. Знай себе деньги греби. Да и приз…
Хитрый предз мечтательно зацокал языком. Теперь всё понятно. Зря я считал Молчуна дураком. Драться в поединках — его работа. У него, и правда, здесь больше шансов, чем останься он служить дальше срок безымянным.
— Так я против тебя, получается, ещё неплохо держался.
— Неплохо, — кивнул Молчун, ни тоном, ни выражением лица ни капли не намекая на особенности нашего поединка. — Но ты снова мне проиграешь. Сойдёмся — дерись хорошо. Я не хочу тебя убивать, но, если скажут… В общем, буду рад вновь побить тебя в финальном поединке. Ты уж постарайся до него доползти.
— Постараюсь, — пообещал я.
Увы, повторить поединок нам не судьба. Предстоящий бой для меня станет последним. Я, либо умру, либо покину турнир и арену. Какие здесь всё-таки толстые стены…Там, снаружи, сейчас стоит дикий ор, а мы здесь слышим лишь слабый гул. Кто-то с кем-то дерётся, но подробностей не разобрать. Интересно, с лордом какого Великого Дома меня сведут в пару распорядители?
Похваставшись своей хитростью — видно, это и было целью затеянного разговора — нелюдимый предз снова превратился в себя прежнего. Размышляя каждый о своём, мы молча ждали своей очереди выходить на арену. Десять минут, двадцать, сорок… Наверное, прошёл целый час прежде, чем Молчуна увели. Сегодня мне драться последним.
И вот мой черёд.
— Смертик, пошли, — позвал меня заглянувший в зал стражник.
— Кто сейчас победил? — решил я обнаглеть, раз сегодня не затыкают рот.
— Молчун, клеточник. Так что и у тебя шансы есть. Пошли в оружейную.
Ого! Даже так.
— На разницу в сто выбирай.
Лорд, что меня ждёт, хорошенько возвышен. И пускай. Меч полезнее лишней сотни долей. Выбрал лёгкий обоюдоострый клинок. Ло, поди, тоже рад. Мне сегодня важнее всего не победа, но и она тоже лишней не будет.
Выходя на арену, взглядом прежде всего поспешил найти Хо. Вон он — в широкой открытой ложе, что до этого всегда пустовала. Правителя Арха ни с кем не спутаешь. Те же чёрные: плащ и костюм, тот же глухой шлем. Сидит статуей, опустив руки на подлокотники здоровенного кресла. Куда смотрит, по щелям в забрале определить невозможно. Опускаю глаза…
Йок! Йок! Йок! Как же сильно я его разозлил… Сам полез на арену — сводить со мной счёты. В простой одежде поединщика, босого, не набеленного, со стянутыми в тугой хвост волосами, его тяжело узнать, но я видел Мехмеда в халате и тапочках. Развидеть бы теперь это мерзкое зрелище. Мужеложец явился прикончить меня. Ублюдок уверен, что после своей победы он получит такую возможность.