Азраиль. Небеса содрогнутся! Том 2 (СИ)
— Что ж, — улыбка его чуть шевельнулась; звук, усиленный микрофоном, мягко разлетелся по залу. — Мне действительно приятно видеть, что сегодня здесь собралось так много людей. Всем студентам предстоял строгий отбор в виде теоретических тестов и практических демонстраций, поэтому, очевидно, имён всех участников я назвать не смогу...
Я прислонился к столику, осторожно поднимая бутердброд с икрой, и скосил глаза на Альтара — который, прорываясь сквозь зрителей, стремительно направлялся куда-то в сторону первых рядов. Там, к слову, были самые уважаемые гости.
И Раевские.
Вот кто-кто, а Блэк умел заводить нужные знакомства даже в самых стеснённых условиях.
— ...и прошу проявлять уважение к каждому, чьё имя сейчас будет названо, ведь... — Роберт оглянул зрителей так, будто старался кое-кого выискать. — Они приложили много усилий для того, чтобы поступить в эту академию. В лучшую академию страны по версии журнала «Правда».
Короткая пауза; бодрые аплодисменты волной прошлись по помещению.
— Итак, первым хочу пригласить на сцену, — голос Роберта вновь раздался по залу. — Илону Ратскую, старшую дочь дворянского дома Ратских!
...ждать Илону слишком долго не пришлось.
Обняв своих родителей и чмокнув мелкого братишку в лоб, девочка побежала на сцену. Дождавшись, пока ей вручат документ, подтверждающий о начале обучения, она взяла в руки микрофон и что-то замурлыкала на публику, благодаря родных, близких, соседку по парте и так далее...
...и это продолжалось долго.
Я даже не стал слушать речей других будущих студентов. Мне сейчас было интересно другое... Аура у одного из гостей была настолько сильна и даже... знакома, что мне невольно захотелось выискать источник.
Будь я проклят Аидом, если в зале не окажется носителя моего осколка!
— Ух ты, кого я вижу! — внезапно раздалось сбоку от Лизы. — Лиза Орлова!
Я поглядел на сестру, которая с трепетом наблюдала за каждым студентом, выходящим на сцену, а затем перевёл взгляд на... Андрея Громова. Тот самый белобрысый парень, который пригласил нас на Всеимперский турнир, сейчас смотрел на сестру глазами, полными изумления.
— Почему я только сейчас встретил тебя, Лиза? — уточнил он, подходя ближе.
Девушка не отвечала — глядела туда же, на сцену.
...Роберт приглашал очередного студента, повторяя раз за разом те же самые поздравления. А зал аплодировал — с каждым новым гостем всё менее громко и активно, но всё же.
— Лиза? — Андрей коснулся её руки. — Ты как будто зависла. Что такое?
Но вместо ответа — испуг в глазах. Перебирает пальцами и буквально вздрагивает от любого шороха. Неужто Лиза настолько не уверена в своём поступлении?
— А? — она спустя полминуты всё же повернулась к Андрею. — Да, прости, Андрей. О чём ты спрашивал?
Беловолосый с улыбкой на лице покачал головой.
— Забудь, потом поговорим. Ответь лучше, почему ты такая бледная?
Лиза нервно сглотнула.
— Давай-давай, — подстрекал я сестру, улыбаясь. — Говори.
— Мне с-страшно, — наконец, выдавила из себя девушка.
— Чего? — не понял Андрей. И я, впрочем, тоже.
— А вдруг меня не пригласят... — сестра немного взяла себя в руки, хотя и оставалась крайне взволнованной. — Столько талантливых людей вокруг. Они...
Андрей, с опаской поглядев на меня, одёрнул свою ладонь от руки сестры и по-дружески усмехнулся. Разумеется, он успел прочитать надпись на моей футболке. Вот только даже бровью не дёрнул, чтобы не обидеть.
Он делает выводы.
— Лиза, — Андрей подбадривающе улыбнулся. — Не думай ни о чём. Ты должна верить в лучшее.
— Хотя бы после всего, что мы узнали о Роберте, — наконец я вмешался в разговор с ухмылкой.
По лицу сестры пробежала тень. Нет, она не восприняла мои слова как что-то доброе и поддерживающее. Андрей, впрочем, мотая головой, факт этот подтвердил.
— Если хочешь, я могу проводить тебя на улицу, — беловолосый всё не уходил. — Может, тебе лучше подышать свежим воздухом?
Но Лиза вновь замолчала, вперившись взглядом на спокойного Роберта. Пальцы её невольно вцепились в замок, а губы начали что-то нашёптывать. Еле слышно — так, что даже с помощью Ауры не удалось бы распознать слов.
Она молилась, не обращая внимания даже на Андрея, который не осмеливался вновь прикоснуться к ней. Молилась и верила, пока со сцены не прозвучало...
— Елизавета Орлова!
Глаза её расширились, а челюсть, кажется, потяжелела. Мотая головой из стороны в сторону, она схватила меня за руку и... поморщилась. Слёзы потекли из глаз.
— Я знала, братик. — девушка накинулась на меня, крепко обнимая. — Да, я знала. Верила, что это когда-нибудь случится. Боже...
Я, покосившись на немного разбитого Андрея, мило улыбнулся Лизе. Сейчас ощущал крайнее возбуждение и даже счастье, потому старался как можно сильнее отгородить свою Ауру от её вмешательства.
— Иди, — напутствовал я, расслабив объятия. — Иди и блистай, как Геральда на Тхалисии.
Лиза, впрочем, восприняла мои слова, как что-то из философии. Выпрямившись, она смахнула слёзы дрожащей рукой, кивнула — и робко зашагала ко сцене.
— Елизавета Орлова?! — повторил Роберт.
Лиза ускорила шаг.
***
— Елизавета Орлова?! — повторил Роберт, оглядывая церемониальный зал.
На мгновение глаза мужа покосились на Эмилию. Он подбадривающе кивнул ей со сцены и слегка волнительно улыбнулся. А женщина... она будто застыла на мгновение.
Неужели это... правда? Эмилия до конца не верила в то, что Роберт сказал ей прошлой ночью. Дочь... разве такое возможно?
Услышав это имя из уст мужа во второй раз, Эмилия почувствовала холод у ступней. Сердце, казалось, застучало в десятки раз сильнее, чем стучало раньше. И наверное, даже руки её заметно затряслись.
И ведь она стояла так близко ко сцене, что не смогла не разглядеть свою дочь... отчётливо — во всех малейших деталях и подробностях. Мать, что не видела свою Лизу десять лет, сейчас ощущала лишь одно...
Мир вокруг неё замер в ожидании.
Глаза Эмилии забегали по толпе аристократ, ища ту самую родную макушку с тёмными волосами. То самое личико, глядя на которое она встречала закаты и рассветы... когда-то очень и очень давно.
Дочь... даже не верится, что спустя столько лет она вот-вот...
Эмилия поморщилась.
Вот она.
Лиза... да, это точно её дочь. Такая же прекрасная, такая же утончённая, как и раньше... такая же, какой Эмилия её представляла. Девочка ступила на сцену с робкой улыбкой, озаряющей буквально каждого присутствующего в зале.
...и обернулась лицом к зрителям.
Такая стройная, глаза горят, брови живут своей жизнью от радостных эмоций...
— Лизонька... — шёпот Эмилии никто не уловил, ведь он был практически беззвучным. Слёзы потекли по щекам матери, которая спустя только времени увидела свою единственную дочь.
А ведь Лиза стала такой чудесной. Словно бриллиант — редкий и невероятный.
Нет, слёз никто не должен увидеть. Эмилия прикрыла лицо руками и отвернулась от сцены.
Но... что она скажет дочери?
А что, если Лизе и без неё хорошо? — мысли начинали путаться, перекладываясь одна на другую. Сомнения, которые копились годами, разом ворвались в голову Эмилии.
Зачем вмешиваться в жизнь уже взрослой самостоятельной девушки?
— Эмилия, ты чего? — Юджина, заметив слёзы на глазах Эмилии, оторвалась от компании друзей и с недоумением в лице прервала плач. — С тобой всё нормально? Может, на воздух — подышать?
Эмилия мотнула головой, попыталась смахнуть слёзы — и заплакала вновь. Но в этот раз в платочек и вжимаясь в оголённое плечо Юджины.
— Эмилия, ну перестань, — девушка пригладила волосы женщины. — Ты чего так расчувствовалась? Это из-за того, что Дима тоже поступил?
Эмилия едва скривила брови, чуть успокоившись.
— Не понимаю, что ты имеешь в виду? — её глаза забегали по Юджине. Девушка хмыкнула в ответ.
— Да, забей. Это шутка. Я просто хотела подбодрить... пошли на улицу, подышишь?