"Аратта". Компиляция. Книги 1-7 (СИ)

– Как же иначе, сынок? – улыбнулась та.
Пламя в очаге полыхнуло нестерпимым светом. Аоранг взглянул на него и сразу догадался, где он.
– В очаге – солнце! Почему ты сразу не сказала, что ты – Мать-Мамонтиха?!
Мохнач хотел упасть ниц перед прародительницей, но старуха вскинула руку, останавливая его:
– Сиди, сынок! Я хочу поговорить с тобой. Ты прошел долгий путь… Расскажи, кого ты ищешь?
– Я ищу царевну Аюну, о мать! Единственную женщину, ради которой бьется мое сердце…
– Ты начал путь задолго до того, как встретил царевну…
Мохнач нахмурился, собираясь с мыслями.
– Себя, – сказал он. – Я искал себя.
– Надолго же затянулись твои поиски! – ухмыльнулась старуха. – Похоже, ты обошел всю Аратту в поисках себя. И как, нашел?
Аоранг помотал головой:
– Когда-то я хотел вернуться к моему народу. И даже попытался. Но понял, что там мне места уже нет… С тех пор я брожу, сам не зная, куда несет меня судьба…
Старуха пожала плечами:
– Никому еще не удавалось втиснуться в колыбель, даже если в младенчестве там было очень хорошо! Ты не смог – и пошел дальше. Так поступают те, кто вырос…
– Но я по-прежнему не знаю, куда идти, не знаю, чего искать! Я всюду чужой. Да, я повидал мир… Я был похоронен заживо и вернулся к жизни. Однако тот новый Аоранг, что родился на священном поле матери Даны, тоже не знает, кто он…
– Ты бы давно нашел свой путь, – вздохнула Мать-Мамонтиха, – если бы все твои мысли не были заняты царевной арьев.
– Как же мне не думать о ней?! С тех пор как я ее встретил, я был уверен, что служить ей, заботиться о ней – и есть смысл моей жизни… Я снова ошибся. Судьба развела нас. Я даже толком не знаю, жива она или нет! И что ей до меня? У нее есть царственный супруг… их ребенок…
– Разве не тебя звала царевна, чтобы вместе шагнуть за порог этого мира?
– Да, звала, – встрепенулся Аоранг. – Что с ней, где она? Ты мне скажешь, о мать? Я пойду за ней куда угодно. Она звала меня с того света – я и опять готов туда пойти!
– Вот как? А сможешь вывести ее обратно к живым?
– Если возможно… – Аоранг затаил дыхание. – Конечно! Себя выкупом положу…
Старуха кивнула:
– Что ж… Я вижу твою душу, она не лжет.
Отложив певчий череп, она несколько раз хлопнула в ладоши. От резких хлопков мир пошел трещинами. Пляска лучей оборвалась. Погасли зимние огни, распалась ледяными осколками вежа Матери-Мамонтихи. Затем мир собрался заново.
Вокруг снова была ночная степь, кольцо костров и напряженные лица вождей, несомненно слушавших этот странный разговор…
Все так же ехидно улыбалась только старуха с гуслями на коленях.
Аоранг вытер пот со лба. Его мутило.
– Скоро ты найдешь свою Аюну, – сказала старуха, с довольным видом убирая в разукрашенный чехол драгоценный череп. – Мы сами отвезем тебя.
  
Глава 9
 
Гнездо рассвета
 
Они ехали на восток пять дней, и степь словно вымирала под копытами их коней.
Цветущая степь превращалась в каменистые россыпи. Бесконечные ковры колышущейся травы понемногу сменились отдельными зелеными островками, потом исчезли и они. Ветер свистел, бросал в лицо песок. После заката небо вспыхивало россыпями звезд. Ночной холод не давал спать, а сложенный из сухих колючих кустов костер прогорал так же быстро, как и вспыхивал.
– Мы едем в стороне от всех дорог, – рассказывал Тилла. – Тут нет городов, сюда не ходят торговцы. Думается мне, раньше здесь тоже все цвело. Прежде я уже бывал здесь и видел остатки стен среди холмов. Мои предки жили здесь в счастье и изобилии. Но пришли ложные арьи и сглазили эту землю…
– Никаких городов тут раньше не было, – перебила гуслярша, ехавшая бок о бок с вождем. – Ни городов, ни храмов!
Колдунья, что наводила чары на мохнача, тоже отправилась с ними. Аоранг теперь знал, что ее зовут Мирта. Вождю сурьев она приходилась теткой по матери. Она и сама некогда правила большим родом, но отказалась от власти, чтобы отдать все силы звукам и видениям. «Желая обрести власть над людьми другим способом, – раздумывал Аоранг, глядя, как она, закрыв глаза, перебирает струны черепа на стоянках. – Совсем как тот мудрец или злой мудрец… Как его? Зариан, прозванный Зарни Зьеном…»
 
Кроме родственницы-чародейки, Тиллу сопровождали два десятка всадников – дружина и слуги.
– Прежде чем появилось Десятиградие, – продолжала Мирта, – наш народ вольно кочевал по всему Солнечному Раскату. Степи беспредельны, мы и сами не знаем, где их край! На закате они упираются в Накхаран. На севере, если ехать очень долго, начинаются холодные, лесистые горы. Делать там нечего. А что на полдень и на восход – кто знает?
– С восхода, – вмешался Тилла, – и явились желтоглазые. И понастроили городов.
– Так и есть, – кивнула Мирта. – Десять городов, и каждый назван именем звезды. А если мысленно взглянуть сверху – они складываются в созвездие Небесной Колесницы.
– Вот как! – пробормотал Аоранг, с любопытством слушая колдунью.
– Большинство городов и ныне процветает – желтоглазые умели выбирать места, где пересекаются пути… Но один, самый древний, уже много столетий в руинах.
– Туда никто не ходит, – подхватил князь. – Кто пытался – сошел с ума или вовсе не возвратился.
– Почему?
– Я как-то подобрался опасно близко… С соседней горки глядели. Высокие стены, четыре башни по углам, на стенах – стоячие камни. В каждом отверстие. Ветер дует – камни поют! Солнцем клянусь, слышишь голоса! Пытаешься понять, но никак. Кажется, вот-вот, еще немного, а смысл ускользает…
– Иные, заслушавшись, хотят подойти поближе, – добавил один из ближних воинов Тиллы. – Их кости до сих пор лежат там под стеной, обугленные…
– Обугленные? – нахмурился Аоранг. – Почему?
– Скоро увидишь, – ответил Тилла.
На шестой день пути древняя дорога понемногу пошла вверх, изгибаясь среди скалистых холмов. По-зимнему холодная ночь обернулась паляще-жарким утром. А солнце все карабкалось в небо, разгораясь, словно погребальный костер. «Что же тут творится летом, – невольно думал Аоранг, утирая пот. – Верно, камни плавятся от жары…»
Они миновали сухое русло, еще одно… Ни намека на воду. Вспоминая разлив, мохнач даже и не знал, радоваться или огорчаться.
– Воды тут нет с тех пор, как ушли желтоглазые, – объяснил Тилла. – Это место смерти. Тут нет ни людей, ни зверей, ни птиц…
«Должно быть, здесь обиталище дивов, о которых мне рассказывал Симах», – подумал Аоранг.
– Уже недалеко, – сказал князь. – Поднимемся на тот перевал – и сам все увидишь…
Однако Аоранг ничего не увидел. Сколько он ни вглядывался в серые, рыжие, желтые складки мертвых гор, в каменистые гребни и сухие ущелья – везде простиралась все та же безотрадная местность.
– Да вот она! – Тилла ткнул пальцем прямо под ноги.
– А, вижу!
Аоранг наконец увидел остатки то ли города, то ли крепости, то ли храма. Вытесанные из того же желтого камня, они были почти незаметны. Два кольца стен опоясывали круглый холм в середине долины, куда спускалась дорога. Внешнее, менее высокое кольцо украшали те самые стоячие камни с отверстиями. Сейчас камни молчали. Ветер и тот спрятался от жары.
Второе кольцо стен поднималось выше наружного. Что там за ним – рассмотреть с перевала было невозможно.
– Вот оно, Гнездо Рассвета, – почтительно сказал Тилла.
«Не так я представлял себе Небесный Сад Исвархи…» – подумал Аоранг.
Перед ним – священное место, где скрывается Аюна… Если, конечно, сурьи не дурачат его! Однако эти мертвые стены вызывали разочарование. В них не было ничего величественного, опасного, священного или таинственного. Таких развалин Аоранг видал немало во время странствий. Просто давно заброшенная сторожевая крепость в пустынных горах, на краю мира…
Но Тилла так явно не считал.
– Еще немного подъедем, до вон того камня, – и больше ни шагу, – строго сказал он. – Дальше – владения дивов.