"Аратта". Компиляция. Книги 1-7 (СИ)

Снег пошел сперва хлопьями, затем стеной. Рыжие степи, кое-где еще зеленеющие луга мигом запорошило, и вскоре вокруг стало совсем белым-бело.
Аюна была ошеломлена – она прежде не видала такого снегопада. Однако накхи явно не сочли снег помехой в пути. Они и не подумали остановиться или хотя бы ехать медленнее, только натянули куколи плащей на голову. Аюне выдали чей-то запасной полушубок, что было очень кстати после еще прогретых солнцем степей. Задул ветер, наезженная дорога превратилась в страшноватую тропу, идущую по краю обрыва.
– Сейчас, солнцеликая, ты увидишь воочию, что такое накхская крепость, – поддела ее Янди. – Примерно в такой ты поселишься после свадьбы…
Аюна вздохнула – она была немало наслышана о легендарном неудобстве накхских башен, – а все же вздрогнула, когда Янди указала ей на высившийся впереди мрачный утес.
– Святое Солнце, – пробормотала царевна, разглядев наконец, куда показывает ее телохранительница. – Я надеялась увидеть нечто вроде крепости, а не жилище горных дивов…
Янди расхохоталась. Царевне же было не до смеха. Она вспомнила, как потешались придворные в Лазурном дворце над безобразием городской твердыни накхов. И вот теперь перед ней, словно прорастая из скалы, поднималась глухая, почти черная стена. Ни ворот, ни окон, ни знамен – мрачный, неприветливый утес в зимних горах, каменное гнездо над пропастью.
– Это ты еще не видела крепости рода Афайя, – прищурившись, заметила Янди. – Туда попадают по подвесному мосту, который, говорят, время от времени обрывается… А здесь, я вижу, такой мост ведет лишь в одну из башен…
Когда они подъехали под самые стены, Аюна наконец разглядела низкие ворота, укрытые выступом стены, и появившихся будто из ниоткуда воинов.
– Это пограничная крепость рода Зериг, – произнес Даргаш, ехавший по правую руку от царевны. – Сейчас род возглавляет доблестный воин, близкий родич нашего саарсана Аршаг, сын Ашгарана. Самого саара здесь нет, но мне сказали – его ждут со дня на день. Он, говорят, собирался приехать поохотиться. А если ему уже сообщили о тебе, госпожа, так он примчится сюда как на крыльях. Такая неслыханная удача для него…
– Удача? – с недоумением повторила Аюна. – Ты имеешь в виду – честь? Или что ему повезло угодить саарсану?
Даргаш замялся.
– Аршаг будет очень рад, что именно его люди нашли тебя первыми, солнцеликая, – уклончиво ответил он.
– На ловца и зверь бежит, – промурлыкала Янди.
– Что? – повернулась к ней Аюна.
Ответ телохранительницы заглушило гулкое эхо от стука копыт – отряд въехал под каменные своды. В замок вел длинный узкий проход, верно удобный для обороны, но оставивший в душе царевны самое неприятное впечатление. Оно не развеялось ни во дворе, больше напоминающем каменный мешок, ни в горнице под самой крышей главной башни, куда ее сопроводила совсем юная, но очень надменная накхини.
…И вот теперь Аюна стояла у бойницы и глядела, как вечер окутывает синей тьмой заснеженные леса и горы.
Прошло уже несколько дней. Царевна пыталась привыкнуть к своему холодному, сырому и на редкость неуютному обиталищу. Впрочем, Янди сказала, что это лучшие покои в замке. По ее просьбе в горницу принесли охапку шкур и даже жаровню, причем юная саари, которая этим распоряжалась, поглядывала на царевну с нескрываемым превосходством. В горнице стало куда суше и теплее, но царевна все равно мерзла.
– Неужели тебе не холодно? – пожаловалась она Янди. – Эта жаровня только чадит. Да и то жалкое тепло, что она из себя исторгает, тут же уносят эти ужасные сквозняки…
Пока царевна отдыхала, почти все время проводя у себя наверху, Янди бродила по крепости и всюду совала нос. Кое-что она рассказывала царевне, но бо́льшую часть узнанного оставляла при себе. Сейчас она сидела, уютно устроившись на волчьей шкуре около жаровни, и занималась шитьем, подгоняя и надставляя женскую одежду, выданную хозяйкой крепости.
– Внизу, в зале, – большой очаг, – рассказывала она. – Обычно его тепла хватает, чтобы обогреть спальни наверху…
 
– Не чувствую никакого тепла, – сердито отвечала царевна. – Ну вот, опять!
Угли в жаровне вспыхнули под порывом ветра с узкой крутой лестницы.
– Солнцеликая, дозволь войти? – послышался голос Даргаша.
– Входи, – разрешила Аюна.
Дверь отворилась. Даргаш поклонился царевне, кинул быстрый взгляд на Янди и еле заметно улыбнулся. Янди ответила ему нежным взглядом. В глазах накха на миг вспыхнуло пламя, которое он тут же постарался спрятать.
– Здравствуй, Даргаш, – ласково сказала Аюна, с улыбкой наблюдая за ними. – Садись вон туда, погрейся!
– Верхнее платье для царевны почти готово, – заявила Янди, оглядев шитье.
– Накхское платье? – одобрительно заметил Даргаш, усаживаясь на покрытый шкурой ларь.
– Платье? Скорее, мужской кафтан, только долгополый и вышитый цветами, – фыркнула Аюна. – Не поверишь, мне еще и штаны принесли…
– Не штаны, а ноговицы, – поправила ее Янди. – Все накхини их носят.
– И в это я должна вырядиться, чтобы угодить какому-то дикому…
Она прикусила язык, опасаясь ненароком обидеть Даргаша, и вместо готового вырваться слова спросила:
– Кто он, князь этих земель? Ты вроде упоминал, что он близкий родич моего жениха…
– Более чем близкий, – кивнул Даргаш. – Понимает ли царевна, что это за родство?
– Честно сказать, я накхов и в лицо не всегда различаю…
– Очень жаль! Если госпожа не научится разбираться в родственных связях накхов, как она будет ими править? Да и вообще здесь жить…
– Ну хорошо, расскажи мне про здешнего князя.
– Аршаг, сын Ашрагана, – глава рода Зериг, по силе и многочисленности второго после Афайя, – неспешно начал Даргаш. – Он получил высшую власть два года назад по смерти отца и полон желания прославить свое имя. Аршаг – шурин саарсана: одна из его сестер – старшая жена Ширама, и в то же время его сводный брат – его тетка была второй по старшинству женой Гауранга, отца саарсана… Саари Марга, дочь Гауранга, единокровная младшая сестра Ширама и двоюродная сестра Аршага, долгое время единолично правила родом Афайя, пока Ширам служил твоему отцу в столице…
– О Святое Солнце, как все это сложно!
– Вовсе нет! Все просто и ясно, – удивленно ответил Даргаш. – Разве арьи не знают наизусть всех своих предков и родичей вплоть до духов-прародителей?
– Знают, конечно, – но у нас нет вторых, третьих и шестых жен, причем одновременно!
Янди отложила шитье и кашлянула.
– Даргаш хочет сказать, – заговорила она, – что Аршаг – один из самых знатных и могущественных людей в Накхаране. И это очень плохо для нас, госпожа.
– Почему же плохо?
– Потому что лучше бы нам было угодить в гости к какому-нибудь другому саару… Видишь ли, госпожа, за Ширамом стоит могущественный род Афайя и поддержка Аратты, но сам он здесь почти чужак, всю жизнь проведший в столице. А здешнего саара многие в Накхаране почитают образцом правителя. Аршаг мог бы сам претендовать на престол саарсана…
– Он это уже однажды сделал, – вставил слово Даргаш.
– Я не знала, – насторожилась Янди. – Когда?
– Недавно. Когда Ширам с боями прорвался из столицы на родину и заявил о своих правах, Аршаг вызвал его на поединок… Даргаш мечтательно возвел глаза к закопченному каменному своду. – Мне выпала честь при нем присутствовать, и я не забуду этого зрелища до самой смерти! Оба саара были подобны горным львам! Они сражались с завязанными глазами в священном месте, чтобы духи змей-прародителей вошли в них, придавая неслыханную силу…
– И Ширам победил?
– Разумеется. Он не просто сбил противника с ног, но и сломал ему нос. Аршаг признал поражение, и Ширам стал саарсаном. Но если бы дело обернулось иначе, могла бы начаться междоусобица…
«Она и так может начаться в любой миг…» – хотел добавить Даргаш, но решил не огорчать царевну, которая и без того выглядела изрядно растерянной. Зачем ей все это знать? Ее никто и никогда не подпустит к власти. Ее задача лишь одна – родить наследника…