"Аратта". Компиляция. Книги 1-7 (СИ)
– Вот и я так думаю. У меня был не слишком большой выбор. Остаться в столице значило умереть в застенках, куда блюститель престола непременно кинул бы меня, чтобы я молчала. Бежать? Куда? Моя родня мертва. А жить зайцем, вечно удирающим от погони, даже хуже, чем умереть…
– Значит, теперь ты не желаешь смерти Ширама? – уточнила Аюна с легким удивлением.
– Я что, разбойник, который выходит на большую дорогу, чтобы пустить кровь прохожим? Чужая кровь не пьянит меня, госпожа. Да, я умею быстро убивать. Это мой дар. Но я делаю это, лишь когда иначе нельзя. Ты и сама не раз это видела. Я умею излечивать раны – это другой мой дар… Пообещай, что защитишь меня от Кирана, как я всегда защищала тебя, и можешь быть спокойна. Я стану служить тебе и Шираму или любому другому – кому ты прикажешь.
– Ты говоришь правду?
– Разве я когда-то обманывала тебя?
– Поклянись, – тихо потребовала Аюна. – Принеси мне клятву перед ликом священного пламени, что будешь предана мне, а не Кирану!
Янди не колеблясь протянула руку к жаровне и повернула ладонь к полыхающим углям:
– Пусть испепелит меня пламень Исвархи, если я когда-нибудь предам тебя! А Киран… Да будет он проклят, да сотрется его имя в небесном свитке жизни!
Аюна даже побледнела, услышав такое страшное проклятие. В этот миг она вполне убедилась, что Янди не испытывает к Кирану не то что любви, но и малейших добрых чувств. Царевна зачарованно глядела на пляшущие среди углей синеватые огоньки. Ни один из них не взметнулся, чтобы обжечь ладонь Янди.
– Хорошо, – медленно проговорила дочь Ардвана. – Я принимаю твою клятву.
– Так что? – с надеждой спросила Янди. – Нынче ночью мы уходим?
– Как, куда? Давай не будем принимать поспешных решений. Мы даже не знаем, чего от нас хотят! Сейчас мы выспимся, потом поедем в храм, выслушаем, что предложит их верховная жрица, – а дальше я уже буду решать, что делать. И можешь не сомневаться – дочь Исвархи не даст в обиду ни себя, ни тех, кто ей верно служит!
* * *– Аоранг!
Мохнач открыл глаза, но чья-то ладонь тут же зажала ему рот. В почти кромешной темноте глиняного дома он видел только склонившуюся над его постелью тень и слышал тихое дыхание.
– Это я, Янди! Проснись…
– Я не сплю. – Аоранг приподнялся на локте. – Что-то случилось?
– Нет, но может. Я сегодня следила за твоим Ашвой и вот что узнала…
Янди приблизила губы к уху мохнача и быстро пересказала ему разговор Ашвы со слепой жрицей.
– Ты уже рассказала царевне? – забеспокоился он.
– Да, но она не желает меня слушать! Не понимает, что надо немедленно отсюда бежать. Думает, небесное происхождение защитит ее…
– С чего ты решила, что госпоже угрожает опасность?
– Что? И ты туда же?!
– Послушай, Янди… – вздохнув, заговорил Аоранг. – Ашва был здесь и недавно ушел, я говорил с ним…
– Он рассказал тебе про обряд, который они затевают?
– Да, – мрачно ответил мохнач. – Царевне нечего бояться. Это касается только меня.
– И что за обряд?
– Я не вправе разгласить, – сдавленным голосом ответил Аоранг. – Об одном попрошу тебя, Янди: хорошенько охраняй царевну, пока она не доберется, куда желает. Вам идти по опасным землям, а, кроме тебя, рядом с ней никого не будет…
– Ты на что это намекаешь? – встревожилась Янди.
– Ладно, скажу… Мне придется остаться здесь – тогда царевне позволят уехать. Это было их единственным условием. Ашва поклялся своими богами, что так и будет.
– Вот как, – протянула Янди, выпрямляя спину и задумываясь.
Значит, Ашва решил оставить Аоранга при себе…
Нечто подобное она начала подозревать еще в сторожевой башне, заметив откровенный интерес чародеев-облакопрогонников к мохначу. Что ж, в каком-то смысле так даже удобнее. В Накхаране мохнача ждала бы только верная смерть – ведь именно он послужил причиной разрыва помолвки Аюны и Ширама, да и многих прочих ужасных событий. Но что ждет его в земле Великой Матери?
«И смирится ли Аюна с тем, что Аоранга придется бросить здесь? Она опять крепко привязалась к нему, хоть сама того, похоже, не осознает. Стоит этим двоим оказаться рядом, как они становятся близки, как правая и левая рука… Что, если сказать Аюне, что Аоранг догонит их на берегу? А там уж будет поздно возвращаться…»
Янди тряхнула головой и нахмурилась. Когда даже ближайший шаг окутан тьмой, не стоит забегать так далеко вперед… Никто не знает, что принесет завтрашний день… Девушка вдруг с удивлением поймала себя на том, что беспокоится за Аоранга. Янди не лгала Аюне – она в самом деле безразлично отнеслась к гибели Даргаша, как и многих других прежде него. Даже смерть братьев-саконов вызвала у нее лишь досаду. Но когда она думала о мохначе, ей почему-то не хотелось, чтобы упрямый увалень тут пропал.
«Но что я могу сделать? Аоранг все решил! Он думает, что жертвует собой… Но что именно задумала слепая жрица и чем был так раздосадован Ашва?»
Когда плетеная дверь бесшумно затворилась за Янди, Аоранг вытянулся на лежанке, закинул руки за голову и горько усмехнулся. Он давно уже не спал и не думал, что нынче вообще уснет. Из мыслей не шел разговор с Ашвой и его предложение, которое на самом деле было недвусмысленным приказом…
– …Зимняя жертва – священный брак Земли и Неба, обряд, который дарует плодородие полям, призывает на них благодать Матери Даны. Когда-то я сам его проводил, но я уже немолод… Нам нужен мужчина в расцвете юности, такой, как ты. Мужчина, в животворящей силе которого невозможно усомниться…
– Так и думал, – буркнул Аоранг. – Еще когда эта слепая ощупывала меня на улице, было ясно, что́ у нее на уме… Но ведь она старуха!
– Вовсе нет. Летами она не намного старше тебя. Когда мы впервые увидели ее младенцем – слепую, беловолосую, белоглазую, – мы сразу поняли, что нам дарована новая Владычица Полей. Так и вышло: когда девочка подросла, она оказалась мудра не по годам, вдобавок у нее открылся дар предвидения… Увы, она очень быстро стареет – намного быстрее, чем обычные люди. Боюсь, скоро она покинет народ Матери Даны. Но до той поры нам нужно получить наследницу…
– О Исварха… Скажи по правде, мудрый Ашва, это обязательно должен быть я или это просто ее блажь? Разве в ваших землях недостаточно молодых и сильных мужчин?
Облакопрогонник усмехнулся:
– Владычица Полей избрала тебя, а ты еще и недоволен? Неужто она в самом деле так неприятна тебе… или ты настолько предан другой?
– Так и есть, – сердито ответил Аоранг. – И даже не спрашивай ее имя.
– Тоже мне тайна… Что ж, преданность достойна уважения… – Ашва на миг призадумался. – Хочешь, мы наведем морок и вместо Владычицы ты узришь на ложе ту, кого любишь всей душой и сердцем? И обнимешь ее без смущения…
Аоранг слегка покраснел.
– Это незачем, – отрезал он. – Я все исполню. Но прежде скажи, что будет с царевной.
– Ее не обидят.
– Прости, но этого недостаточно. Ее отпустят? Ты можешь поклясться перед лицом своих богов?
– Да, – почти не колеблясь, сказал Ашва. – Дочь Ардвана здесь чужая. Когда она станет не нужна, ее отпустят с миром.
– А меня?
Они молча смотрели друг на друга.
– Так я и знал, – прошептал Аоранг. – Хорошо, я согласен.
Глава 5
Начало жатвы
Поутру царевну и Янди разбудили петухи. Они начали перекликаться еще затемно, так что привыкшая даже во сне ловить непривычные звуки Янди вскинулась и начала оглядываться. Но ничего сколько-нибудь опасного не было. В их глиняном домике, греясь у теплой жаровни, как ни в чем не бывало лежали три кошки. Одна из них подняла голову от неожиданного шороха, поглядела на девушку сверкнувшими во тьме белыми глазами, проговорила «мур!» и, как показалось Янди, улыбнулась.