"Аратта". Компиляция. Книги 1-7 (СИ)
Он замолчал, ожидая, что ответит та, которую нынче перед всеми собравшимися в селении на Обже назвали его женой. Склонит ли голову или в отместку за поражение плюнет ему под ноги, чтобы постылый муж где-нибудь лесной дорогой свернул себе шею?
— Ты себя с братом-то не равняй, — угрюмо ответила девушка. — Урхо не чета тебе был. Вот он стал бы добрый вождь, а от тебя проку как от ужа шерсти. Владыка всех ингри, слыхана речь! Люди шепчутся, ты богов не чтишь, обычаи не блюдешь. Я сперва не поверила, а теперь и сама вижу. Неспроста тебя вержане из рода исторгли! Что, теперь за нас взяться хочешь? Детей Карью в чужие земли собрался уводить на погибель? Уж я скажу батюшке, что ты задумал…
— Все не так! — вскинулся Учай. — Ты глупа, как лесная свинья! Всем в Ингри-маа скоро понадобится моя защита!
— Твоя? — с нескрываемым презрением скривилась Мина. — Я всю жизнь сама себя защищала.
— Ты сильная, и я рад этому. Но даже сильный не защитит себя один, когда придут арьяльцы…
— А, и это слышала, — глумливо отозвалась Мина. — Мол, Учайка с умишком-то поврозь. О чем ни скажи, только и твердит об арьяльцах, которые вот-вот вернутся. Неужто их вид так поразил тебя, что ныне ты находишь их повсюду? В нужнике тебе арьяльцы не мерещатся?
Учай вспыхнул от гнева:
— В утином кряканье толку больше, чем в твоих речах! Ты еще увидишь, что такое арьяльцы! Вы все увидите. И я посмотрю, кто будет смеяться. А ты нынче свою участь выбрала.
Мина пожала плечами, неприязненно глядя на него.
«Почему не поверила? Должна поверить и послушаться!»
— Ты теперь в моем роду, и, хочешь ли ты того или не хочешь, я твой муж и защитник, — процедил Учай.
— Не нужны мне такие защитники, а мужья и подавно!
Сын Толмая выбрался из клети во двор, едва удержавшись, чтобы не бухнуть дверью. «Нет, так нельзя, — думал он, пытаясь задушить обжигавшую ярость. — Злиться на нее — значит выдавать свое бессилие. Я не злюсь — я просто ушел, потому что все сказал… Неужели она и впрямь так глупа, что не видит, не осознает, кто перед ней?!»
* * *Ночь стояла еще совсем теплая и безветренная, и тысячи глаз ушедших предков глядели наземь с небосвода. Учай поднял взгляд к небесам, силясь разглядеть в кромешной темени невидимый чертог, где обитала его несравненная возлюбленная. Как ни тщился он прогнать злость после разговора с Миной, ее слова по-прежнему звучали в ушах, жгли крапивой. Несмотря на пьянящие видения, которые насылал Зарни, молодой ингри был вовсе не против, если бы и Мина была с ним поласковей. Почему бы нет? У богов столько жен, сколько они пожелают…
«Теперь-то что с ней делать? — глядя в глаза далеких звезд, думал он. — На что мне эта вздорная девка, которая даже выслушать меня не захотела? А ну как в самом деле отцу начнет на меня наговаривать?»
— Эй, Учай! — послышался рядом негромкий оклик Джериша. Верзила беззвучно выступил из темноты. — Вот ты где! Я думал, ты уже с женой лег, а ты по двору бродишь. Ты чего тут делаешь?
— Богам молюсь, — мрачно ответил Учай.
— Это правильно! — одобрительно хмыкнул Джериш. — Тебе помощь богов сегодня понадобится. Эк ты девку наглую утром уложил! Хитер! Но второй раз она, пожалуй, так не оплошает… Как бы вовсе тебя не прибила! — Произнеся эти слова с насмешливой опаской, Джериш запустил пятерню в длинные волосы, глядя куда-то в сторону. — Я вот подумал… Раз уж ты к жене не торопишься…
Учай хмуро взглянул на арьяльца, наперед зная, что тот скажет.
— Помнишь, когда крепость строили, я рассказывал тебе про обитель священного единения? Сам посуди — чего дожидаться-то? Пока там еще ее построят! Господу Исвархе ведь не важно, где ему поклонятся. «Где огонь, там и жертвенник», — говаривал жрец Хаста. Главное, от души!
Говоря, Джериш для пущей убедительности положил на худое плечо юного наместника Ингри-маа широченную ладонь. Учай согнулся под ее тяжестью и отвел глаза, чтобы воин не догадался, о чем он думает. «Позабавиться захотел? — крутилось у него в голове — Чужой-то кус всегда слаще. Что ж, отведай, попотчуйся. Да только ты еще не знаешь, с кем связался. Сладость эта тебе поперек горла встанет…»
— Ну что скажешь? Или, может, ты против? — с еле заметной угрозой осведомился арьялец.
— Нет-нет, — поднял руки Учай, прекрасно понимая, что даже будь он против — это только послужило бы его унижению. «Высокий гость» уже для себя все решил. — Если на то твоя воля, кто я, чтобы перечить? Все мое — твое!
— Да ты не печалься. — Бывший жезлоносец самодовольно улыбнулся и хлопнул собеседника по плечу, едва не сбивая с ног. — Ты же видел, я ей приглянулся! Иди вон к пирующим да выпей за нас! В каком домишке она ждет — в том?
Он легко отодвинул Учая в сторону и направился в сторону клети.
* * *Мина стояла у дверей, как будто хотела догнать суженого, однако остановилась, раздумывая над его словами. По правде сказать, она была просто ошеломлена.
Что он за человек, этот Учай? С Урхо все было просто. Тот был улыбчив и силен, как дикий тур. Она родила бы ему крепких детей, и они в свой черед стали бы вождями. Но этот… Ни лица, ни голоса! Где-то он там рос, тихо, будто змееныш под соломой. И вот вылез. И ужалил…
Теперь она припоминала, что и отец был вроде как не рад этому сватовству. Хвалил ей Учайку, будто сам себя убеждал. Хотя, казалось бы, младшему брату заменить убитого старшего, вдобавок объединить два рода — и хорошо, и по обычаю. Мина согласилась, хоть и без особой радости. Когда же она воочию увидела суженого, то почувствовала себя не просто разочарованной, а оскорбленной и униженной. Словно родной отец пожелал выставить ее на посмешище! Ей, дочери могучего вождя, подсунули невзрачного, тощего задохлика!
Но задохлик и впрямь оказался не промах. Хитер. А еще коварен и жесток. Оглушил ее и пусть обманом, но добился своего!
Теперь же она и вовсе не понимала, чего он от нее хочет.
«Сказал, что я ему не нравлюсь! Да как он посмел?!» Девушка стиснула кулаки. Конечно, она наговорила ему лишнего, но мог ли он чего-то другого ожидать, после того как ее унизил?!
И еще… Что-то в нем было такое, в чем Мина не могла себе признаться. Страшное, противное и смертельно опасное для нее… «Он явился мне на погибель», — подумалось Мине. Колючие мурашки пробежали по ее спине — она поняла, что в этот миг с ней говорили боги.
Девушка вздохнула и обхватила плечи руками, будто желая согреться, хотя в клети было тепло. Только на миг радость сегодня вспыхнула в сердце девушки — когда в воротах она увидела арьяльца. Вот он, ее суженый! Не лукавил отец, не абы какой жених у нее! Но марево рассеялось, лишь появившись, — живой насмешкой рядом с красавцем-воином держался ее нареченный.
Теперь, после беседы, мозгляк Учай пугал ее. Говорил нелепицы, однако на дурня не похож. Ловок, да только не по-мужски. Силой добился сговора — и тут же бросил, как объеденную кость… Какая все же жалость, что арьяльский красавец — не тот, кто ей предназначен! Если бы это он к ней присватался — не стояла бы тут одна, кусая губы…
Словно в ответ на ее мысли, дверь распахнулась. В клеть, согнувшись чуть не пополам, вошел Джериш. Выпрямился, сверкнул улыбкой. Он показался Мине таким красивым, что сердце сжалось. Она, сама не понимая, что делает, отступила от двери, давая ему войти.
— Эй, как там тебя… — раздевая взглядом статную девицу, начал арьялец, расстегивая окованный чеканными бляхами широкий боевой пояс. — Нынче ты проведешь ночь со мной, чтобы потом тебе было что в жизни вспоминать. Твой щуплый муженек точно тебя этак не согреет…
Мина вздрогнула и попятилась:
— Чего ты хочешь, арьялец?
— Что за глупый вопрос? Тебя, — с широкой улыбкой сообщил Джериш. — Разве не понятно? Таков обычай, который я ввожу в землях ингри. Всякая жена, прежде чем попасть под своего мужа, ляжет со мной. Ну что ж ты стоишь? Давай раздевайся!
Дочь Тумы глядела на чужака, не веря своим ушам.