"Аратта". Компиляция. Книги 1-7 (СИ)
Теперь Ширам старался думать о царевне холодно и спокойно — так, будто венды похитили почти неизвестную ему девушку. Ведь она же оттолкнула его, выбросила из своих мыслей, как выбрасывают золу из очага! Сколько презрения и ненависти обрушила тогда на его голову! Нет, он сам не поедет искать Аюну — она этого не заслужила. Просто отошлет Даргаша с его людьми на поиски. Заодно пусть родич разорит ближайшее селение вендов в отместку за погибших братьев. А еще лучше — захватит какого-нибудь племенного вождя с семейством. Даргаш — ловкий следопыт и опытный воин. Он хорошо знает эти земли и уж точно не оплошает.
«Скорее всего, венды, убившие моих воинов и похитившие царевну, вернувшись домой, устроят пир. Если соглядатаи им донесли, что мы пошли на Двару, они будут уверены, что я там завязну. Во время празднеств венды становятся неосторожными. Помнится, одна из жен моего отца этак погубила два десятка вождей за одну ночь…»
Ширам хищно улыбнулся.
«Если Исвархе будет угодно и Даргаш найдет Аюну — пусть тащит сюда. А уж там разберемся, как с ней обойтись…»
Он вдруг одернул себя.
«Нет, о чем я? Она все же сестра Аюра! Ее надо будет сопроводить в Накхаран со всем подобающим царевне почетом…»
Что ж, если Аюна найдется — он возьмет ее в жены, хочет она того или нет. Таково было решение государя Ардвана. Это поможет принести мир и восстановить справедливость. Но для себя Ширам ничего доброго не ждал от этого брака.
— И еще… — добавил Даргаш, окликая погрузившегося в раздумья саарсана. — Мы тут нашли диковинные следы.
— Что еще за следы?
— Погляди сам.
Он указал повелителю на ствол одной из растущих поблизости сосен.
— Кто-то рвал кору когтями. Огромными когтями! А там, на пепле, мы нашли отпечатки лап. Как будто два зверя вроде горного льва, один побольше, другой поменьше, и оба ходят на задних лапах…
Ширам пристально поглядел на него:
— Быть может, это вендские оборотни? Я немало слышал о них. Венды зовут их волколаками…
— Или это один хищник, но тогда и вовсе невиданный, — продолжал Даргаш. — Ибо передние лапы у него гораздо больше задних.
— Покажи-ка мне эти следы, — велел Ширам.
Они отошли к кострищу, на котором не так давно пылали мертвые тела вендов. Ширам присел над вдавленными в пепел отчетливыми, хотя уже и несколько сглаженными следами.
— Вот это да! — пробормотал он.
— Ты знаешь, что это за следы?
— Да, мне приходилось видеть такие — очень далеко отсюда. Если бы я не знал доподлинно, что этот зверь тут не водится, я бы решил, что это молодой саблезубец.
— Зверь появился здесь после того, как костер потух, — добавил Даргаш. — И, судя по отметинам на стволах деревьев, он тоже идет по следу вендов.
* * *— Ну вот, опять завязка порвалась! Да что ж такое!
Янди остановилась, опустилась на колено, и принялась не спеша связывать кожаный ремешок, обвивавший лодыжку. Рядом недовольно сопел мохнач. Они уже давно бродили по лесу и все никак не могли выйти к вендской стоянке!
Закончив связывать ремешок, Янди выпрямилась, устало потянулась, выгибая спину, и долгим взглядом поглядела на солнце, уже начавшее алеть и клониться к закату. Не слишком ли быстро они идут? Если Аоранг и впрямь решит сейчас в одиночку броситься на толпу распаленных кровью вендов, то, пожалуй, не проживет и мгновения, чтобы всплеснуть над ним руками. В этом случае ей не хватит времени, чтобы увести в лес Аюну… Но посвящать мохнача в тонкости своего замысла Янди не собиралась. А значит, нужно и дальше изображать из себя дворцовую служанку, развлекавшую царевну пением и танцами. Как такой беспомощной певчей птичке не потеряться в лесу?
— Где твои венды? — нетерпеливо буркнул Аоранг. — Ты сказала, что они совсем рядом, я тебе поверил…
— Уже совсем близко, клянусь Солнцем, — скороговоркой зашептала она, трогая Аоранга за руку. — Но послушай, их там много, очень много! Когда они напали на обоз, наши стражники пытались дать отпор, но их было даже не видно среди этих ужасных разбойников! Сама не пойму, как мне удалось заползти под куст…
— Пошли! — хмуро потребовал Аоранг, раздраженно поглядев на болтливую девицу из-под нависающих густых бровей.
«Как же, как же, — подумала Янди. — Нападать следует в темноте, когда венды упьются на тризне по своим родичам. Но уж точно не сейчас!»
— Идем, я готова! Что же ты стоишь? — торопливо ответила она, взмахнув ресницами. — Только бы не напутать и сообразить, откуда я прибежала! Это было так страшно! Они гнались за мной и рычали — ну чисто волки… Ой, а что это твой котик на меня так глядит?
— Рыкун всегда так глядит.
— А он сегодня ел?
— Ел.
— А он много ест? У него очень голодный вид!
Аоранг закатил глаза:
— Пошли уже!
— Да, да, конечно, — закивала девушка — и снова направилась совсем не в ту сторону, откуда прибежала.
Она слыхала, что Аоранг был следопытом, — значит, нельзя дать ему возможность применить свои умения. Отвлекать, заговаривать зубы — и поскорее увести подальше от настоящих следов. Конечно, через некоторое время мохнач раскусит обман. Придется возвращаться обратно и искать следы заново. А уж когда стемнеет, она может и «вспомнить» дорогу…
— Твой зверь не ест людей? — снова заговорила Янди, заметив, что Аоранг скользит взглядом по земле и все сильнее хмурится.
— Нет.
— А чем его можно угостить?
Аоранг с досадой поглядел на спутницу:
— Ничем. Разве что у тебя в поясной сумке завалялись сырые оленьи потроха.
— Нет, там сласти. Хочешь?
Аоранг хотел уже рявкнуть на нее, но передумал.
— Ладно, давай.
— На, угощайся!
Янди вытащила из поясной сумы сплетенный из бересты маленький туесок и вытряхнула на ладонь слипшуюся горсть орехов в меду.
— Я страсть как сладкое люблю! Помнится, в столице…
— Остановись, — шикнул на нее Аоранг, принимая из рук девушки подарок. — Там твоя хозяйка страдает, а ты трещишь как сорока.
— Но я ведь тебя нашла! А ты ее освободишь, — широко распахнув глаза, прощебетала Янди. — О, ты такой сильный! И этот твой зубастый зверь… Только вот разбойников уж очень много…
Она выжидающе поглядела на Аоранга, стараясь угадать, сообразит тот, что нападать следует ночью, или так и будет искать отсутствующие следы?
— Ступай вперед, — рыкнул тот, — да поменьше болтай.
«Не сообразил. Значит, придется еще попетлять».
Когда в лесу окончательно стемнело, они наконец вышли на место. Янди озадаченно поглядела на затухшие угли пепелища.
— Но где же венды?
Заметив подвешенные тела, она громко ахнула и с криком бросилась в объятия своему спутнику.
— Там мертвецы! — причитала Янди, уткнувшись лицом ему в грудь. — О Святое Солнце! А почему они так странно выглядят?!
— Успокойся и не смотри на них. — Аоранг крепко прижал к себе дрожащую девушку. Ему было и жалко эту столичную неженку, и досадно. Хоть бы она не успела разглядеть замученных, не то ему придется успокаивать ее полночи!
— Это накхи, — тихо ответил он, поглядев на косы. — В здешних краях их ненавидят. Пошли-ка отсюда!
Они обогнули кострище и перешли на другой край поляны. Там Янди решила, что пора ей успокоиться, и быстро заговорила:
— Но ты видишь, я тебя не обманула! Венды были здесь!
— Да, я заметил, — мрачно ответил Аоранг. — И ушли, причем уже довольно давно. Рыкун!
Саблезубец, прижав уши и вытянув длинную шею, осторожно обнюхивал казненных. Шерсть на его загривке стояла дыбом, десны над клыками обнажились. Он был так поглощен своим занятием, что даже не услышал зов хозяина. Только после второго окрика детеныш резво подбежал к Аорангу и принялся тереться о его ногу.
— Как ты могла заблудиться? — с досадой спросил мохнач.
— Это же лес, — принялась оправдываться Янди. — Здесь все деревья одинаковые!
Аоранг скривился. Для него это звучало так же нелепо, как утверждение, что все люди — на одно лицо. Он вновь пожалел, что позволил этой девице указывать дорогу. Надо было сразу искать следы самому. «Ну ничего, — подумал он. — Такой отряд в лесу потерять невозможно. Лишь бы они не обидели Аюну…»