"Аратта". Компиляция. Книги 1-7 (СИ)
В тот же миг его пронзила острая боль. Царевич пошатнулся, едва не вскрикнув, попытался быстро стащить кольцо, но оно будто вцепилось ему в палец. Оно жглось так, будто металл был раскаленным и с каждым мигом накалялся все больше. Аюр стиснул зубы, чтобы не выдать себя и не заорать. «Я все равно сильнее! – стучало у него в голове. – Я победил Змея! И тебя осилю!» В нем закипала неизвестная ему прежде злоба, превращавшаяся в решимость победить. Страха не было – только ясное осознание: «Вот еще немного… И я осилю!»
В глазах его потемнело. Перед ним замелькали видения каких-то странных теней, невиданных прежде людей, зверей и существ, вид которых бросал в дрожь… И в этой полной призраков темноте вдруг вспыхнуло море огней.
То ли видение, то ли воспоминание – темная волна вздымалась, колыхая звезды, а может, это качались тысячи плывущих по воде светильников. На гребне волны, окруженный пеной, едва касаясь ее килем, парил золотой корабль. Впервые за все время своих видений Аюр рассмотрел его так хорошо и близко…
А затем он услышал звуки, будто кто-то играл на диковинном, неизвестном ему инструменте. Таких не было в столице, да и у ингри Аюр ничего подобного не слышал. Будто теплый весенний ветер звенел натянутыми струнами паутинок. Звуки становились все явственней, и постепенно Аюра охватил глубокий покой. Он осознал, что ничего прекраснее никогда не слышал. Казалось, он весь целиком наполнен этой нечеловеческой музыкой.
Жгущая боль начала исчезать. Нет, она не прошла совсем – она будто обратилась в некий внутренний пламень, горячащий кровь, дающий незнакомую прежде силу, побуждающую действовать. Казалось, вделай сейчас кольца в небо и в землю – и он притянет одно к другому…
Огромная волна подняла корабль к небесам, а затем обрушилась на Аюра. В последний миг он успел заметить, как корабль, как пух одуванчика, оторвался от пены и полетел дальше, превращаясь в горящую на черном небосклоне звезду.
Аюр с силой выдохнул и резко открыл глаза. Тьма рассеялась. Пылающие звезды превратились в светильники на стенах. На большом пальце у него поблескивало тяжелое кольцо лучника, и никаких ожогов он не увидел.
– Что ж, ты жив, – услышал он голос Невида. – Это прекрасно…
Голос жреца слегка дрожал.
– Конечно жив!
Аюр рассмеялся. Сама мысль о том, что с ним могло случиться нечто ужасное, сейчас его забавляла.
– Как видишь, я не собираюсь превращаться в головешку!
– Твой старший брат тоже не собирался, – сухо ответил глава храма.
– Старший брат? – ошеломленно уставился на него Аюр. – Но он же утонул в Майхоре десять лет назад!
– Ты все услышал верно. Попозже я поведаю тебе эту историю. Говори, что ты видел?
– Разное… – Царевич вдруг почувствовал себя бесконечно усталым, провел рукой по лбу и опустил голову. – Много, я все не запомнил…
– А лук? Ты видел, где солнечный лук?!
– Никакого лука я не видел. Но там была музыка. Необыкновенная, чудесная музыка!
За дверью вдруг послышался шум – громкие голоса, топот бегущих ног, резкий стук. Аюр быстро повернулся, уже привычно кладя руку на рукоять кинжала. Дверь распахнулась, и в тайный чертог, запыхавшись, вбежал молодой жрец – тот самый лекарь, который еще недавно врачевал раны царевича.
– Беда, святейший! – закричал он. – На город идет большая волна!
Эпилог
На высоком берегу южного притока Ратхи арьев ждала удачная охота. Целые стада большущих голоногих птиц преспокойно ходили в густой траве, даже не думая улетать. Воины со смехом били их палками, перекидываясь между собой фразами о том, что на этакую живность даже стрелы жалко тратить. За рекой ревели трубы. Накхские всадники тщетно пытались прорвать строй колесниц и, словно сжатые колосья, падали под копыта коней и шипастые колеса. Вначале бойцы отряда, оставленного Кираном на случай, если кому-то из змеиных выродков удастся перебраться через реку, внимательно следили за сражением. Но затем, когда аромат жарящегося мяса позвал их к кострам, бросили это бестолковое дело. Что там следить? Загнанные в камыши накхи оказались в западне, из которой не было выхода. Рассевшись у костров, арьи обсуждали меж собой произошедшую битву, говоря, что в столицу им придется вернуться без славы, но зато сытыми и хорошо отдохнувшими.
Уже смеркалось, когда появились они. Полыхавший на низком берегу реки пожар бросал на всадников багровые отблески, делая их и без того ужасные закопченные лица и вовсе нечеловеческими. Они появились будто из-под земли. Первый увидевший их воин быстро вскочил, ткнул в приближающихся наездников пальцем, да так и остался стоять с открытым для крика ртом. А спустя мгновение его голова отлетела в сторону, снесенная лунной косой саарсана. Арьи в суматохе хватались за мечи и луки, некоторые бросились к стоящим в отдалении косящим колесницам. Но добежать не успел никто.
Поле схватки оглашалось лишь ржанием коней и криками ужаса. Да и сколько там было этой схватки? Вырвавшиеся из западни накхи пронеслись по незащищенному стану, рубя все живое. Полторы сотни человек расстались с жизнью так же быстро, как и забитые ими птицы. Когда же с этим было покончено, саарсан отер кровь с клинка и спрыгнул наземь. Он был мокрый с головы до ног – речная вода и вражья кровь пропитали его черное одеяние, – но ему не было до того дела. Лицо Ширама пылало таким жаром, что казалось, даже над одеждой поднимался пар.
– Отрубить им всем головы и сложить их глазами к реке. – Он кивнул в сторону противоположного берега, над которым бушевало пламя степного пожара. – Пусть хоть после смерти смотрят, куда должны были смотреть при жизни… Постойте. Если найдется хоть один живой, тащите сюда.
Вскоре к ногам саарсана рухнул раненый арий.
– Я ничего не сделал! – умолял он. – Я никогда не замышлял ничего дурного против накхов! Я простой колесничий…
При слове «колесничий» глаза Ширама полыхнули и кулаки сжались.
– Отрубите ему руки и ноги. Да сразу прижгите, чтобы не истек кровью и не впал в горячку. – Он склонился над пленником. – Когда тебя отыщет Киран – я думаю, это будет скоро, – передай ему мои слова. Я уничтожу Аратту! Я не буду знать покоя до тех пор, пока гора из черепов арьев не сравняется с нашими горами! Первородный Змей давно не получал кровавой жертвы, и отныне я обещаю кормить его, не скупясь…
– Друг, что ты такое говоришь? – запинающимся голосом произнес Хаста, бледный даже в сгущающихся потемках. – Зачем тебе это все? Вспомни Аюра…
– Молчи! Не смей говорить, пока я тебе не позволю! – Ширам метнул на рыжего жреца яростный взгляд. – Ты мне брат, но я повелитель накхов. – Он вновь обернулся к ждущим его приказа воинам. – Рубите головы! Забирайте оружие, коней и еду. Сожгите колесницы. И поскорее. Нас заждались в Накхаране.
Мария Семёнова, Анна Гурова
Аратта. Книга 3. Змеиное Солнце
Пролог
Царевич оторвал взгляд от сумрачных просторов Змеева моря и разочарованно поглядел на старого жреца, стоявшего рядом с ним на вырубленной в скале огороженной площадке:
— Где же волна?
Сколько видел глаз, от края до края водяного окоема тянулся пенный гребень. С высоты он напоминал извилистый, дрожащий белый росчерк на серой зыби. Пожалуй, не будь этой пены, Аюр и вовсе бы ничего не разглядел.
Невид поглядел на него искоса, как на скорбного умом, и промолчал.
Пенный гребень неспешно катился, приближаясь к берегу. Над морем, заполошно крича, стремительно проносились чайки. Сын Ардвана с удивлением заметил: та скала с развалинами старого храма, где еще недавно он сражался с водяным змеем, стала выше и ее окружила обширная песчаная отмель. Захоти чудовище подплыть туда сейчас — не смогло бы, лишь глядело бы на него издали.
— Где же волна? — с недоумением повторил он.
В этот самый миг простиравшаяся до края земли серая ширь вдруг поднялась стеной. Будто переступив через каменную плотину, она с раскатистым грохотом обрушилась на Белазору.