Кошмарной летней ночью (сборник)
– Дядя Эл убежден, что мальчишки должны уметь за себя постоять. Так что нянчиться с нами никто не будет, – повторил Колин слова Ларри.
Джей тут же соскочил со своей верхней койки и встал в важную позу посреди комнаты.
– Держитесь подальше от Запретного дома! – прогрохотал он басом, копируя дядю Эла. Я невольно рассмеялся. У него получалось очень похоже. – Мы не подходим к нему и на двадцать шагов. И не говорим про него вообще. А на фига?
Тут мы все покатились со смеху.
Все. Даже Майк.
– Надо будет сегодня туда сходить. После отбоя, когда все заснут, – с воодушевлением проговорил Колин. – Интересно же, что это за Запретный дом.
С улицы снова донесся вой – печальный, протяжный, исполненный неподдельной боли. Он действительно доносился со стороны дома. Из Запретного дома.
– Я думаю, не стоит туда ходить, – тихо высказался Майк, внимательно разглядывая свою больную руку. Потом он тряхнул головой и нерешительно направился к двери. – Пойду все-таки подержу ее под холодной водой. Может, полегче станет.
Он вышел на улицу.
Дверь за ним захлопнулась.
– По-моему, он боится. – Джей сморщил нос.
– Честно сказать, мне тоже немножечко страшновато, – признался я. – Этот вой…
Джей и Колин расхохотались.
– В любом лагере есть своя фенька типа этого Запретного дома, – сказал Колин, отсмеявшись. – Сам директор все это и выдумал. Чтобы детей пугать.
– Ага, – поддакнул Джей. – Все директора обожают пугать детей. Других развлечений у них не бывает.
Он надулся, выпятив живот, и снова принялся копировать дядю Эла.
– Гулять ночью по лагерю запрещается. Попробуйте выйти из своего коттеджа, и вас больше никто не увидит! Никогда! – выдал он громким басом и согнулся от смеха.
– Ничего там нет страшного, в этом Запретном доме, – сказал Колин. – Скорее всего, он вообще пустой. Это просто такой прикол. Ну, знаешь… типа историй про привидения. В каждом лагере есть своя история про привидение, которое пожирает несчастных детей.
– А ты откуда знаешь? – спросил я, присаживаясь на кровать Майка. – Ты же сам вроде бы говорил, что в первый раз в лагерь приехал.
– Ну да, в первый раз, – отозвался он. – Но у меня есть друзья, которые каждое лето ездят в какой-нибудь лагерь. Вот они мне и рассказали.
Колин снял свои темные зеркальные очки. В первый раз за весь день. Теперь я увидел его глаза. Они были даже не голубыми, а ярко-синими. Словно два синих камушка.
За окном раздался звук гонга. Три долгих унылых удара.
– Это, наверное, сигнал к отбою. – Я зевнул и нагнулся, чтобы расшнуровать кроссовки. Я ужасно устал, ужасно. У меня не было сил даже на то, чтобы пойти умыться. Даже раздеться и то было лень. Я решил спать в одежде, а завтра уже переодеться во все чистое.
– Давайте дождемся, пока все заснут, и сходим в этот Запретный дом, – предложил Джей. – Ну давайте. Мы будем первыми. Это же круто.
Я снова зевнул:
– Вы как хотите, а я буду спать. Устал как собака.
– Я тоже. – Колин повернулся к Джею. – Давай лучше завтра.
Джей разочарованно сморщил нос.
– Завтра, – решительно проговорил Колин. Он даже не потрудился расшнуровать кроссовки. Просто стащил их с ног и зашвырнул в дальний угол. Потом присел на кровати, чтобы снять носки.
– На вашем месте я бы туда не ходил. Ни сегодня, ни завтра, ни послезавтра, – неожиданно вклинился в наш разговор новый голос.
Мы втроем аж подскочили с испугу и повернулись к окну. В окне появилась веснушчатая физиономия Ларри. Увидев, что мы все на него смотрим, он широко улыбнулся и помахал нам рукой:
– На вашем месте, ребята, я бы послушался дядю Эла.
«Интересно, – подумал я. – И долго он там стоял, под окном, и слушал, что мы говорим? Он просто случайно мимо проходил или специально за нами шпионил?»
Ларри отошел от окна, а через пару секунд дверь открылась и он вошел в комнату. Как обычно – пригнувшись, чтобы не удариться головой о косяк. Он больше не улыбался. Наоборот. Он был как-то уж слишком серьезен.
– Дядя Эл не шутил, – заявил он с порога.
– Ну да. – Колин насмешливо скривил губы и, откинув одеяло, улегся в постель.
– Если мы выйдем из коттеджа после отбоя, нас тут же сцапает привидение. Оно здесь следит за порядком. Чтобы дети не шастали по ночам. – Джей замахал полотенцем, изображая взбесившееся привидение.
– Нет. Привидение не схватит, – очень тихо и очень серьезно произнес Ларри. – А вот Саблезуб точно сцапает. Да так, что мало не покажется. – Он открыл шкаф и стал что-то искать у себя на полке.
Мне вдруг расхотелось спать.
– А кто такой Саблезуб? – спросил я.
– Это не кто, а что, – загадочно ответил Ларри.
Я ждал продолжения, но его не последовало.
– Саблезуб – это такое чудище с красными глазами и зеленым хвостом. Каждую ночь он съедает по одному ребенку, который не слушался старших и гулял по ночам, – ухмыльнулся Колин. Он посмотрел на меня как на какого-то идиота. – Нет никакого Саблезуба. Ларри просто выдумывает. Очередная страшилка на ночь. Чтобы лучше спалось.
Ларри прекратил рыться в шкафу и повернулся к Колину:
– Я ничего не выдумываю. Я честно пытаюсь уберечь вас от больших неприятностей. Мне вовсе незачем вас пугать.
– Тогда скажи, кто такой Саблезуб, – попросил я.
Ларри достал из шкафа толстый шерстяной свитер и с силой захлопнул дверцу.
– Лучше вам этого не знать, – сказал он.
– Нет, ты скажи, – продолжал выпытывать я.
– Ничего он не скажет, – буркнул Колин.
– Я вам только одно скажу. Если вам повезет, то Саблезуб вам сначала открутит башку, а потом раздерет на куски. А если не повезет, то он просто раздерет вас на куски, – проговорил Ларри безо всякого выражения.
Джей хихикнул.
– Ага. И кровь выпьет.
– Я не шучу. Я серьезно. – Ларри натягивал свитер через голову и чертыхался, потому что никак не мог попасть рукой в рукав. – Вы мне не верите? Хорошо. Можете выйти сегодня ночью. Пожалуйста. Я никого не держу. Сами увидите, что это за Саблезуб. Только сначала возьмите бумагу и напишите свои адреса. Чтобы я знал, куда мне потом отослать ваши вещи.
8На следующее утро началось настоящее веселье.
Мы все проснулись очень рано. Солнце только-только встало над горизонтом. Воздух был еще прохладным и влажным. За окном пели птицы.
Птичье пение напомнило мне о доме. Я спустился со своей верхней койки и потянулся, прогоняя остатки сна. Мне хотелось немедленно позвонить папе с мамой и рассказать им про лагерь. Но я решил подождать пару дней. Ведь я уже взрослый и самостоятельный. Меня отправили в лагерь на целое лето. А если я позвоню родителям на следующий день после приезда, они могут подумать, что я не такой уж и взрослый. Что мне без них плохо.
Мне не то чтобы было плохо без родичей. Наоборот, даже прикольно. Но я и вправду очень скучал по дому. Впрочем, на все эти грустные размышления у меня просто не было времени. Мы с ребятами сходили умыться, переоделись и сразу пошли на завтрак в главный корпус на холме. Как нам объяснили, это здание являлось здесь и столовой, и залом для общих собраний, и кинотеатром.
В центре огромного зала стояли длинные деревянные столы и скамейки, расставленные аккуратными рядами. Пол паркетный, из красного дерева. Стены обиты темными деревянными панелями. Тяжелые деревянные балки пересекали высокий беленый потолок. Такое я видел только в исторических фильмах. Окон было всего ничего, и в зале царил полумрак. Впечатление было такое, как будто находишься в темной громадной пещере.
Звон тарелок, ножей и вилок был просто-напросто оглушающим. Наши крики и смех отзывались звенящим эхом под потолком. Майк сидел прямо напротив меня. Он что-то крикнул мне через стол, но в таком шуме я его не расслышал.
Кое-кто из ребят выразил неудовольствие по поводу еды, но мне она показалась очень даже ничего. На завтрак нам дали яичницу с ветчиной, жареную картошку, тосты с вареньем и апельсиновый сок. Дома я никогда не ем много всего на завтрак. Но сейчас смел все подчистую – ужасно хотелось есть.