Кошмарной летней ночью (сборник)

Но Майк не воспринял шутку.
Впрочем, мы все были немного растеряны. Хочешь не хочешь, а выходить пришлось. Мы с Майком вышли последними, потому что сидели на последнем ряду.
Я тут же зажмурился от яркого света солнца. Мы действительно остановились прямо посередине пустыни. Автобус припарковался у какой-то бетонной платформы размером с теннисный корт.
– Здесь, наверное, станция или что-нибудь в этом роде, – сказал я Майку. – Ну знаешь… Типа пересадочной станции. Сейчас, вероятно, подъедет другой автобус. В общем, посмотрим.
Майк засунул руки в карманы шорт, повесил голову и пнул ногой ком слежавшегося песка. Он так ничего и не сказал.
Я огляделся. На другой стороне платформы Джей возился с каким-то мальчишкой, которого я еще не знал, – пытался заставить его померяться с ним силой. Колин стоял, прислонившись спиной к автобусу. Он был спокоен как слон. Девчонки сбились в тесный кружок и о чем-то тихонько переговаривались.
Я поискал глазами водителя. Он как раз открывал багажное отделение. Потом он стал вытаскивать оттуда наши сумки и рюкзаки и складывать их на бетонной платформе.
Некоторые ребята присели на край платформы и теперь наблюдали за тем, как водитель таскает наши вещи. На другой стороне платформы Джей нашел себе единомышленников. Он и еще двое-трое мальчишек развлекались кидая камушки: кто дальше забросит.
Майк подошел к водителю и встал у него за спиной, так и не вынув руки из карманов.
– Скажите, пожалуйста, где мы сейчас находимся? И почему здесь остановились? – спросил он, нервно покусывая губы.
Водитель как будто его и не слышал. Он залез с головой в багажное отделение и вытащил из самого дальнего угла громадный черный чемодан. Майк повторил свой вопрос. Водитель опять сделал вид, что он глухой от рождения.
Майк вернулся ко мне, волоча ноги.
Вид у него был встревоженный, если вообще не испуганный.
Я тоже был немного растерян, но ни капельки не волновался. Я хочу сказать… ведь ничего страшного не происходило. Водитель был абсолютно спокоен. Занимался своим делом – разгружал вещи. Значит, так надо. И чего лишний раз психовать?
– Почему он мне не ответил? Почему он здесь остановился и ничего нам не объяснил? – нахмурился Майк.
Мне было жалко его. Я сочувствую людям, которые переживают по всякому поводу. Но мне не хотелось его убеждать, что он зря так нервничает. Наоборот. Надо было, чтобы он замолчал. Потому что его нервозность потихонечку передавалась и мне.
А поскольку молчать он вроде бы не собирался, я отошел от него и направился к тому краю платформы, где стояли девчонки. Я заметил, что Джей и его новые приятели продолжают свое состязание по метанию камней. Вот кому все нипочем.
Когда я подошел, Дани мне улыбнулась. И зачем-то огляделась по сторонам. Я заметил, что она действительно симпатичная. Ее светлые волосы будто искрились в ярком солнечном свете.
– Ты не из Центр-Сити? – спросила меня Дори, рыженькая подружка Дани. Она смешно сморщила нос, щурясь на солнце.
– Нет, – сказал я. – Я из Мидленда. Это к северу от Центр-Сити. Рядом с заливом Аутрич…
– Вообще-то, я знаю, где Мидленд, – оборвала меня Дори.
Девочки рассмеялись.
Я почувствовал, что краснею.
– А как тебя зовут? – спросила Дани, глядя на меня в упор своими зелеными, как у кошки, глазищами.
– Билли.
– У меня канарейку зовут Билли! – рассмеялась она.
Остальные девчонки тоже захихикали.
– А вы куда едете? – спросил я, стараясь быстрее сменить тему. Я вообще-то нормально общаюсь с девчонками. Но иногда мной овладевает странная стеснительность. – Я хочу сказать, в какой лагерь?
– «У каштанов». Их два лагеря «У каштанов». Один для мальчишек, другой для девочек, – отозвалась Дори. – А автобус один на два лагеря.
– А что, ваш лагерь рядом с нашим? – спросил я. Я в первый раз слышал, что есть лагерь для девочек с таким же названием, «У каштанов».
Дори пожала плечами.
– Мы не знаем, – сказала Дани. – Мы в первый раз туда едем.
– Все вчетвером – в первый раз, – подтвердила Дори.
  
– Я тоже в первый, – сказал я. – Интересно, а чего мы тут остановились?
Девчонки только пожали плечами.
Я оглянулся и увидел, что Майк подошел и встал у меня за спиной. Он явно хотел со мной поговорить, но подойти ближе почему-то не решался. Наверное, стеснялся девчонок. Я заметил, что вид у него неважный. Какой-то испуганный… Я подошел к нему.
– Смотри. Водитель выгрузил все наши вещи. – Он указал пальцем в сторону автобуса.
Я повернулся туда как раз в тот момент, когда водитель закрывал дверцу багажного отсека. Дверца захлопнулась с громким стуком.
– Что происходит? – Голос у Майка звенел от страха. Казалось, он сейчас сорвется на истерический крик. – Нас кто-то должен отсюда забрать? Почему он выгрузил наши вещи?
– Сейчас узнаем, – ободряюще проговорил я и решительно направился к водителю, который стоял теперь перед открытой дверью автобуса и вытирал пот со лба рукавом своей светло-коричневой форменной рубашки.
Когда он увидел меня, то вдруг засуетился и быстро запрыгнул в автобус. Он уселся на водительское сиденье и водрузил на нос огромные солнцезащитные очки. Я поставил ногу на нижнюю ступеньку.
– За нами приедут? – спросил я.
К моему удивлению, водитель дернул рычаг и двери захлопнулись прямо у меня перед носом. Я едва успел убрать ногу, иначе ее точно расплющило бы.
Водитель включил зажигание. Взревел мотор, из выхлопной трубы повалил дым.
– Эй! – Я сердито долбанул кулаком в дверное стекло.
Автобус резко сорвался с места – так резко, что его колеса даже забуксовали по гравию. Мне пришлось отскочить в сторону, чтобы не угодить под колеса.
– Эй! – завопил я. – Вовсе не обязательно так газовать! Можно и на человека наехать!
Я стоял на дороге и глядел вслед удаляющемуся автобусу. Я был вне себя от ярости. Что еще за шуточки?! Но тут до меня дошло, что водитель действительно умотал, бросив нас посреди пустыни. И весь мой запал быстро сошел на нет. Я растерянно обернулся к Майку. Он стоял рядом с девчонками. И вид у всех пятерых был очень даже встревоженный.
– Он… он уехал, – выдавил Майк, глядя на меня испуганными глазами. – Бросил нас посреди пустыни…
Мы молча смотрели вслед удаляющемуся автобусу – до тех пор пока он не скрылся за горизонтом. За все это время никто из нас не произнес ни слова.
А потом мы услышали крики каких-то зверей. Жуткие крики. Зловещие. Где-то поблизости. То есть совсем-совсем рядом.
3
– Ч-что это? – Майк начал уже заикаться от страха.
Мы все обернулись в направлении этих пронзительных криков.
Они вроде бы доносились откуда-то с той стороны платформы. Я сначала подумал, что это Джей со своей новой компанией решили поприкалываться: поорать по-звериному, чтобы нас попугать. С них бы сталось.
Но я увидел, что они сами напуганы не меньше нашего. Джей, Колин, все остальные мальчишки… они буквально оцепенели от страха.
Так что это были не они.
Но тогда кто же?
Крики стали громче. И явно ближе.
Пронзительные вопли, в которых будто слышалось предостережение: «Берегитесь!»
Я пристально вглядывался в пространство с той стороны платформы. Сначала я вообще ничего не мог разглядеть, но потом я их увидел… Какие-то непонятные были звери. Не то чтобы очень большие, но все же размером со среднюю собаку. Они стремительно приближались к нам: бежали, низко припадая к земле и издавая на бегу возбужденные вопли. Я ощутил на спине холодок. Это были крики голодных хищников, почуявших добычу.
– Это кто? – Майк шагнул поближе ко мне.
– Может, степные волки? – Голос у Дори дрожал.
– Нет, только не волки! – воскликнула одна из тех двух девочек, имен которых я не знал.
Мы забрались на платформу и сбились в кружок под прикрытием наших сумок и рюкзаков, небрежно сваленных в одну кучу.
Звери приближались. Их пронзительные вопли становились все громче и громче. Я насчитал несколько десятков зверюг, действительно очень похожих на волков. Они неслись к нам с такой бешеной скоростью, как будто их гнал сильный ветер.