Кошмарной летней ночью (сборник)

Я услышала громкое «клац!».
Звук поворачивающегося замка.
Он запер входную дверь!
Вот уж чего не ожидала. Никак не ожидала. В мои планы это совершенно не вписывалось.
Замерев в темном проходе, я с ужасом поняла, что заперта вместе с ним!
Что-то сейчас будет?!
8
Возможно, мой план был далеко не из лучших.
Возможно, вся затея была дурацкой.
Будьте уверены – когда я услышала, как мистер Мортман возвращается в читальный зал, тысячи опасений пронеслись у меня в голове.
Мой план, разумеется, состоял в том, чтобы доказать себе самой, что мистер Мортман действительно монстр. А потом – поскорее сделать ноги из библиотеки!
В него не входило оказаться запертой в этом старом жутком здании вместе с чудовищем без возможности удрать.
И вот на тебе.
Пока, впрочем, мне ничего не грозило. Он даже не подозревал, что с ним тут кто-то еще. Что за ним шпионят.
Прижимаясь к высоким стеллажам, я кралась по длинному проходу, пока не подобралась так близко, насколько хватило духу. Отсюда мне был целиком виден его рабочий стол, стоявший ровнехонько в темно-оранжевом прямоугольнике света, струившегося из высокого окна.
Мистер Мортман подошел к столу, тихо мурлыча себе под нос. Он выровнял стопку книг, потом отодвинул их в угол стола.
Выдвинув ящик, он принялся перебирать содержимое, разыскивая что-то внутри.
Я подкралась поближе. Теперь все как на ладони. Вечернее солнце расцветило библиотеку оранжево-алыми красками.
Мистер Мортман оттянул ворот водолазки. Смахнул в открытый ящик стола несколько карандашей. Потом задвинул ящик.
«Скукотища», – подумала я.
Полная скукотища. И, главное, ничего особенного.
Очевидно, на той неделе я допустила ошибку. Не иначе мне все померещилось.
Мистер Мортман всего-навсего смешной дядечка. Какой из него монстр!
Я привалилась к высокому стеллажу, жестоко разочарованная.
Столько времени ухлопать, прячась среди этих грязных стеллажей, – ради чего?
Теперь торчи как дура в запертой библиотеке, глядя, как библиотекарь у себя на столе прибирается.
Дух захватывает!
Валить отсюда надо, подумала я. Идиотка, блин.
Но тут я увидела, как мистер Мортман потянулся за банкой с мухами.
Я с трудом сглотнула. Сердце екнуло.
Пухлое лицо мистера Мортмана расплылось в улыбке, когда он поставил огромную банку перед собой. После этого он потянулся через стол и обеими руками придвинул к себе судок с черепашками.
– Пора ужинать, мои робкие друзья, – произнес он своим высоким скрипучим голосом. И ухмыльнулся, глядя на черепашек. Запустив руку в судок, он поплескал ею в воде. – Пора ужинать, друзья, – повторил он.
А потом, пока я смотрела во все глаза, все ниже роняя челюсть, его лицо снова начало изменяться.
Круглая голова стала разбухать.
Черные глаза вылезли из орбит.
Рот расползся, превратившись в зияющий черный провал.
Огромная голова покачивалась над воротником водолазки. Глаза парили перед лицом на извивающихся жгутах. Рот кривился, открываясь и закрываясь, точно пасть огромной рыбины.
«Я была права!» – поняла я.
Мистер Мортман действительно монстр!
Я знала, что права! А мне никто не верил.
Ничего, теперь поверят как миленькие. Я ведь своими глазами видела. В оранжево-красном свете заходящего солнца все казалось таким ярким…
Я вижу это. Мне не померещилось.
Теперь мне точно поверят.
И пока я глазела на чудовищную тварь, в которую превратился библиотекарь, он погрузил руку в банку, извлек оттуда пригоршню мух и жадно запихнул себе в пасть.
– Пора ужинать, – пророкотал он, пережевывая их.
Из банки доносилось отчаянное гудение оставшихся мух.
Они же живые! Они живые, а он жрет их, жадно, точно конфеты.
Я схватилась за голову, не в силах отвести взгляд.
– Пора ужинать!
Еще одна горсть мух.
Некоторым удалось вырваться. Они громко жужжали вокруг его огромной раздутой головы.
Не переставая жевать и глотать, мистер Мортман принялся хватать их прямо в воздухе, с поразительной для столь маленьких ручек быстротой. Он безжалостно ловил их на лету – одну за другой – и закидывал в зияющую черную прорву.
  
Глаза мистера Мортмана плавали перед мордой на извивающихся жгутах.
На краткий пугающий миг они замерли. Они были устремлены прямо на меня!
Я поняла, что слишком далеко высунулась из прохода.
Неужели он меня заметил?
Я отпрянула назад, задохнувшись от ужаса.
Выпуклые черные глаза, похожие на поганки, замерли на секунду-другую, уставясь в одну точку. А потом завертелись снова.
Расправившись с третьей горстью мух, мистер Мортман закрыл банку, обмахнув черные губы змеиным языком, тонким, как карандаш.
Жужжание стихло.
Комната снова погрузилась в тишину, не считая тиканья часов и отчаянного стука моего сердца.
«Что дальше?» – подумала я.
Все, что ли?
Нет.
– Пора ужинать, мои робкие друзья, – снова сказал библиотекарь тонким, дрожащим голосом, который будто подскакивал вместе с огромной его башкой.
Он погрузил руку в судок и выудил зеленую черепашку. Я видела, как она сучит лапками.
«Теперь черепашек покормит?» – подумала я.
Мистер Мортман держал черепашку в руке, разглядывая своими круглыми вращающимися глазами. Он поднес ее к свету. Черепашка продолжала барахтаться изо всех сил.
А потом он закинул ее в рот.
Захрустел панцирь.
Он жевал звучно, старательно, с каждым движением челюстей издавая громкое «хруп!». Потом я увидела, как он сглотнул, раз, другой, пока не проглотил ее без остатка.
В общем, увидела я достаточно.
Более чем достаточно.
Я отвернулась. И почти ощупью поспешила назад по темному проходу. Я бежала рысью. Плевать, услышит он меня или нет.
Лишь бы выбраться отсюда.
На солнышко, на свежий воздух.
Подальше от страшного хруста, до сих пор звучащего в ушах. Хруста черепашки, которую мистер Мортман перемалывал зубами.
Перемалывал живьем.
Я добежала до читального зала – сердце ухает, ноги тяжелые, будто из камня.
Задыхаясь, добралась до выхода. Подбежала к двери и ухватилась за ручку.
И только тогда вспомнила.
Дверь же на замке.
Я не смогу выйти.
Я тут заперта.
И вдруг, пока я стояла, тупо уставясь на запертую дверь и вцепившись в дверную ручку, послышались шаги. У меня за спиной. Быстрые шаги.
Мистер Мортман меня услышал.
Я оказалась в западне.
9
Я в панике застыла, вылупившись на дверь, пока та не расплылась перед глазами в мутное темное пятно.
Шаги мистера Мортмана за спиной все громче.
«Помогите! – безмолвно взмолилась я. – Кто-нибудь, помогите!»
Вот-вот библиотекарь ворвется в вестибюль. А там я. Припертая к двери.
Загнанная как крыса. Или как черепашка!
И что тогда?
Он схватит меня, как одну из своих питомиц?
Перемелет острыми зубищами?
Должен же быть способ выбраться. Обязательно должен!
И тут, пока я глядела на пятно, в которое превратилась дверь, меня вдруг осенило. Мир снова обрел четкость. И я поняла, что может быть – только может быть! – еще не все потеряно.
Мистер Мортман запер дверь изнутри.
Изнутри.
А стало быть, я, вероятно, смогу отпереть замок и открыть дверь.
Если она заперта на ключ, то мне, конечно, крышка.
Но если на обычный замок, который достаточно повернуть…
– Эй, там кто-нибудь есть? – ворвался в мои размышления хриплый голос мистера Мортмана.
Мои глаза лихорадочно обшаривали дверь. Замок обнаружился под медной ручкой.
Я протянула к ней руку.
Пожалуйста, повернись. Пожалуйста, повернись. Пожалуйста, повернись.
Замок провернулся с тихим щелчком. Самый чудесный звук, какой я слышала в жизни!
Раз – я распахнула дверь. Два – очутилась на каменной лестнице. И вот уже мчусь со всех ног – через лужайку, через кусты, через живую изгородь, мчусь, спасая жизнь!