Судьба (СИ)
— Семнадцатый, группе! — Заговорил пришелец. Он говорил на моем, родном языке и звук шел из шлема, оттуда, где у человека должен быть рот. Только звук был немного искажен, как звучащий через рацию или микрофон. — Нашел еще одного Видящего, как с ним поступить?.. Принято! — И пришелец поднял оружие, наведя его на мой лоб.
Нечеловеческим усилием, невероятной скоростью, неописуемой смелостью, поразительно для себя самого, я дернулся вперед, наклонив голову в бок, отчего выстрел пролетел мимо. Я толкнул врага в живот, повалил его на землю и схватился обеими руками за оружие, пытаясь вырвать его из крепких рук. Завязалась борьба. Мы кряхтели и рычали. Я не знаю, кто скрывался под черным шлемом, но звуки он издавал вполне человеческие. Пришелец поджал ногу и сильным толчком, скинул меня с себя. От удара в рану я вскрикнул и на мгновение потерял силы. Солдат воспользовался этим, вскочил и мощным ударом в живот отшвырнул меня в сторону. Но оружие его все еще крепко сжимали мои пальцы, оно оставалось в моих руках. В ярости зашагав ко мне, противник протянул руки к винтовке, но я, резко отшвырнул оружие подальше, выхватил из кармана скальпель и воткнул его в бок врага. Солдат зарычал, а я, вспоминая то, что видел в кино, глубже воткнул оружие и провернул его. Руки мои обагрила темно-красная, почти черная кровь, я повалил врага на спину и, схватив скальпель обеими руками, наносил широкие удары в грудную клетку. Противник хрипел, из ран шумно вылетал воздух с брызгами крови, враг пытался сбросить меня, но усилия его становились все слабее. Наконец руки, пытающиеся сжать мое горло, обмякли и опустились вниз. Только тогда я в страхе отполз в сторону. Живот сильно болел, из-под повязки сочилась кровь, я весь уже был в своей крови, вперемешку с инородной.
Дыхание шумно вырывалось из моего рта, но медлить было нельзя. Я слышал шум голосов, шаги, поэтому поднялся за ноги и двинулся вглубь небольшого крытого уличного кафе в виде высокого и широкого шатра, надеясь затеряться среди столиков.
— Он убил одного из наших! — Донеслось до меня.
— Куда он пошел?
— В ту сторону!
— За ним! Открыть огонь!
Над головой засвистели едва уловимые фиолетово-голубые спирали. Они проносились совсем рядом, снося мебель и разбивая ее на куски.
— Заходи справа!
— Цель в пределах видимости?
— Нет! Попробую сместиться на тридцать градусов!
— Стоять на месте!!!
И этот, последний голос, донесшийся до моего слуха с приличного расстояния, заставил остановиться и меня, пронзив непонятной силой.
— Прекратить огонь! Прекратить преследование! Марш в флайер и вырубите наконец переводчики, он понимает каждое слово! — Я увидел, как на дорогу вышла одинокая фигура, но не в сером, а в черном. Солдат пристально всматривался в то место, где я и прятался, будто чувствуя, что я здесь. — Можешь бежать, Видящий, столько, сколько захочешь. Тебе не спрятаться от нас.
Летательный аппарат оторвался от земли примерно на полметра и приблизился к фигуре, которая явно была командиром. Он еще несколько мгновений всматривался в меня, затем достал небольшой предмет, который я уже не мог разглядеть издалека, повертел его в руках и отбросил от себя. Затем быстро забежал в корабль, и солдаты скрылись в небесах. После нескольких секунд в укрытии, я вышел на дорогу, всматриваясь в небо. Пришелец говорил со мной, назвал меня Видящим. Кто они и что им нужно?
Резкий громкий звук. Электронный, похожий на звуки издаваемые компьютером при критических ошибках. Это был тот самый предмет. Темный ребристый прямоугольник. Я даже не успел толком его рассмотреть. На нем мигала крохотная красная лампочка, потом мигание прекратилось и цвет сменился на зеленый. Догадка пронзила мой мозг слишком поздно. Я только и успел двинуться в сторону, как уши заложило от неимоверного шума, а взрывная волна сбила с ног. Ломая столы и стулья, я влетел в шатер и тяжело упал на пол. В глазах моих потемнело. Я видел, как помещение охватывает пламя…
— Блин, так очково мне еще никогда не было.
— Ага, охренительный конец дня. — Саня открыл холодильник, порылся там и достал две бутылки пива. — Держи. Рика, ты будешь? — Девушка лишь отрицательно покачала головой. Она сидела все в той же позе. Ее лицо было все так же печально.
Бутылка открылась с характерным шипением. Саня запрокинул голову назад, большими глотками поглощая янтарную жидкость. Лешик только немного отхлебнул от своей порции и поставил бутылку на кухонный стол. Он сидел в глубоком кресле-качалке, мягком, обитом настоящей кожей, но чувствовал себя очень некомфортно, наверно поэтому занимал лишь краешек просторного седалища. Сашка осушил свою бутылку, сжал зубы и зажмурился, терпя холодное жжение в горле, и шумно выдохнул.
— Фу-у-ух! Ну так-то получше!
Он достал сигарету, закурил и оперся о стол, стряхивая пепел в раковину. Наступила пауза. Уже не первая за последнее время. Три человека в небольшом, пусть и богатом помещении, знающие друг друга достаточно хорошо, испытывали неудобство и некоторый дискомфорт. Каждого одолевали свои мысли, освещенные недавними событиями. Каждый пытался определить свою роль в происходящем и план на будущее.
— Четыре часа. — Внезапно заговорила Рика, подняв свое потемневшее, распухшее от слез лицо.
— Что? — Лешка посмотрел на нее.
— Четыре часа прошло, с тех пор как он уехал.
— И что? — Немного неуверенно спросил Лешка.
— А то… — Хмуро проговорил Саня, отвернувшись от ребят, упершись руками в столешницу. — То, что он умотал по своим делам, а мы остались сидеть тут, без машины.
— Саш, не надо так… — Начала, было Рика.
— А как надо?! — Резко повернулся к ней Сашка, бросив окурок в раковину, отчего в воздух взмыли мелкие угольки. — Как надо?! Этот спаситель забрал наши колеса и теперь мы не можем никуда деться! Я все понимаю, понимаю, мне жаль твоих близких, но пора уже думать о себе. Да, о себе! Надо валить нахрен из города, пока нас тут всех не положили или не отдали в лапы этим… этим… херовинам железным.
— Сань. — Лешка поднялся на ноги. — Успокойся, сейчас у всех нервы на пределе.
— Сам успокойся, понял?! — Саня свирепел, он все больше заводился. — Нахрена вы его отпустили? Нахрена?! Сейчас бы собрали вещи и уже б выехали из города, а теперь… Сука!
Конфликт нарушил слегка искаженный звук выстрела, раздавшийся в комнате. За ним последовал звон падающей гильзы и тишина. Лешка недоуменно смотрел на две пары глаз, обращенных к нему, поскольку звук шел от него. Немного помедлив, он вдруг спохватился и принялся активно рыться в кармане.
— Это что такое? — Вдруг спокойно и, даже немного дружелюбно, спросил Санька.
— Эсэмэска. — Ответил Лешка, щелкая пальцем по кнопкам.
— М-м-м-м… И от кого?
— Катя. — Несмотря на все что случилось, имя это было произнесено по-особенному, с ТЕМ САМЫМ теплом. — Спрашивает, как дела.
— О, ну дела у нас ох… гм, хорошо.
— Ну да. — Лешка слегка усмехнулся, начав печатать ответ, как вдруг замер. — Твою мать!
— Что такое? — Спросила Рика.
— Катя, она… там, а я тут… а тут… Твою мать! — Отрывисто, начав задыхаться и заикаться, отвечал Лешка и принялся метаться по комнате, поворачиваясь то к Рике, то к Сане.
— Осади, братан. — Немного пренебрежительно ответил Саня и потянулся к Лешкиной бутылке.
— А где она? — Поинтересовалась Рика.
— Где?.. — Лешка явно был не в себе. — Э-э-э-э-э… В Краснодаре, дома, тоже одна, предки уехали в Москву на два дня, с моими вместе, по делам фирмы. Она меня к себе зовет… Твою мать! — Внезапно вскрикнул он, закрыв глаза. — Твою мать, твою мать, твою мать!!! Я тут и тут такое, а если это повсюду? Если она как другие не видит? Если к ней уже подбираются? Если… — Он остановился, закрыл глаза ладонью и несколько безмолвных мгновений стоял так, потом повернулся и решительно двинулся к двери. Саня вырос перед ним.
— Че задумал?
— Пусти, я за ней.
— Что???
— Что слышал, пусти!