Поцелуй через стекло (СИ)

А если самому проявить инициативу. Нет, с его стороны это будет «ту мач». Потому как ни с его, ни с её стороны… Короче, не пойдёт он на это. И точка!
Что делать, когда накрывает волна скуки? — Эсэмэсить френдихам.
Первая на очереди — Николь. Над этой обитательницей «Красных кирпичиков»- потрудились самые мастеровитые пластические хирурги столицы. Но главное Николь — душка. Настолько в своё время расположилась к Луке, что была готова преподать пару уроков эффективного постельного поведения. Но тут конфуз вышел. Напоминавшая героиню диснеевских мультиков барышня не взбудоражила либидо Луки. Хотя прилагала заметные усилия. И вместо «стэнд аппа» вышел «даун».
«Короткое замыкание при перегрузке сети!» — объяснила Николь в терминах её папы- главного электрика страны. Будучи великодушной, она заверила незадачливого любовника, что всё непременно получится. В следующий раз. Но… следующего раза не случилось. Николь отправилась с родителями в Италию. А потом на голову человечества свалился этот… ковид. И появилась благопристойная причина для воздержания.
Но теперь-то самое время расслабиться.
В нетерпении своём он даже решился на звонок. Однако мисс «Совершенство» не поспешила с ответом. С расстройства он залез в тайный десертный схрон. От съеденной плитки шоколада пошли эндорфины. А потом и вовсе захорошело: Николь-душка отзвонилась! Они дружески потрепались. Обо всём понемножку. Да вот парадокс: никто и словом не обмолвился о запланированном некогда свидании-реванше.
— Бамбина, чао! — прозвучало в трубке отзвуком последних римских каникул.
Лука остался наедине с мыслями о нестандартности собственных сексуальных предпочтений. Впрочем, оставалось лишьконстатировать: в список его типажей мисс «Совершенство» не входят. Его тянет к натуралкам, никогда не подвергавшимся тюнингу. Как его няня и мама. А эти особы и рядом с Николь не стояли. Ибо подвергали свою кожу исключительно воздействию чистой воды и чистого воздуха. Ну и умеренно использовали (будем честны!) зарекомендовавшую себя на российских просторах косметику. Няня Луша в соответствии со статусом отдавала предпочтение кремам фабрики «Свобода». София — дарам Мёртвого моря, на котором Дамировы любили отдыхать. В прежнюю доковидную эпоху.
Прийдя к таким неутешительным выводам, Лука предпринял ещё одну попытку обрести душевный баланс. (Шоколадные эндорфины исчерпали себя).
Он позвонил ближайшей соседке и по совместительству «бывшей». Тому самому «танкисту», в компании которой Мирра из города Мирного и объявилась в столице. А позже уже по рекомендации Алькиной мачехи оказалась у Дамировых.
Ввиду аллергической непереносимости Алькой гаджетов и прочего «четырёх джи», идея была — так себе. Но у имелся и контраргумент: пандемия. Короче, он Альку набрал и первым делом поинтересовался здоровьем её домочадцев. Наивная душа наживку проглотила. А Лука плавно перешёл к Алькиной протеже. Увы, никакими сведениями о своём собрате по несчастью (имеется в виду пребывание в «Божьей коровке») девушка не располагала. И Лука поспешил закруглиться. Ибо на правах «бывшей» Алька могла пойти и дальше. Например, задать прямой вопрос.
Дав отбой, он вернулся на свой Дзен. Но сквозьстрочки на мониторе то и дело поблёскивали рысьи Алькины глаза. В их лучший период, он сравнивал их с глазами Мелании Трамп. Старая рана вновь заныла. «Кол колом выбивают, сынок!» — услышал он нянькин голос и расценил как намёк заглянуть в следующие пункты списка френдих.
  
Глава 10
 
Лыжная палка — орудие преступления?
 
В последние годы бабушкины полушария мозг думали в разные стороны. Иначе как объяснить содержимое тайника за плинтусом? Вместо ожидаемой пачки банкнот, перетянутых резинкой и завёрнутых в полиэтилен, — стопочка оплаченных счетов, два письма в конвертах советской поры (разбирать — кому и от кого — внучке неохота), открытки — поздравительные и с видами Мирного. Жалкие остатки эпохи бумажных носителей!
Чему тут удивляться, если Капитолина Капитоновна так и не узнала, что «мышка» — это не только грызун, «лайки»- не всегда собачки, а «ссылка» — это теперь не там, где Ленин жил. Короче, обхохочешься. Но внучке не до юмора. Мирра устраивает ревизию остального своего наследства.
 
То ли из-за близости озера, то по причине вечно затопляемого подвала петли у дверей и шкафов заржавели и скрипят. На разные голоса. Самый мелодичный — у навесного кухонного шкафчика. Туда и отправляется содержимое тайника.
«Хвалю!» — раздаётся в слуховых проходах бабушкин голос.
Подношение покойнице в виде цветочков конфеток действия не возымело. Она продолжает жить в голове Мирры.
Ну и пусть! Главное, чтоб другим незаметно. А Мирра привыкла к своей спутнице.
По давней привычке она идёт навестить озеро, когда природа погружается в переходное состояние. Мёртвенно-тусклое, тихое и печальное. Его сменит темень.
На водной поверхности — ни одной морщинки. И это соответствует названию озера — Зачарованное.
Ей навстречу двигается ЗОЖ. Так зовут жильца с пятого этажа. Своему прозвищу он обязан приверженности здоровому образу жизни. Ежедневная ходьба со скандинавскими палками- один из пунктов его распорядка дня. На нём маска и очки. А где собачонка?
Девушка машинально подаётся в сторону. Социальная дистанция! Но ЗОЖ и не думает её соблюдать. Упорно прёт на встречку! И только после резкого её зигзага спохватывается и уклоняется в сторону. Положенный зазор между ними восстановлен.
Звуки мужских и женских шагов смешиваются. И когда вот-вот должна зазвучать их разноголосица, Миррино боковое зрение, доставшееся, наверное, ещё от рептилий, подаёт сигнал. На глазной сетчатке — некий предмет. И он направлен прямо в висок. Снова срабатывает древний мозг рептилии, мгновенно решив дилемму «Бежать или нападать» в пользу первого.
Бросок в сторону озера стремителен. Но подводит скользкая глина. Добыча падает. Здесь её и настигает первый ступор. Не взлететь. Не ускользнуть. Не уползти. Остриё лыжной палки занесено над головой. Залп адреналина в крови. Тело перекатывается, подставляя спину. Острие впивается в кожу. Слышится треск раздираемой ткани. В этот миг- душа или что там внутри- взмывает в воздух. А внизу остаётся нанизанная на булавку… Нет, не рептилия. Божья коровка! Крылышки её ещё трепыхают, силясь взлететь.
Спасительная боль! Она командует скомпоноваться и кубарем скатиться по береговой крутизне. В темень! У самой воды ступни пружинисто отталкиваются от почвы. Девушка несётся прочь.
Им обоим хорошо известен каждый выступ, каждый камень, каждый куст. Но молодость выигрывает в скорости. Плюс на её стороне удача. На пути — заброшенный автомобильный сход. Раньше жители улицы Озёрной чинили здесь свой незатейливый транспорт. Сейчас он густо обвит плющом и представляет собой узкую пещеру. Внутри — запах отхожего места.
Сердце бабахает где-то в горле. Слышно ли его преследователю?
Треск валежника. Он близко. А вот топчется у входа. Что-то обжигает сетчатку жертвы. Фонарик! Её спина непроизвольно вжимается в земляную стену с торчащими корнями.
В руках и ногах — покалывание. Это начинается приступ. Если он дойдёт до пика, Мирра из города Мирного станет самой лёгкой добычей этого охотника. А тот всё ещё медлит. Чего ждёт?
Ни преследователь, ни его жертва не ведают, что в это время на верхнем этаже «Голубятни» распахивается балконная дверь и под тёмный купол неба выходит дама с сигаретой, которая призвана восстановить душевный баланс.
Местный храм, прихожанкой которого является дама, официально закрыт для посещений. Но службы продолжаются. А как только что стало известно даме, на них присутствуют некие лица, так сказать, особо приближённые к настоятелю.
Грустные размышления прерываются пронзительным свистом. Это куражится пьяный сосед снизу. От неожиданности нервная прихожанка от роняет сигарету. Та летит, пронзая мрак снопом искр.
А тем временем под рельсами заброшенного схода идёт уже вторая стадия — одеревенение конечностей. В финале будет статуя.