Любовь - проклятие или дар (СИ)

— И еще… Сапфира… Я сейчас тебе сделаю очень-очень больно, но поверь, другого способа спасти тебя я не вижу. Поэтому не забывай, что должна смотреть на огонь, что бы не случилось! Договорились?
Я кивнула. «Да куда уже больнее? Из меня и так словно куски живьем отрывают», — промелькнула мысль.
Актазар с шумом втянул в себя воздух, а в руках его заблестел нож. Муж подставил лезвие к огненному шару и накалил металл. А у меня зрачки расширились.
«Он же не собирается резать меня? Серьезно? Это его план? Но это сумасшествие! Я же умру или об боли, или от потери крови. Только Актазар мог придумать такой план!», — злилась я, но, почувствовав новую волну боли, заскрипела зубами, понимая, что мне уже все равно, что он сделает, лишь бы прекратил мои мучения.
Мелкая дрожь пошла по моему телу и задышала чаще, когда Актазар прикоснулся к моей коже горячим лезвием. Муж понимал мой страх, ему тоже было не просто сохранять здравомыслие в этой ситуации.
— Милорд, вы же не собираетесь… — испуганно прошептала Рамина.
— Собираюсь, — выдохнул Актазар. — Будь готова. Ты должна успеть исцелить ее до того, как остановится сердце. Думаю, ты справишься. Мы с ней не связаны, а значит потратишь силы только на сестру.
Рамина прикусила губу и кивнула.
— Смотри на пламя! — рявкнул Актазар, заметив, что я перевела взгляд на них. Послушно отвернулась и в тот же момент муж осторожно надавил на лезвие, позволяя ему погрузиться в мое тело. Думала, что хуже уже быть не может? Как же я наивно ошибалась! Своим криком я оглушила всех присутствующих, была уверена, что у Актазара мурашки от этого звука пробежали по спине. Кричала до хрипоты, пока вовсе голоса не лишилась. Если бы у меня был выбор, то предпочла бы смерть.
— Смотри на пламя, — дрожащим голосом отдал он приказ, а я слышала его прерывистое дыхание. — Потерпи и не смей умирать!
Даже если бы я захотела, то ответить ничего не могла бы, вдохнуть не получалось. Боль сковала тело и сердцебиение замедлилось. Меня затрясло от холода, зуб на зуб не попадал. Руки и ноги заледенели.
— Милорд, она слишком быстро теряет кровь… Актазар, поспеши! — безжизненным голосом прошептала Рамина.
— Ты думаешь это так просто? Я ребенка поранить боюсь. И вообще, не говори под руку, — прошипел муж и похлопал меня по щеке. — Не отключайся и не смей умирать!
Перед глазами все плыло, в голове шумело, и вскоре я перестала ощущать свое тело. Где-то вдалеке услышала крик младенца и меня затянуло во тьму.
Я бродила по бесконечному серому пространству в полном одиночестве. Тишина, покой и умиротворение. В голове ни одной мысли, ни страха, ни сожаления, ни боли — ничего. Обрела долгожданную легкость и невесомость. Но что-то невероятно сильное тянуло меня куда-то вниз. Вновь почувствовала тяжесть тела, слабость и тошноту. Попыталась разлепить глаза, но это оказалось чертовски сложно. Облизнула сухие губы, понимая, что готова убить за глоток воды. Кто-то, словно мои мысли прочел, потому что тут же руками приподняли мне голову и прислонили стакан с прохладной водой к губам. Я с жадностью делала глотки, пытаясь в промежутке успеть сделать вдох. Задышала часто и глубоко, собралась с силами и разлепила глаза. Но тут же зажмурилась от яркого света. Хотела рукой прикрыть глаза, но тело казалось ватным и с трудом подчинялось.
— Тише! Сапфира. Ты еще очень слаба. Рамина не такой сильный целитель, как хотелось бы, но и на том спасибо, — услышала я мужа, с такой непривычной его голосу мягкостью и нежностью.
Я смотрела в его светящиеся любовью и обжанием глаза, на мальчишескую, озорную улыбку и не могла понять, чему Актазар так радовался.
— Ты справилась, — прошептал муж и нежно погладил меня по голове. Кто-то закряхтел рядом со мной, а потом так звонко закричал, что у меня чуть не лопнули барабанные перепонки. — Познакомься с нашим сыном — наследником седьмого королевства, — сказал Актазар с гордостью и поднял сверток, показывая мне младенца. У меня слезы потекли по щекам. Сын был прекрасен. Настоящий ангел. Маленькая копия Актазара. Смотрел на меня темно-синими глазами, в которых блеснул огонь, а я приоткрыла рот от удивления.
 
— Мне померещилось… Или у него пламя бушевало? — прохрипела я, пытаясь веки держать открытыми.
— Не показалось. Он особенный! Если все жители свой дар обретают в восемнадцать лет, он уже родился с могуществом. Управляет огнем. А когда голоден и раздражен, все вокруг него вспыхивает, я подумываю заковать его в браслет, чтоб случайно никого не убил, — усмехнулся муж, прижимая к себе сына.
— Сколько я была без сознания? — прошептала осипшим голосом.
— Два дня. Я так боялся, что ты не выкарабкаешься. Ты много крови потеряла, — вздохнув, ответил муж, посмотрев на меня с сочувствием.
— У тебя теперь есть наследник, больше я не хочу проходить через этот ад, — заявила я, а муж сжал мою руку.
— Я разговаривал с Амизой. Твое будущее снова появилось, и у нас все будет хорошо. Но что ждет впереди, я запретил ей рассказывать тебе, потому что ты слишком зацикливаешься на предсказаниях. Живи в неведении, тебе так будет проще. И поверь на слово, мы будем счастливы, — радостно проговорил муж.
Не стала с ним спорить, порадовало, что есть свет впереди, а остальное уже не важно.
— Как назовем? — поинтересовалась я.
— Этому имя придумай ты, — спокойно проговорил Актазар, глядя на сына.
— Что значит этому? Даже не надейся, я второго рожать не буду! Ты хоть представляешь, каково это, когда тебя режут? Нет уж спасибо! — возмутилась я, а муж как-то загадочно отвел глаза в сторону.
— Поживем увидим, — фыркнул он, а я чуть не задохнулась от возмущения. — Так как назовем?
— Феникс! Я хочу, чтобы он был Фениксом. Мой брат спас нас, поэтому назовем в честь него, — заявила я. Была уверена, что Актазар возмутится, а он отреагировал так, словно уже знал имя.
— Амиза тебе уже сообщила, как его будут звать, да? Что еще она тебе наговорила? — пыхтя от злости, поинтересовалась я.
— Ничего такого. Да, она мне сказала, что ты дашь ему это имя, а еще, что наш сын вырастет очень сильным и могущественным, справедливым правителем. В нем света чуть больше, чем тьмы. У него даже родимое пятно есть на запястье, сейчас покажу, — ответил мне муж и вытащил из пеленки пухленькую ручку. Там действительно виднелся бледный круг, разделенный на две половины, где преобладала светлая часть.
— Впервые такое вижу, — прокашлявшись, проговорила я. Муж подал мне воды, и я снова осушила целый стакан.
— Если я была два дня без сознания, чем ты его кормил? — вдруг меня осенило.
— Рамина кормит по очереди то нашего, то свою Аврору, — пожал плечами муж, а я мысленно поблагодарила сестру.
— Дай мне сына, — прошептала я, приподнимаясь на локтях. Актазар одной рукой помог мне сесть. Подложил подушки под спину, а потом протянул Феникса. Малыш запыхтел, уткнулся носом в грудь, а встретив на своем пути препятствие в виде ночной сорочки, приложил ручку и ткань сгорела в области груди. Присосался с жадностью и запыхтел. Я застыла от изумления.
— Весь в отца! — хихикнула я, нежно проведя рукой по темным волосам. — Ты прав, нужно сделать маленькие браслеты, чтобы он не мог применять силу. Огонь пока не такой могущественный, как у тебя, но думаю, чем старше он станет, тем и пламя сильнее будет.
— Дам задание кузнецам, чтобы сделали детский вариант, — согласился муж, не отрывая взгляда от процесса кормления сына.
— Что там с пятым королевством? Ты почему там так долго был? А если бы не успел вернуться? Я же умерла бы! — вдруг вспомнив, возмутилась.
— Мне доложили сразу же, как только у тебя роды начались, и я двинулся в путь. Мы с Рамиром объединили войска и Маркус привел воинов второго королевства, так большой армией очистили пятое. Без правителя люди не смогли противостоять. Не знали что делать, ведь не было никаких указаний: сдаваться или бороться. Коренных жителей оставил в живых. А на престол посадил Дэрила. Теперь он там за порядком смотреть будет. Но предварительно принес клятву верности мне. Поэтому уверен, что Дэрил не нападет, а то ему я до конца никогда не доверял. Дэрил родился и вырос в пятом королевстве, знает их законы и обычаи, поэтому разумнее всего показалось поставить его во главе. Кто знает, может пройдут года и там все наладится и природа оживет.